Чтение онлайн

Но если… он станет мучеником?

[собеседник не отвечает - зафиксирован только цифровой импульс подтверждения]

КАРР (вполголоса, с горечью):

Если мы скажем, что он погиб… за Веру. За Нас. За Обелиск. Кто посмеет сомневаться? Кто будет слушать его записи, если он превратится в символ жертвы?

[пауза - 6.4 сек.]

КАРР (резко, холодно):

Готовь людей. Незаметно. Не сейчас. Через несколько дней. Он не должен почувствовать, пусть думает, что победил. Тогда он не станет защищаться.

[ещё одна пауза. Затем Карр произносит заключительные слова почти шёпотом]

КАРР:

Каждому Схождению - нужна кровь. Пусть его будет первой. И последней.

[КОНЕЦ ПЕРЕХВАЧЕННОЙ СЕРИИ ЗАПИСЕЙ]

СТАТУС: ПЕРЕДАНО В ЦЕНТР АНАЛИЗА АСИ / КОД: ПРАКСИС

***

Смерть Джейкоба Даника лишь ускорила то, что и без того неумолимо надвигалось. Его последователи не дрогнули, не рассеялись - напротив. Лидер погиб, убитый пулей неизвестного снайпера, но вера осталась. И чем ярче горела вера, тем быстрее гибли миры.

События, которые должны были произойти годом позже, развернулись досрочно. Хрупкое равновесие между земным правительством и юнитологическим движением было разрушено. Последовавшая волна диверсий, мятежей и кровавых инцидентов охватила сначала дальние колонии, потом перекинулась на основные промышленные узлы, а вскоре и на Землю.

Колонии, расположенные в нескольких световых годах от Солнечной системы, одна за другой начали провозглашать независимость. Формально - временную автономию, отказ от навязанного военного присутствия или реструктуризацию связи с центральным командованием. По факту - восстание. Некоторые администраторы были повешены, другие сами перешли на сторону мятежников.

На борту исследовательской станции ''Гелиос'' в системе Эпсилон Эридана капитан Карел Ванг и его ближайшее окружение устроили переворот, расстреляв лоялистов прямо в командном центре. Станция перешла под контроль секты ''Истинных голосов Обелиска'' - новой юнитологической ячейки, утверждавшей, что голос Даника продолжает вещать им во снах.

На Тау Кита военный флот колонии, состоявший из двух фрегатов и одного старого эсминца, отказался выполнять приказы с Земли. Видеозапись, на которой капитан Элиас Джерриан публично сжигает знамя EarthGov и называет Глобальный Совет фашистской структурой, разлетелась по сетям.

На информационном фронте разразился настоящий ад. В социальных сетях и на новостных платформах, даже тех, которые считались лояльными правительству, появились вирусные видеообращения юнитологов: призывы к восстанию, псевдопророчества, нарезки с речами Даника и кадрами из закрытых военных зон. Алгоритмы модерации либо не справлялись, либо были саботированы. Особенно быстро радикальные идеи распространялись через платформу ''Старвойс'' - в одной только системе Глизе 581 наблюдалось около полумиллиона новых подписчиков каналов экстремистской направленности.

Обстановка за пределами Солнечной системы вышла из-под контроля.

Ситуация в пределах Солнечной системы мало чем отличалась от хаоса на дальних рубежах. Ближе к середине января 2513 года теракты и саботаж стали повсеместной реальностью. Почти каждый день - новые взрывы, отключения энергосетей, кибератаки, нападения на гарнизоны. Хуже всего то, что часть этих акций совершалась не фанатиками-одиночками, а обученными боевиками, бывшими офицерами армии и флота.

Некоторые флотилии начали саботировать приказы, целые экипажи дезертировали. Патрульный фрегат ''Кавказ'' отказался возвращаться на базу близ Урана. Сигнал с него был перехвачен и расшифрован: капитан утверждал, что не желает участвовать в геноциде и грабежах ради корпораций и предпочитает искать истину в другом месте. Через два дня его передача повторялась по пиратским каналам во всех регионах.

На Марсе из строя вышла система воздушной регенерации в куполе №18. Погибли девять тысяч человек. Кто-то намеренно вмешался в ПО климат-контроля. Виновных не нашли.

В колонии на Европе в районе Ио-Корп сотрудники службы безопасности открыли огонь по толпе протестующих. Началось с того, что юнитологи раздавали брошюры и ''новые письмена Даника'' у входа в технический университет. Через час - погромы, захват административного центра, взрыв резервуаров с кислородом. Погибли и протестующие, и студенты, и дети. Секретный отчёт военной разведки, позже попавший в прессу, гласил: ''Подразделение с позывным ''Копье-9'' отказалось выполнять приказ и эвакуировать заложников. Трое офицеров присоединились к мятежникам''.

Луна, прежде считавшаяся безопасной зоной, теперь стала ареной партизанской войны. Около сорока процентов её поверхности находилось в руках боевых ячеек юнитологов, действовавших с пугающей координацией. Они пользовались старой инфраструктурой, укрывались в подземных бункерах, ещё с времён лунной гонки XXII века.

Атаки начали происходить и в ближнем тылу. В Москве неизвестные вывели из строя станцию космической связи. В Шанхае теракт на оборонном заводе унёс более двухсот жизней. В Рио - отравление системы водоснабжения нанотоксинами. Кто за этим стоял? Следствие ничего не доказало, но все знали - это было звено одной цепи.

Центральный военный комитет ввёл новые протоколы безопасности: усиленные фильтрации, многослойную верификацию биометрии, арест без ордера по подозрению в симпатии к юнитологии. Но меры срабатывали плохо.

Гораздо хуже то, что начались нападения на базы Сил обороны Земли.

В последних числа января 2513 года группа мятежников, в числе которых был бывший капитан фрегата ''Оберон'' и двое научных сотрудников совершила атаку на спутниковую верфь над Венерой. Верфь не только производила модули для гражданских кораблей, но и оснащала новейшие истребители класса ''Цербер''. Двадцать погибших, станция повреждена, тысячи тонн оборудования уничтожены.

Комплекс ''Локус'' знал тревогу раньше других. Знал - но молчал. Режим изоляции, автономный контур связи, армейская охрана, повышенная секретность. Всё это должно было защитить объект от внешнего мира. Но не от правды.

Утром, тридцатого января в главном конференц-зале был объявлен срочный брифинг. Зал наполнился неофициальной тишиной, в которой каждый шорох как выстрел. Присутствовали все, кто имел допуск первого класса. Ученые, старшие инженеры, операторы мониторинга, аналитики и даже офицеры из ближайшей военной базы. Беспрецедентно.

Через пять минут после назначенного времени вошла Мари Равель. Тот факт, что она прибыла лично, уже говорил о многом. В строгом костюме цвета угля, с серебряной полоской в волосах, она выглядела как воплощённое хладнокровие.

– Доброе утро, коллеги, - начала Равель. Голос сухой, как хруст льда под ногами.
– Давайте без лишнего: ситуация за последние две недели сложилась чрезвычайная.

Она сделала короткую паузу, от которой в зале потянуло ознобом.

– После гибели Даника началась цепная реакция. Он стал мучеником, почти затмив Альтмана. По версии юнитологов убит пулей правительственного снайпера, наша агентура утверждает, что дело во внутренних разборках. Несмотря на показную фанатичность, последнее время он начал сомневаться в назначении Обелисков, на закрытых встречах призывал церковное руководство к разумности и сдержанности. В итоге его посчитали более полезным в качестве сакральной жертвы... Восстания, как вы знаете, охватили не только дальние колонии, но и внутренние сектора. Мы имеем подтверждённые случаи дезертирства среди офицерского состава, попытки саботажа, утечек секретных данных. Однако наибольшую тревогу вызывают инциденты, связанные с Обелисками...