Чтение онлайн

Вверх ведет узкая железная лестница, вделанная в стену, - это еще метров пятнадцать. В куполе темно, безветренно, тепло. По сторонам форточки, похожие на иллюминаторы, а купол сам, словно воздушный шар. Отодвигаю засов, форточка распахивается. Какая высота! Может голова закружиться, если долго вниз смотреть. Прямо подо мной распластался Царь-колокол и его осколок.

"Нет. Ни Кремля, ни его зубчатых стен, ни его темных переходов, ни пышных дворцов его описать невозможно... Надо видеть, видеть... надо чувствовать все, что они говорят сердцу и воображению!.."

Зазвонили колокола Спасской башни. Куранты пробили двенадцать. И снова тихо. Но это только кажется.

Звучит весь город. Трубные звуки издают золотые купола, они как начищенные до блеска инструменты духового оркестра, поднятые в небо. Трелью разливается Москва-река, несущая свои волны под мостами. Струны Крымского моста гигантской арфой звенят в прозрачном воздухе. А белые стены и черные крыши - клавиши какого рояля могут издавать такие звуки? Звучит весь город - симфония в камне.

СУХАРЕВА БАШНЯ

Среди многих московских башен предметом особого пристрастия москвичей была Сухарева, что стояла у Сретенских ворот, на площади, которая носила имя башни, а теперь Сухаревская площадь. Ни про одну башню не сложили столько преданий, столько легенд, ни одну, пожалуй, так часто не вспоминали, как эту. Звали ее и Сухаревой барышней, и невестой "Ивана Великого", и сестрой Меншиковой башни...

"Сухарева башня весьма популярна в России - миллионы рисунков с нее разошлись по всем городам. Это очень красивое, высокой оригинальной архитектуры здание построено Петром Великим..." - писал в одном из очерков "Московской старины" знаток города Павел Богатырев.

Стояла Сухарева башня на Садовом кольце, где сейчас день и ночь несется лавина автомобилей. Это и сыграло решающую роль в ее судьбе. Когда в 30-х годах XX века Москва расширяла свои старые улицы и площади, Сухареву башню, оказавшуюся на пути потоков транспорта, снесли. Смириться с тем, что ее не стало, трудно. Слишком много значила она в истории города, слишком много воспоминаний связано с ней. Поэтому в планах московские градостроители не забывают о Сухаревой башне, все чаще вспоминают о ней, особенно когда заходит речь о реконструкции центра Москвы, ее исторического ядра.

...Звоню в исторический архив Главного архитектурно-планировочного управления и спрашиваю, не могли бы мне показать Сухареву башню. Работники архива, привыкшие выполнять срочные задания, приглашают в зал, где на столе лежат четыре большие папки под одним названием - "Сухарева башня". Ее белый камень и красный обожженный большемерный кирпич растворились в каких-то новых постройках XX века.

Сохранились ли чертежи, планы, фотографии, рисунки? Нахожу в этих папках изданный в начале XX века очерк, составленный на основании более ранних документов. Погружаюсь в описание и вижу в воображении уникальное сооружение, которому, быть может, суждено возродиться.

Так было сравнительно недавно с Триумфальной аркой, без которой сегодня трудно вообразить площадь Победы на Кутузовском проспекте. Так бывало и прежде. Например, Водовзводная башня Московского Кремля возводилась трижды: в XV, XVIII и в XIX веках. То, что мы видим теперь, это третий вариант.

Архитектуру называют застывшей музыкой. Она, как и музыка, исполняется по нотам, по чертежам. И если они есть, то даже уникальное здание можно повторить.

Но сохранились ли "ноты"-чертежи Сухаревой башни, как говорят специалисты, графические материалы? Читаю название первого дела: "План Сухаревой башни с прилегающими к оной каменными строениями Адмиралтейского ведомства, состоящей Мещанской части второго квартала..." Это план 1834 года. Белый большой плотный лист. Вижу очертания башни, ее сложный контур, состоящий из нескольких частей разной конфигурации, а также проезд, палаты, лестницы...

Листаю дальше. Перед глазами выполненный тонко отточенным карандашом рисунок фасада со стороны Сретенки. Виден каждый завиток окна, все архитектурные украшения, а их тут сотни - от основания до державного орла, взлетевшего на вершину башни.

Графических материалов много, они и на ватмане, и на кальке, и на синьке; есть чертежи разных строений, фотографии отдельных деталей, они реставрировались не один раз до сноса...

А история башни уходит в конец XVII века, в царствование Петра I. Тогда Москву окружал Земляной вал - огромная средневековая оборонительная стена, проходившая как раз там, где сейчас пролегло Садовое кольцо: у Сретенки находились ворота Земляного города. На этом месте Петр I распорядился построить новые каменные ворота и башню. Как известно, во время стрелецкого бунта, чуть было не окончившегося плачевно для юного Петра, несколько верных ему стрельцов известили его о заговоре, а полк стрельцов под командованием полковника Лаврентия Сухарева целиком остался верен Петру. В том месте, где располагался полк, и была сооружена памятная башня, ставшая как бы символом верности. На одной из мемориальных досок, висевших на башне, была такая надпись: "Построены во втором стрелецком полку по Земляному городу Сретенские ворота, а над теми воротами палаты и шатер с часами... а начато строение в лето 7200 (1692 год), а совершены 7203 (1695 год), а в то время будущего у полку стольника и полковника Лаврентия Панкратьева сына Сухарева".

Как видно из этих дат, началась стройка через три года после подавления стрелецкого мятежа и фактического перехода власти к Петру. Так что башня - не только память о верности полка, но более того - памятник, который Петр соорудил в честь своей первой решительной победы над противником.

Известно, что сооружалась башня под наблюдением опытного и умелого мастера Михаила Ивановича Чоглокова, который позднее наблюдал за сооружением другого большого здания времен Петра - Арсенала в Кремле. Сухарева башня - первое гражданское сооружение петровского времени. С нее начались в архитектуре те преобразования, которые распространялись затем по всей России и восторжествовали в новой столице на берегах Невы.

Кто же был зодчим, с чьим именем можно связать это эпохальное сооружение, предваряющее приход на смену допетровской архитектуре нового современного стиля, связавшего русскую архитектуру с новой, европейской?

Кто бы ни писал о Сухаревой башне, все возвращаются к ее описанию, сделанному знатоком Москвы, историком, археологом И. Снегиревым. Снегирев считал, что, хотя предание и связывает ее имя с Лефортом, другом Петра, его полководцем, но так как "Петр I любил архитектуру и сам чертил планы для многих церквей и других зданий в Москве и Петербурге, то весьма вероятно, что было сие сооружено по его плану...".

Внешне башня напоминала ратушу старых европейских городов и, как пишет Снегирев, представляла смесь "ломбардского с готическим" стилем. В то же время в каждой своей детали - будь то окно, лестница, шатровый верх - башня являлась произведением русской архитектуры. Хотя башня и была окружена, как водилось тогда, часовнями, кельями, караульнями, амбарами, это было гражданское сооружение. Ему нашли достойное применение - тут обосновалась математическо-навигационная школа, основанная Петром. Она готовила кадры для созданного им русского флота.

Вскоре после основания в школе обучалось 500 человек. Из этого видно, сколь велика была башня. Она состояла из трех ярусов-этажей. В первом этаже имелся проезд. На верхних ярусах располагались палаты. В одной из них, которая называлась Рапирной, обучались фехтованию. Можно предположить, что здесь же происходили театральные представления, столь любимые молодым Петром.

В здании школы были классные помещения, а некоторые ученики жили здесь, хотя, как писали они в одной из жалоб, "за холодом от зимы тут жить невозможно". Математику и навигацию в школе преподавали три англичанина во главе с неким Фарварсоном, арифметику - Л.Ф. Магницкий. Он автор первой русской "Арифметики"; она вышла через три года после основания школы, тогда же вышли и таблицы логарифмов Фарварсона и учебник "Геометрии". В школе, довольно демократической по тем временам, учились дети от 12 до 17 лет представители разных сословий, "кто похочет, а иных паче и с принуждением".