Чтение онлайн

Нет, не с того он начал. Скоро придется вмешаться.

– Закрой свой рот и не смей говорить о Викторе! – Реймонд пошел на Гордона с кулаками.

Перед ним встала мисс Беннет. Я окаменела от страха.

– Реймонд, как ты смеешь так разговаривать с Гордоном?! Мы встречаемся уже два года. Гордон поддерживал меня. – Лицо Татьяны исказила гримаса отчаяния.

Но Реймонд, очевидно, воспринял это как «поддерживал, в отличие от тебя».

– Ты встречаешься с этим ублюдком? – перешел на крик Рей. – Что ж, спроси его о Викторе! Офелия, мы уходим!

Реймонд дернул меня за руку больно и резко, за считаные секунды вытащив из дома.

– Мисс Беннет, мне очень жаль… – пролепетала я на ходу.

– Реймонд! Вернись сейчас же!!! – Татьяна топнула ногой.

Гордон обхватил ее за плечи и повел в дом, Реймонд же никак не мог остановиться, даже когда мы прошли милю по грязи и навозу и покинули пределы фермы. Я спотыкалась, падала, вставала. В какой-то момент мне все надоело, я затормозила у деревянного низкого забора соседнего ранчо и закричала во весь голос:

– Да стой же, мать твою!

Лошадь по соседству фыркнула и задергала хвостом. Уже стемнело, и на небе высыпали звезды, каких никогда не бывает в крупных городах – созвездия, открывающиеся глазу лишь в таком пустынном месте. Реймонд остановился недалеко от меня, и я нагнала его, отрывая липкую подошву от сухой травы.

– Не хочу! – крикнул Беннет в ответ. – Почему из всех мужиков она выбрала именно этого…

Последовали русские слова, которые я не могла разобрать, но то, что начиналось на букву «б», звучало действительно страшно.

– Может, расскажешь, почему повел себя как последний кретин?! – завопила я, отталкивая его от забора.

– Гордон Холл! В моем доме! Как она могла его выбрать, Офелия?!

– Реймонд, тебе будто пять лет! Да, вы в ссоре с Аштоном. Но при чем тут твоя мать и ее счастье?! – Я была просто шокирована его сумасбродством. – Она столько лет страдала! Твой папаша оставил ее, один сын погиб, второй бросил и игнорировал! Да ты должен был расцеловать мужчину, который позаботился о твоей матери!

– Гордон Холл тогда «выкупил» Аштона, а затем заплатил, чтобы никто даже не разбирался в истории с его присутствием на месте убийства! – кричал Рей. – А его бизнес? Там столько грязи, Офелия!

– Он просто позаботился о своем сыне. Если бы ты был отцом, ты бы сделал то же самое, – констатировала я.

– Ни хрена подобного! Кроме бизнеса, его не волнует ничто и никто! – Казалось, от ярости Беннет вот-вот лопнет или уничтожит равнину, на которой мы очутились. Он шел быстро, бесцельно, а я семенила следом, едва поспевая.

– Реймонд, ты вел себя просто отвратительно! Чем твоя мать это заслужила? Поговорил бы с Гордоном наедине, а не устраивал шоу… – Я размахивала руками от возмущения. – И почему ты приравниваешь Гордона к своему отцу? Может, тебе просто неприятно, что отец Аштона как раз-таки проявил заботу, в отличие от твоего?!

– Так и думал, что ты ни хрена меня не поймешь! – крикнул он и снова ускорился.

Я побежала за ним.

– Рей, ты что, бросаешь меня прямо здесь? Я, знаешь ли, боюсь койотов. Не думаю, что смогу нанести им апперкот.

– Твой дом в десяти минутах ходьбы! – проорал он.

К черту. Я перелезла через забор, едва не угодив в канаву с навозом, затем, ругаясь себе под нос, дошла до дома. Бабушка с дедом даже не заикнулись о Реймонде, наверное, они сами поняли все по моему выражению лица. Я ужасно злилась, но и винила себя в том, что не смогла его успокоить. Мы с Беннетом были похожи, и я могла понять его реакцию, но, вместо того чтобы попытаться выслушать, утихомирить, начала осуждать. А с другой стороны, он и сам мог ради матери хоть чуточку напрячься и ограничиться разбитой кружкой!

Реймонд был прав: нужно возвращаться в Нью-Джерси. Я прилегла, чтобы поразмышлять над дальнейшими действиями. В итоге одолжила у мамы денег на билет и подорвалась с постели. Раз уж завтра мне улетать, самое время посетить казино.

Офелия: «Аш, мы можем съездить в казино? Сейчас».

Прочел сообщение. Две минуты спустя появилась бегущая строка.

Аштон: «Заеду через двадцать минут».

Через двадцать одну минуту я услышала, как колеса автомобиля буксуют в песке у забора нашего ранчо.

– До чего пунктуальный парень. – Я хлопнула себя по бедру и вышла из дома, сменив обувь. Прежнюю пришлось оставить на улице до утренней чистки.

Аштон сцепил руки и постукивал по коже большими пальцами, нервно вышагивая вдоль машины. Явно переживал о том, как себя вести после случившегося. На нем было кашемировое серое пальто, которое прекрасно сочеталось с цветом глаз, но не с синяками, которые оставил Реймонд.

– Так, давай-ка сразу проясним, – с ходу начала я, торопливо приближаясь к машине, – никаких ужимок, между нами все в порядке. Начнешь распускать руки – останешься без пальцев. В конце концов, я же прославленная убийца.

Сначала брови Аштона взлетели вверх, а потом он разразился хохотом.

– Боже, Офелия, ты чудо. Клянусь, единственный экземпляр в своем роде. Садись!

Пристегнувшись, мы двинулись в путь. Аштон подключил музыку с телефона, и в салоне довольно громко зачитал рэп Кендрик Ламар.

– Одна из моих любимых песен. – Я улыбнулась и закачала головой в такт «Money Trees», прикуривая.

– Что с твоим лбом? – спросил Аштон.

Я опустила козырек и осмотрела голову. Под челкой почти ничего не видно.

– Очередная стычка с дверьми. Они меня за что-то не любят.

Аштон хохотнул и неодобрительно покачал головой.

Снаружи казино выглядело как старинный паб, где можно было встретить ковбоев. Вроде неброско, но внутри встречали швейцары, и интерьер был роскошен.

Я почувствовала себя самым бедным муравьем в этом люксовом муравейнике и все же встряхнула плечами, чтобы придать себе уверенности, и взяла Аштона под локоть. Он здесь на хорошем счету, так что разумнее держаться рядом. Из музыкального автомата играл джаз, а официант, как только заметил нас, сразу угостил шампанским. После газированных спиртных напитков я бывала сама не своя, но сейчас твердо решила держать планку, аристократично попивая из бокала и непременно отогнув мизинец – эту деталь я подсмотрела у Аштона.