Чтение онлайн

Он присел за стол и стал ждать, когда его схватят полицейские.

– Джон,- взывал к его разуму Келп.- Ты единственный кто может придумать план. Сделай что-нибудь.

– Слишком поздно,- ответил ему тот.

– Все кончено,- существовали определенного рода утешение и релаксация в унынии.

– Ну и ну,- вмешался Уилбер Хауэи в своей обычной манере, подпрыгивая, хихикая и подмигивая,- тюрьма кажется не такой плохой, когда к ней привыкаешь. Может нам повезет, и мы окажемся в одном тюремном корпусе. В последний раз я познакомился с отличной бандой. Мы все вместе сложились деньгами и подписались на Плейбой. Мы читали об аудиоаппаратуре и о других вещах, так что время прошло незаметно.

– Уилбер, предупреждаю тебя,- зарычал Тини.

– И не будет на чем ездить,- произнес Стэн Марч голосом, словно из могилы.

– Время от времени,- заверил его неугомонный Хауэи,- мы может сбегать из тюрьмы на некоторое время, и тогда ты сможешь порулить.

– Все в один тюремный корпус,- повторил Келп, глядя с ужасом сперва на Тини и затем на Хауэя.- Джон, подумай об этом.

Дортмундер думал. Он вздохнул. Нет покоя грешникам:

– Ладно, - сдался он.
– Я сделаю это. Точилка Тини - это одно, но сорок восемь лет с Уилбером в одной тюрьме – это слишком. Ни в коем случае.

– Джон?- надежда мелькнула в глазах Келпа.- Ты сделал это? Ты нашел выход?

– Я как раз думаю над этим,- ответил он,- но меня продолжают перебивать.

– Прекратите перебивать,- приказал Тини Келпу.

– Верно, - поддержал Стэн.

Ж. К. добавила:

– Заткнитесь все.

– Ну и ну,- произнес Уилбер,- дайте этому парню комнату.

Таким образом, все заткнулись и просто смотрели на Дортмундера. Он сидел за столом и думал. Через некоторое время он посмотрел на Ж. К, затем на сестру Мэри Грейс, на Тини, потом на Уилбера, Келпа и Стэна Марча и снова задумался. Еще через некоторое время он встал и пошел в соседнюю комнату, посмотрел на ее обстановку и снова задумался. Еще попозже он посмотрел через окно на беспечных людей едущий в своих автомобилях по Пятой авеню, куда только им захочется и снова думал. Он вернулся в комнату, где двенадцать глаз посмотрело на него. Уилбер Хауэи дернулся, и было слышно, как упала кнопка.

– Сестра,- обратился Дортмундер.- Есть ли телефон в том монастыре?

Широко распахнув глаза, она кивнула.

– А есть так кто-нибудь, кого я могу позвать…а…а….

Почти робко Ж. К. подсказала:

– Ты имеешь в виду кого-нибудь свободного от обета?

– В том-то и дело,- согласился Дортмундер и обратился к девушке:- Есть ли там кто-то, кому разрешается разговаривать по телефону, если тот зазвонит?

Она кивнула.

Дормтундер махнул в сторону телефона:

– Позвони в монастырь.

Сестра Мэри Грейс затаив дыхание, подняла трубку и начала набирать номер.

Тини выглядел недовольным:

– Еще больше монахинь?- спросил он.

Дортмундер кивнул:

– Еще больше монахинь.

Были времена, когда старший инспектор Фрэнсис X. Мэлони из нью-йоркской полиции ни при каких обстоятельствах не мог оказаться в проклятом городе в воскресенье в мае месяце. Тогда старший инспектор был самым важным копом в городе Нью-Йорке, мастером этих чертовых расследований и с ним нужно было считаться. Но совсем недавно старший инспектор позволил тяжелому предмету, который был целью полицейского розыска, проскользнуть между его массивных пальцев и ударить его по пальцу на ноге. Он безумно разозлился, разбил камеру тележурналиста и вообще вел себя неконтролируемо. Он замарал свою репутацию. Поскольку он все еще оставался влиятельным полицейским, то его не посмели вышвырнуть. Однако он не был уже лучшим полицейским Нью-Йорка, и он знал об этом, и все знали это. Пока «вонь» не пройдет, Мэлони вынужден был заниматься нудными, унизительными и трудоемкими обязанностями.

Вот в чем заключалась его работа. Когда в городе Нью-Йорке совершалось крупное преступление - не второсортное как убийство, ограбление банка или поджог здания - а преступление экстра-класса, этакая фелония в столице, которая всякий раз была настолько крупной и интересной, что требовала освещения в СМИ, то возникала потребность в высокопоставленном одетом в униформу полицейском чиновнике с окантовкой на шляпе, который занимался бы расследованием. Этот выставляемый напоказ инспектор или капитан, как правило, был настолько стар, глуп и страдал от алкоголизма, что ему не было позволено даже иметь пули для его оружия. И для Фрэнсиса X. Мэлони выполнение долга такого рода терзало его сердце. Сердце.

И вот пришла весна в его дом в Бейшоре на Лонг-Айланде. Моторная лодка инспектора была спущена на воду Большого Южного залива сразу же позади его дома. Его томаты и герани росли на своих грядках во дворе. Солнце было теплым, а дни становились длиннее. И сегодня было воскресенье. И здесь в центре Манхэттена, в «Государственном банке Авалона» он должен был демонстрировать свою тушу для средств массовой информации (и не бить больше ни одного чертового журналиста, о, нет), казаться упитанным, потеть и ходить вокруг, надев шляпу с окантовкой.

Здесь царил адский беспорядок. Мэлони был просто счастлив от того, что это не он проводит расследование, поскольку что-то в это истории было не так. На верхнем этаже этого здания собралось столько солдат удачи, наемников, что было достаточно для смены администрации в Аду. На 26-ом этаже обокрали полдюжины импортеров. Часть похищенных предметов была найдена на верхнем этаже у наемников, которые утверждали, что ничего об этом не знают. И в самом деле, ведь кража со взломом не была их специализацией. Убийство невинных людей было более свойственно им.

Мэлони сидел вместе с водителем в своей служебной машине, уставший от демонстрирования самого себя, он просто отдыхал. Он открыл дверь, высунул ноги на обочину и грустно размышлял о чистой, красивой и залитой солнцем воде Большого Южного залива. К нему подошел молодой чернокожий полицейский, глаза и лицо которого все еще светились праведностью почерпнутой в Полицейской академии. Молокосос отдал четь и доложил:

– Сэр, мы нашли женщину.

Мэлони никогда не отдавал честь, он просто кивал. Кивнув, он ответил:

– Неплохо для тебя.

– Она находится вон там, сэр.

Мэлони нахмурился. А нужно ли ему заниматься этим делом?

– Кто она?- спросил он.- Грабитель или солдат?

– Музыкальный продюсер, сэр.

Мэлони внимательно рассматривал этого молодого чернокожего офицера полиции. Он был слишком молод, чтобы иметь опыт, слишком черный, чтобы кричать об этом и даже вряд ли потревожит ногу инспектора.

– И что, во имя Святой Богородицы, я должен делать, по-твоему, с музыкальным продюсером?- хотел знать он.

– Речь идет о нескольких монахинях,- сказал молодой человек и быстро заморгал глазами.- Может, будет лучше, если она сама расскажет обо всем.

– Монахини? Почему я должен…- Но тут его взгляд упал на женщину у входа в «Государственный банк Авалона», и он остановился и просто смотрел на нее.

Много лет назад он познакомился с инструктором по дзюдо, которая выглядела как эта женщина. Добрый Боже! Как женщина может изменить себя! Это один из вопросов, ответ на который, мистер Мэлони не узнает никогда.