Хозяйка Чёртова озера
Шрифт:
– Ну что ты, ты же…
– Хватит, Кло!
Я уже был не на шутку зол и сверлил девчонку взглядом, будто это она окунула меня в воду с головой, а не Эвет. При мысли о Эвет, пусть и мимолётной, в груди что-то воспалилось.
– Я не хочу тебя обижать, но и терпеть не могу. Милая, пожалуйста, пойми, что я могу позаботиться о себе сам. Я уже много лет живу один и обхожусь со всем тоже один. Мне так проще. Иди, отдохни, я буду в порядке, ты и так мне очень помогла.
Кло сдалась ещё на слове «милая», кротко кивнула и через пару минут её след простыл. Рада быть полезной, даже когда полезно, чтобы она ушла.
Была Эвет или нет?
Не успел я подумать об этом, как дверь снова открылась. На этот раз тучное тело Сури двигалось на меня. В руках горничной был поднос, на губах вымученная улыбка, на подносе какие-то пузырьки.
– Сури!
– я подскочил в постели, прижав к груди колени, торопясь вылезти из одеяла, сесть.
– Не вставайте. Вредно.
– Сури! Откуда ты узнала, что мне нужна помощь? Кто тебе сказал?
– Мисс Эвет и сказала, - лицо Сури окаменело, будто от этой информации ей было физически больно.
– Пришла ко мне, мол, пойди Сури, спаси….
– Стой. В котором часу это было?
– Ночью.
– Ночь, понятие растяжимое. Точнее?
– Я на часы не смотрела.
– После трёх? Или до?
– Не знаю.
– Ты сразу пошла будить Кло?
– Возможно.
– Как ты можешь быть не уверена?
– Мне пора, - скорчила рожу Сури, присела в своём потешном реверансе и… ушла!
До чего непробиваемые, сумасшедшие эти старухи, чтоб их! А уж Сури, с её обидой, драмой и «темным прошлым», так совсем конечная остановка. (Я даже не виню в бедах Сури Эвет).
Я несправедлив.
Я предвзят.
Сури ушла, Кло я прогнал сам, остался один, и минуты потянулись бесконечно долго. Я, почему-то, ждал ночи.
Кло была обижена. Да, он был добр, вежлив и прикрыл своё нежелание видеть её желанием одиночества. Но она же знает… Кем была та девушка? В его комнате сидела девушка, и она была в таком тонком платье, точно это ночная рубашка. А эта простуда? Эти ночный купания? Кло только и делала, что ждала его с тех пор, как дала себе слово стать его женой. Да! Он ничего не обещал. Но ведь любого мужчину можно добиться… Так мама говорила.
Кло вышла из дома, задыхаясь и закашливаясь, будто воздух был наполнен угарным газом, а не ароматами хвои и влажной озёрной моросью. Девушка поискала в кармане ингалятор и удовлетворённо сделала огромный, глубокий вдох.
– Как же я ненавижу… - она не смогла ничего больше сказать. Никого она не «ненавидела», она просто не умела ненавидеть. Любить - да. Обижаться - ещё как! Прощать, подставлять другую щёку, даже помогать врагу. А ненавидеть не могла. Ни других, ни себя. Она трепетно относилась ко всему миру, слишком трепетно и влюблённо.
Когда все дела с кровельщиками были улажены, а работа на крыше почти прекратилась, Кло отошла подальше, к озеру, чтобы издалека увидеть результат общих трудов. Свежая крыша сверкала ненужным современным блеском, и Кло уже жалела, что решилась сменить старинную черепицу на более современную в погоне за сухими потолками на верхних этажах. Она стояла у ограды и смотрела на обновлённый дом, который теперь нелепо и серо смотрелся под новенькой крышей.
– Вы кто?
– я не стал истерить, очередная мертвая девица и, судя по виду, из арсенала Клотильды. Распахнул окно, девица забралась по лесенке и села на подоконник.
– Коко Жур, мсье, - девица протянула руку, надеясь на поцелуй.
– Кит Аллен, - руку я всё-таки пожал, целовать не решился.
– Как вы пересекли ограждение?
– Оу, мистер Нейл впустил меня. Но по очень уважительному делу и сказал, что больше никого не пустит!
– И что же за «уважительное дело» такое?
– Я слышала, что вы помогли этим молчуньям Мэй: организовали встречу с братом, - затараторила Коко.
– Я не…
– Так вот, я бы тоже хотела встретиться кое с кем, это очень важно!
– Я ничего не…
– Ваша помощь очень сильно обяжет меня! Да и мне есть что предложить, в конце концов!
– Меня не…
– Видите ли, мой сын, он родился в сорок четвёртом, и сейчас ему тридцать три, почти как вам! Его зовут Марсель де Жур, он мечтал стать доктором, когда ему было пять, ну, сами понимаете!
– Да я не…
– Он был таким очаровашкой! Клянитесь мне, что поможете! А я тогда раскрою вам две тайны! Две-е - предложение века, - Коко улыбалась и кокетливо болтала ножками в воздухе.
– Клянитесь, и я открою две тайны!
– Да нет же! Я может и дурочка, но наверняка знаю, что предложить мужчине! Неужели вы не хотите узнать, чем именно так разозлили Джин, отчего не хотят её будить? М-м-м? Лицемерки! Уж я точно знаю! Ну!? Стоит того?
– А первая тайна?
– Ну-ну, сначала клянитесь!
– Коко шлепнула меня ладошкой по сжатому кулаку.
– Ладно! Две тайны и одна просьба! Идёт?
– А ты умеешь торговаться!
– А ты должно быть немало стоила, с таким дерзким характером!
– Что за мысли, мон шери, я была учительницей французского!
– залилась неестественным, но явно фирменным смехом, Коко.
– По рукам! Ты помогаешь мне поговорить с моим Марселем, а я тебе две тайны и услугу! Для начала информация для тебя, мальчик мой! В последний раз я видела моего Марселя в публичном доме «Быстрая Лошадка», это тут неподалёку! Ему было пять лет.
– И?
– Что «и»? И всё! Я же уже тридцать лет как того!
– Ладно. Сделаю всё, что в моих силах. Давай свои тайны.
– Э-э, не так быстро. Одну тайну сейчас, одну тайну потом, а услугу, когда пожелаешь. Идёт?
– Рассказывай уже!
– я говорил чуть громче, чем должен был, а Коко только шире улыбалась с каждой минутой.
– Там на берегу, совершенно без чувств, лежит твоя милая сестрёнка Кло! Ну, я пошла! Быстро справишься, быстро узнаешь всё про Джин!
Коко спрыгнула и ловко повисла одной рукой на лестнице.
При виде меня, повторно заглянувшего «на огонёк», Уинифред расцвела в улыбке.
– Это вы? Опять?
– её лицо не выглядело соблазнительно-порочным, скорее уж милым и наивным, даже глупым немного.
– Да, решил пообедать у вас. Проезжал мимо.
– Наши крылышки никого не оставляют равнодушным! Вы же ради крылышек?
– я понятия не имел, о каких крылышках речь, потому что в прошлый раз ел, определенно, не их.
– Да, да. Несите крылышки. А пиво есть?
– Пиво есть, - Уинифред расплылась в улыбке.
– Какое предпочитаете?