Чтение онлайн

А потом вижу яркую вспышку. В голове будто что-то взрывается. Удар — и я падаю навзничь, прижимая птенца к груди…

— Рори! Гхаррова женщина! Не смей умирать! — кто-то целует мои щеки и веки.

Я чувствую кожей твердые губы и жаркий, лихорадочный шепот.

Габриэль… Это его голос. И так приятно слышать в нем обеспокоенные нотки. Но…

Откуда он здесь? И «здесь» — это где?

Открываю глаза.

Обвожу вокруг взглядом, но все словно в тумане. Склоненное надо мной лицо Габриэля почему-то расплывается. Воздух пахнет поднятой пылью и каменной крошкой.

— Где я? — шепчу ссохшимися губами.

И понимаю, что Габриэль сидит на каменном полу пещеры и прижимает меня к груди. Его руки поглаживают мою спину. Сверху нависли знакомые сталактиты. Часть из них упала и разбилась на куски. И эти куски валяются вокруг в виде острых обломков.

— В гнезде. Точнее, теперь уже бывшем гнезде, — Габриэль усмехается. Но в его лице ни кровинки.

— А что случилось?

Все тело болит.

Я вспоминаю яйцо, дракончика и то, что случилось потом. Воспоминание захлестывает меня порывом холодного ветра. Подношу руки к лицу. На пальцах засохла кровь, но дракончика нет.

— Обвал, — коротко констатирует Габ.

— Святая Праматерь! Девочки? Где они? — пытаюсь вскочить.

Дарг удерживает меня на месте.

— Они в безопасности. Я как раз подоспел, когда их уже сажали на анкров. В суматохе не сразу заметили, что тебя нет. Иви сказала, что ты осталась в пещере. Я бросился за тобой и…

Не договорив, Габ пожимает плечами.

Зрение постепенно фокусируется.

— Иви?

Она ведь не любит меня… Почему же решила спасти?

— Да, она сказала, что видела, как на тебя упал камень.

— А птенцы?

— Девочки всех забрали.

— Всех — это сколько?

Сердце замирает в ожидании ответа. Не знаю почему, но для меня это очень важно!

— Шесть малышей.

— Семь, — говорю очень тихо, скорее сама себе. — Птенцов было семь. Значит, седьмой где-то здесь. Нужно его найти!

Делаю еще одну попытку вырваться из крепких рук.

— Нет, в этой кладке было шесть яиц. Я лично проверял.

— Ты ошибаешься! Было седьмое. Пусти!

Почему он держит меня? И вообще, почему мы все еще в этой пещере?

— Тише. Яиц было шесть. Анкры не откладывают больше шести, успокойся.

Вместо того чтобы помочь мне подняться, Габ начинает укачивать меня, как ребенка.

— Да что происходит? Дай мне найти птенца — и будем уже выбираться отсюда.

— Мы не можем.

— Чего не можем? — с удивлением и подозрением смотрю на него.

И мне очень не нравится выражение его глаз.

— Обвал, — повторяет он флегматично. — Выход полностью завалило.

— А…

Застываю с открытым ртом.

Как же я сразу не поняла, что все изменилось. Чистенькая и ухоженная пещера усыпана обломками скалы. Гнездо раскурочено, а там, где раньше находился проход, теперь лежит груда огромных камней.

Меня охватывает тихий ужас. Мы погребены в недрах скалы. Живьем.

— Габ, — шепчу в состоянии шока, — а ты ничего не можешь сделать? Ты же… дракон?

И снова кривая усмешка:

— Могу. Обернуться и пробить гору. Но, боюсь, тебя просто завалит, пока я сделаю выход. К тому же я не могу летать.

— Не можешь? — с удивлением уставилась на него. — Почему?

— Старая рана.

Похоже, он не склонен откровенничать передо мной.

— И что же нам делать?

— Ждать. Нуэр знает, что мы здесь. Он доставит детей в безопасное место и вернется за нами. Нужно дождаться помощи.

Дарг ласково убирает с моего лица прилипшую прядь.

Нет, здесь что-то не так.

Почему он говорит со мной как с ребенком. Боится, что я начну истерить?

Странно, но с каждой минутой я, наоборот, все больше беру себя в руки. А еще странно то, что я вижу, как днем. Все предметы яркие, четкие. Хотя люминесценции на стенах больше нет…

А еще я чувствую странные запахи. Слышу странные звуки.

Это запахи горных пород в толще земли…

Шорох песчинок в трещинах свода…

Медленное стекание капель по сталактитам…

Шум крови, несущейся по жилам Габриэля. Стук его сердца. Насыщенный, терпко-пряный, мужественный аромат его кожи и волос…

А внутри растет, раскрывается как цветок ощущение странной наполненности.

Что-то изменилось во мне. И оно меня не пугает…

Пока я внезапно не вспоминаю: Эмма, химера, агрон.

Эта мысль проползает холодной дрожью по телу, сдавливает горло, превращает воздух в легких в раскаленный песок.

— Габ… Скажи, здесь раньше бывали… обвалы?

— Нет. До этого никогда. Но ведь все бывает впервые, верно?

Но я не согласна с ним.

— Габ! Это подстроено! Нас с тобой заманили в ловушку! Точнее, я думаю, что меня использовали как приманку, или кто-то решил убить сразу двух зайцев.

Его взгляд моментально меняется. Становится сосредоточенным.

— С чего ты это взяла, Аврора?

— У меня есть доказательства, что Эмма не та, за кого себя выдает!

Габриэль хмурится. Смотрит на меня с недоверием.

— Эмма? Эрла Леврон?

— Никакая она не эрла! — выкрикиваю в сердцах. — Это химера!

— Это невозможно, — он резко выдыхает. — Анкры почувствовали бы ее…

— Значит, с вашими анкрами что-то не так! И со всеми вами тоже!

— Не знаю, за что ты невзлюбила ее, но твои обвинения беспочвенны…

Я не даю ему договорить.

Вырываюсь из рук. Отпрыгиваю на безопасное расстояние и запальчиво говорю:

— Доказательства есть! Ты знаешь, что когда человек спит, на его лице проявляется дух-захватчик? Я была у нее в спальне! Ночью! И все записала на агрон.

— Аврора…

— Да! Я знала, что мне никто не поверит, поэтому сделала это! У нее в комнате целый шкаф окровавленных тряпок. Но ты не признаешь, что я права, пока сам не увидишь все это.

Габ сужает зрачки. Теперь его взгляд — два режущих лезвия. Но он мне не верит. Думает, во мне играет женская ревность.

— И где же этот агрон?