Хороший актёр. Мы сильнее
Шрифт:
– Отец думает, что я бездарь, не могу сам добиться успеха, раз покупает мне роль даже в выпускном спектакле. Так знайте. Мне это не нужно. И проявлять ко мне снисхождение тоже не нужно. Я его чувствую за километр. Если вы считаете меня заурядным, то так и скажите. Дайте шанс достойному.
– Здравствуй, Кинг. – сказал Зиммерман, проигнорировав монолог Дэниела. – Работайте оба. – закончил режиссёр и удалился, оставив всю компанию в недоумении. Хотя больше всех был поражён Дэниел, ожидавший, что его непременно лишат роли без всяких раздумий.
– Джульетта, – улыбнулся Дэниел и поздоровался с девушкой очень театрально, пафосно.
Эшли улыбнулась. Как часто люди менялись, оказавшись между небом и землей? Многие утверждали, что не боялись смерти. Что это единственное, чего нельзя избежать, и несомненно она настигнет каждого. Но как только смерть представала на расстоянии вытянутой руки, то мигом прежний человек, сам того не сознавая, исчезал. Он стремился к свету, рушил в своей голове фундаментальные убеждения и взгляды, нравственно не являющимися правильными, но удобными, лишь бы остаться человеком. Запомниться людям достойной личностью и встретить смерть, не виня себя за деяния в прошлом. Доверие к таким людям могло быть бесспорным, ведь теперь главным судьёй для них были не знакомые, авторитеты, а они сами.
Слова Дэниела расположили Орлов к нему. Эшли это чувствовала. Парень сделал шаг навстречу Эшли, но Чарльз нахмурился, разрушив весь дружеский настрой.
Отойди от Эшли. – коротко сказал Чарльз. Его голос был ниже обычного – он ещё не угрожал, лишь предупреждал, но девушка совсем не понимала его реакции. Разве он не был удивлён, благодарен за такой поступок?
– Я с миром. – улыбнулся Дэниел и поднял руки, «сдаваясь».
– Даже не подходи к ней. – ещё спокойнее сказал Чарльз, покачав головой. Эшли безумно не нравилось, что парень вместо неё решал, общаться ли ей с Дэниелом или нет. Ещё одно его слово, и она точно не смолчит… В какой-то момент они оказались втроём. Орлы разбрелись по всему актовому залу. – С Клэр урок не усвоил?
– Что? – выдохнула Эшли. Она ничего не знала про эту девушку, но по тону Чарльза поняла, что история мрачная, до конца не изведанная, хоть предельно ясная.
– Бывшая. – опередил Дэниел и улыбнулся. – Забрала мои деньги и улетела в Европу.
– По их словам. – враждебно прервал Чарльз. Он не пытался доказывать что-то Эшли. Всё время он не отводил серьёзного взгляда от Дэниела. – Ноешь, что нет той единственной. А ты посмотри, как ваша семья поступает с твоими спутницами.
Дэниел продолжал улыбаться. Точнее выдавливать из себя улыбку. И его попытки казались жалкими. Он прикусил губу и посмотрел на свои ботинки. От Ли девушка часто слышала о его стремлении найти настоящую любовь. Во всех его словах было море наивности, высочайших требований, и капля реалистичности.
– К чему ворошить далёкое прошлое?
– Не хочешь о далёком? Можно о недавнем вспомнить. – сказав это, Чарльз механически прикоснулся к своему шраму у виска, и только сейчас обратил внимание на Эшли. – Если тебе не плевать на Эшли, то не приближайся к ней. Без тебя ей безопаснее.
Дэниел сглотнул слюну, медленно наклонил голову, изучая Чарльза и обдумывая их разговор, и рассмеялся. Он смеялся, закрывая лицо руками, натягивая кожу. Блондин коснулся ладони девушки, намереваясь взять её за руку, а она её одёрнула. Эшли почувствовала тяжесть, неприятный груз. Она делала глубокий вдох и долгий выдох. Она молча оставила парней. Сделала несколько шагов от них и остановилась, не соображая, в какую сторону ей пойти.
– Дорогая, ты что такая бледная? – спросил Джонатан.
– Что между Дэниелом и Чарльзом? Я уверена, ты знаешь. – спросила Эшли, оборачиваясь на Рэя, подошедшего с другой стороны. Тот почесал свою шею. Он неловко бросил взгляд на Джонатана и, взяв девушку под локоть, увёл её подальше от барабанщика. Джонатан растерянно улыбнулся, выдохнув, издав звук взрыва, и угловато отвернулся от них, а затем переключил внимание на знакомых.
– Дэн, Джошуа и Чарльз были как братья. – протягивал каждую гласную Рэй.
– А что случилось? – настойчиво спрашивала Эшли.
– Он точно меня убьёт, если я расскажу тебе. – искривился парень. – Хотя тебе он никогда об этом не расскажет, правильно? Конечно, из добрых побуждений. – оправдывал себя Рэй. – Он вообще к тебе всегда хорошо относился. Грубил, но из уважения. – тихо тараторил он. – А так ведь всегда защищал. Даже побольше Мейса. Хотя сам в этом не признается…
– Рэй. – приостановила его Эшли. – Что произошло между Ли и Кингом?
– Ты в курсе, что миссис Ли – крёстная Чарльза? – собрался с духом музыкант. Эшли, услышав это, прикрыла глаза. Как это? – Их мамы были лучшими подругами. Дэн, Чарльз и Джошуа чуть ли не всё время проводили вместе. Потом миссис Кинг умерла. – последнее слово Рэй не смог произнести, а просто пошевелил губами. Он так подробно знал эту историю… Мейсон тоже был посвящён в неё, несомненно. А вот, что Джонатан не имел ни малейшего понятия об этом, для Эшли было открытием. Даже неприятным. – Мистер Кинг начал пить. Забил на бизнес. Многое делал Чарльз. Ты не представляешь, как ему… – Рэй прервался на полуслове, не желая полностью раскрывать все карты. Даже он не хотел показывать слабости Чарльза… Разве это было стыдно? – Семьи Ли и Кинг долгое время были успешными бизнес-партнёрами, пока не пришла Клэр (она была девушкой Дэниела). – снова она… Эшли затаила дыхание, готовая услышать тайну, секрет. – Она рассказала Чарльзу, что Ли собираются забрать долю в бизнесе. Миссис Ли в курсе всех афер не была. А на следующий день Клэр пропала. Ни записки, ни связи с ней, ни активности в соц.сетях – ничего. Только сухая информация от Ли-старшего, что она забрала деньги их семьи и сбежала в Европу. Ты веришь? Мы нет. Чарльз тогда требовал объяснений от Дэна и Джошуа, но те сказали, что они ничего не знали. А затем прекратили с ним общение. Полностью. Спустя несколько лет от миссис Ли он узнал, что близнецы не только знали обо всём, но даже и помогали их отцу. Иначе бы их лишили денег, наследства. Дэн даже извинялся перед Чарльзом, но бесполезно. Чарльз не прощает предательства. Никогда.
Эшли по-новому смотрела на Дэниела. Она изучала его профиль, стараясь найти на лице отпечаток прошлого. Затем так же на Чарльза.
– Не смотри на них. – отвернув голову Эшли, сказал Рэй.
Началась репетиция.
Эшли поочередно работала с Чарльзом и Дэниелом. Прикасаясь к каждому, она словно знакомилась с парнями заново. Девушка была собранна. Она выполняла поставленные задачи. С мыслями она решила повременить, они не были помехой для репетиций. Но она два раза получила замечание от Зиммермана. Во второй раз как будто с нотой разочарования.
– Не верю я! Не. Ве. Рю. – отчеканил режиссёр, сняв и надев очки.
Одни и те же сцены отрабатывались раз за разом. Разумеется, замечания были и к другим актёрам, но Эшли это не волновало. Она слышала только свои минусы.
– Между тобой и Чарльзом пропала искра! Где она? – уже злился Зиммерман. – К Ромео нет вопросов. Джульетта – сухая.
Всю репетицию Чарльз пытался помочь девушке: поддерживал, брал за руку, подсказывал, поднимал настроение и настрой, но кроме гнева Эшли ничего не испытывала. Такая помощь её только злила. Разве она просила помогать? Зачем он это делал?
После окончания репетиции Эшли убежала раньше, чем Чарльз предложил ей провести время с ним, Орлы позвали в кафе. Она нашла в парке уединённые скамейку и села на неё, вставив наушники в уши. Ей нужно расслабиться. Ей нужно выпустить пар… Но почему тогда она, наоборот, себя сдерживала? Она закрыла глаза, накрыла уши руками, поджала ноги, поставив их на скамейку.
В пять конкурс.
Впереди целый день.
У каждого случаются такие дни… Но ведь она – не каждые. Она должна быть лучше. Что если её уберут из главной роли? Как она в лицо Габриэллы посмотрит?