Чтение онлайн

— Нет, вовсе нет. У тебя всё будет хорошо, — ответила Эвери. В её голосе была нежность, которой я никогда прежде не слышала.

— Я не могу пойти в школу! — я была вне себя от паники.

— Кейденс, сделай глубокий вдох. Ты ещё не сделала тест. Ты психуешь раньше времени.

— Я не могу родить ребенка, Эвери! Я ничего о детях не знаю! О, Боже мой! Моя жизнь кончена!

— Успокойся! Сейчас же! — заорала Эвери в трубку. — После школы пойдёшь ко мне, и мы во всём разберёмся. Если, и это если под очень большим сомнением, ты беременна, мы справимся, ясно? Но думаю, что это всего лишь небольшой сбой в твоём теле. Думаю, у тебя всё нормально.

Я пыталась сосредоточиться на словах Эвери: «Мы справимся». Как будто мы с ней вместе через это проходим. Может она в каком-то смысле чувствовала за это ответственность, хотя и непонятно, почему. У неё-то не было со мной незащищенного секса, не из-за нее я, возможно, забеременела.

— До школы мне нужно вырвать, — сказала я и повесила трубку, не дожидаясь ответа.

Я вскрикнула, когда увидела Оливера, стоящего в дверном проёме. Я его даже не слышала.

— Чем это ты тут занимаешься?! — завизжала я.

— Не знаю, — ответил он, быстро качая головой из стороны в сторону.

— Что ты слышал?!

— Не знаю, — его глаза практически вываливались из орбит.

Я схватила его за руку и затащила в комнату, захлопнув дверь. Не знаю, зачем. Мама с папой уже ушли на работу.

— Что ты услышал, Оливер? — терпеливо спросила я.

— Что-то насчёт овуляции и о том, что ты, возможно, беременна, — ответил он.

Я опустила голову и снова расплакалась.

— Пожалуйста, — прошептала я.

— Пожалуйста, что? — спросил он. — Не говорить маме и папе? Ты хоть на секунду подумала, что я мог бы им рассказать?

Я посмотрела на него, слёзы текли по моему лицу.

— Не знаю. Я не знаю, что мне делать, — я рухнула на кровать, а он сел рядом.

— Всё в порядке, — сказал он и неловко похлопал меня по плечу.

Я вытерла глаза.

— Кей, как это произошло?

Я знала, что он имел в виду, но всё же не смогла сдержать смех. Это был тот самый вопрос, который мне нужно было услышать.

— Итак, Оливер, когда двое любят друг друга, они…

— Заткнись. Ты знаешь, о чём я. Почему это ты занималась сексом? И с кем?

— Можно подумать, я тебе расскажу. И почему я занималась сексом – не твоё дело.

— Это грех, Кейденс, — мягко сказал он.

— Для меня, нет, — ответила я.

Оливер выглядел пораженным.

— Это вроде как в Библии написано, Кейденс. Не заниматься сексом до свадьбы.

— Разве?

Оливер нахмурил брови:

— Вообще-то, да. Разве нет?

— Я никогда об этом не читала, — ответила я.

— Но это же, вроде как, то, чему нас учили, — сказал Оливер.

— Я знаю, чему меня учили, Олли.

— Так почему ты не следуешь правилам? — спросил он.

— Потому что я в них не верю, ясно? — огрызнулась я.

Оливер отпрянул, глядя на меня, словно я была незнакомкой.

— Ты не веришь в Бога? — выдохнул он.

— Конечно же, я верю в Бога, — фыркнула я. — Может, просто успокоишься?

— Ты не веришь написанному в Библии?

— Конечно же, верю. Может быть, я просто по-другому интерпретирую всё это. Мне жаль, что тебя потревожил тот факт, что я занимаюсь сексом до свадьбы.

— Это тебя он должен тревожить. Это ты, возможно, беременна, — ответил Оливер.

— Пошёл ты к черту.

— Кейденс!

— Мне не нужно твоё благочестие, учитывая ту хрень, которая сейчас происходит, понятно?

— Кей, прости. Мне, правда, жаль. Я просто пытаюсь понять.

— Мне восемнадцать, Оливер! Я взрослая! Я могу заниматься сексом, ясно? То, что я занимаюсь им до свадьбы, не делает меня плохим человеком. Я не хочу выходить замуж, к примеру, лет до тридцати. И что я должна, подождать с сексом до тридцати?

Оливер пожал плечами.

— Что ж, следуя Библии…

— Да заткнись ты со своей Библией! — воскликнула я. — Мне не нужно это выслушивать! И в любом случае, люди в те времена женились лет с двенадцати! Это, блин, даже не считается.

— Но Кейденс, неужели ты совсем не испытываешь вины?

— Ты испытываешь вину, каждый раз, когда дрочишь?

— Кейденс!

— Давай, поговори со мной о сексуальной распущенности, но только когда перестанешь играть с собой, Оливер, — ответила я, выделив «сексуальную распущенность» кавычками в воздухе.

Это был самый тупой разговор, который только мог случиться в такой кризисный момент, но я была ему рада. Во-первых, он заставил меня забыть, что я, возможно, беременна. Во-вторых, это позволило мне впервые высказать то, что грех секса до свадьбы – полная ерунда. И что это никак не связано ни с моей любовью к Богу, ни с тем, чтобы быть христианкой. В-третьих, это хоть немного, но дало мне ощущение контроля над чем-то. Я заткнула Оливера, и он даже, казалось, призадумался.

— Мы в школу опоздаем, — сказала я, хватая рюкзак и ключи от машины.

— Я поеду на автобусе, — сказал Оливер.

— Автобус уже ушёл, Олли. Что? Не хочешь находиться в одной машине со своей распутной сестрой?

Оливер закатил глаза.

— Божечки, теперь все эти надписи на моём шкафчике правда!

Обожаю сарказм. Это универсальное средство, и чем больше сарказма я вкладывала в эту ситуацию, тем сильнее чувствовала, что смогу справиться. Я улыбнулась.

— Прекрати, — сказал Оливер. — Если ты беременна, убегу из дома, потому что ни за что на свете не стану жить в нашем доме с тобой и родителями. Не собираюсь иметь дело с твоими гормонами и всем этим дерьмом, что происходит с женщинами, когда они беременны.

Я открыла рот, чтобы ответить.

— Заткнись. Я ещё не закончил.

Я закрыла рот.

— И думаю, что это чертовски нечестно, быть дядей в пятнадцать, ясно? Я ещё не знаю всех этих дядюшкиных штучек, а ещё ты эгоистичная сука.

Я была в шоке. А потом захихикала.

— Я серьёзно, Кейденс! — сказал Оливер, но потом тоже рассмеялся.

— Назову ребёнка в твою честь, — ответила я, взъерошив его волосы.

— Отвали! — крикнул он, отпрянув. — И нет, ты этого не сделаешь!