Чтение онлайн

— Моя мама говорит, что ненависть — это дьявольская любовь. Ненавидеть можно так же сильно, как и любить. Только любовь созидает, а ненависть разрушает. Когда ты ненавидишь ты уподобляешься дьяволу, и идешь у него на поводу. Эдвард, у тебя есть много причин ненавидеть драконий народ, но пожалуйста, чтобы не случилось в Долине смерти, прислушайся к своему сердцу. И подумай, как бы поступил человек преисполненный любви, а не ненависти. И тогда ты услышишь правду Бога, а не ложь дьявола.

— Если твоя мать так считает, значит она любит всех? Даже своих врагов?

— У нее нет врагов, но все же любит она не всех… — ответила я, задумавшись.

Эдвард тяжело вздохнул и посмотрел на меня:

— Мне пора идти. Можно попросить тебя кое о чем?

— Конечно…

— Не провожай меня. Терпеть не могу долгие прощания. Я возьму с собой магические шарики, чтобы оперативно отправлять сообщения, о том, как обстоят у нас дела. Каронн остается здесь за главного. По всем вопросом обращайся к нему. И пожалуйста, не делай глупостей, в мое отсутствие, — он отвел мой локон в сторону, прислонив ладонь к щеке. Я почувствовала приятное тепло его руки.

— Хорошо, ты тоже… — не успела я договорить, как Эдвард поцеловал меня.

— Буду скучать по тебе… — сказал он и быстро ушел, захлопнув за собой дверь.

— И я буду скучать…

Глава 38

С того дня, как меня занесло в этот мир, я многое узнала о нем. Но все равно оставалось уйма вопросов: кто такие войны драконов, и каким образом отец Эдварда уничтожил целую стаю огнедышащих ящеров? Еще больше меня мучил вопрос: что связывало эмблему шестиконечной звезды на огромном обелиске в моем мире с этими дьявольскими амулетами из черного камня? Я корила себя за то, что не спросила об этом колдунью Акебер. Почему-то в тот момент, эта важная деталь вылетела у меня из головы. А вдруг, это ключ к разгадке моего попадания сюда? Что, если я сумею вернуться домой, решив этот вопрос? Или хотя бы, как-нибудь смогу связаться с мамой и отправить ей сообщение, что со мной все хорошо?

На первый вопрос я нашла ответ у Каронна. Он сказал, что в груди воина дракона, бьется сердце ящера. А в груди ящера бьется сердце воина. Разум дракона полностью подчинен воину. Они как одно целое. Если убить одного из них, то погибают оба. Поэтому отец Эдварда отправился в Долину смерти и уничтожил всех воинов, тем самым убив драконов. Как он сумел найти воинов дракона никому не известно. Многие думают, что без магии здесь не обошлось.

Прошел день, и первая новость от Эдварда не заставила долго ждать. Он написал, что все под контролем, и им удастся отбить атаку морров. Я вздохнула с облегчением. Большую часть времени я проводила у себя в комнате, молясь, чтобы с Эдвардом ничего не случилось и чтобы мама безболезненно пережила ожидание, когда ее дочь вернется домой.

Я навестила Грету и узнала, что с ней все хорошо, и вскоре ее должны отпустить. Так по крайней мере, говорил Эбенезер. К моему удивлению, Грета извинилась передо мной, и признала, что была не права. Орден Велиара — это зло, а она глупая девочка, которой промыли мозги. Похоже Эдвард основательно с ней поговорил.

На обедах и ужинах я беседовала с местной знатью. Но больше всего мне нравилась Леди Вермонт. Мы так сдружились, что стали называть друг друга по имени. Ее звали Ингрид.

Ингрид много рассказывала о юге. Как там тепло, и что зимой никогда не бывает снега, а люди выглядят гораздо счастливей, чем здесь на севере. Она скучала по дому и мечтала, когда-нибудь вернуться с мужем в свой родной город. Ингрид очень переживала, о том, что сейчас творилось на юге. А предстоящая война пугала ее еще больше.

— Мы с мужем уже пять лет пытаемся зачать ребенка. Но Бог не милует нас новой душой. Я три раза была беременна и каждый раз случался выкидыш. Мне уже скоро тридцать лет… А вдруг Рон погибнет? Что тогда будет? Он так хочет дитя. А сейчас у него ни земли ни наследника… — грустно сказала Ингрид.

— Все будет хорошо! — успокаивала я, взяв ее за руку, — Никто не погибнет! И у вас будет ребенок. Обязательно будет. Вы такая замечательная пара! Вы заслуживаете счастья. Главное не сдаваться. Верить в успех и продолжать молиться Богу.

— Благодарю, Виктория, за поддержку. Ты пойдешь со мной в Храм Солнца? Мы там вместе помолимся. Пойдем! — сказала Ингрид.

— Я никогда не была в вашем храме.

— Вот и побываешь. Только, я слышала, что ты не исповедуешь Магосан. Как называется твоя религия?

— Христианство.

— А кто твой Бог?

— Иисус Христос.

— Звучит, как имя человека.

— Это не совсем человек. Но мы верим, Бог создал нас по своему образу и подобию. У нашего Бога три лица. Отец, Сын и Святой дух. Но Бог все равно един. Вот, этот крестик, у меня на груди — это образ нашего Бога.

— Понятно, — улыбнулась Ингрид, и достала из за воротника платья, кулон серебристого цвета в виде знака солнца, — Мы тоже носим образ нашего бога Солорана на груди. Этот амулет, мы так и называем Солоран. Мы верим, что все вокруг: природа, животные и люди созданы из огня. И если ты хочешь после смерти оказаться на небесах рядом с Богом, то твое тело должны предать огню, освещенному служителями нашего храма. К сожалению не все могут позволить себе такую церемонию. У совсем бедных людей, которые сводят концы с концами, нет даже денег, чтобы купить дрова на погребальный костер. А есть и такие, кто не может позволить купить своему ребенку Солоран, хотя бы из серебра. А он обязательно должен быть выполнена из драгоценного металла. Ох, я совсем забыла! Чтобы войти в Храм Солнца нужно иметь на груди Солоран, а то приоры тебя не пропустят.

— И как нам быть?

— Не волнуйся, у меня есть запасной. Я когда-то потеряла, и пришлось купить новый. Но потом, слава Богу, нашла и теперь ношу не снимая. Он мне очень дорог.

Так я оказалась в местном Храме Солнца. При входе все вносили пожертвования, хотя бы один медюк. Внутри храм чем-то напоминал католический, а местами мусульманскую мечеть. Яркие фрески на стенах с образами каких-то людей и повсюду знаки солнца. Самый большой покрывал весь свод центрального купола, под которым, в центре зала, располагался алтарь в форме пирамиды.

Скамеек не было. Все молились сидя на ковриках, а обувь снимали в небольшом холле, при входе в главный зал. Огромный алтарь, вокруг которого сидели молящиеся, был весь утыкан свечками. Священники поднимались по золотистым ступенькам устанавливая новые свечи и собирая уже догоревшие.

Ингрид сказала, что дороже всего поставить свечку на самый верх. Так Бог услышит твою просьбу гораздо быстрее остальных. Я удивилась такой предприимчивой смекалке солоранцев. И ведь люди платили. Платили за то чтобы оказаться на вершине пирамиды. Ингрид, тоже заказала самую высокую позицию. Она предложила и мне присоединиться к ней, но я сказала, что не хочу тратить ее деньги и уговорила поставить мою свечу на первую ступеньку.

Я закрыла глаза и представила, что нахожусь в церкви, в которую я обычно ходила с мамой, когда приезжала к ней домой. Молилась я за маму, за Эдварда, за Ингрид и за то, чтобы приближающаяся война, так и не началась. Так я побывала в Храме Солнца дважды, на дневную молитву и на вечернюю. С Ингрид мы условились, что будем ходить туда каждый день.

Грин все это время не давал мне покоя, уговаривая пойти в Волшебный лес:

— Вик, сама подумай, что может случится в Волшебном лесу? Это самое безопасное место в мире! Быстренько смотаемся туда и вернемся! Эдвард даже ничего не узнает!