Чтение онлайн

– Думаешь, он знал о них?!

«Вот как?» Вчерашнее видео с катера наверняка посмотрели все вейверы, но до этого, похоже, Ямакава следовал тому же принципу, что и она сама: не обсуждать выживших после предыдущей попытки колонизации с теми, кто сам о них не догадался. Почему? «Ответ на этот вопрос может подождать».

Вязиницына четким движением застегнула комбинезон, остановив бегунок ровно на восемь пальцев ниже ключиц.

– Увидимся вечером.

* * *

По пути к долине Винегрет, 2550-07-13 04:05

Через пятнадцать минут Малиника уже сидела в катере и хрустела галетами. Повела плечами: в сырых от росы, персиковых с синим рассветных сумерках было зябко.

Вернувшийся с орбиты Семенов выглядел обеспокоенным, но вмешиваться в план спасения не стал. «У него и без этого дел по горло». Сильвергейм ничего в долине не нашел, а его отчет только добавил вопросов и беспокойства.

За штурвалом сидел широкоплечий Рик, и Вязиницына в который раз удивилась необычному сочетанию очень смуглой кожи и желтых волос. Расти в штурманском кресле был бледен, но в целом вроде бы бодр. Слева от Малиники расположился Робин Оливо, врач из отряда планетологов. Девушка снова поежилась. Его постоянно окружала жутковатая аура одновременно безнадежной покорности судьбе и какого-то нездорового любопытства. На последнем ряду сидений Джамиль тоже завтракал, чем-то жидким и густым, судя по неприятному хлюпанью ложки. Четвертый парень из отряда планетологов, Ли Ем, дремал на кресле прямо за ней. Сегодня бывшие вейверы снова были совершенно разными, и вчерашняя сцена у раскуроченного катера казалась лишь страшным сном.

Расти едва заметно нахмурился, когда Рик резко набрал высоту, выходя на верхний эшелон. Вообще-то такими операциями должны заниматься спасатели, но Шмидт скинул Вязиницыной упрощенный расчет операции. Компьютер был на стороне Джамиля. «Как и соответствующий черновик из расчетов Ямакавы». Имея необходимые навыки, вейверы, в отличие от перегруженных работой спасателей, лучше знали долину и формально не были заняты по специальности. Малиника скосила глаза на Оливо. «Агрономы, инженеры, спасатели и дополнительный врач в придачу. Замена команды планетологов была бы лучшим решением за все время подготовки экспедиции даже без Ковчега».

С такой высоты огромный, полный тайн и загадок лес нового мира казался плоским и однородным, как дешевый коврик для йоги. Машинально пытаясь отыскать глазами за дымкой облаков хоть какие-то ориентиры, Малиника сосредоточилась на своих ощущениях. Ни страха, ни волнения. Даже ежиться от утренней прохлады перестала. На мгновение она сама возмутилась собственному безразличию. «Сколько трупов лежит на том уступе?» Вопрос вызвал лишь любопытство. Вряд ли много, судя по обилию насекомых и грибов. Доел ли дракон свою первоначальную добычу? Справились ли люди с гигантским ящером или убежали? Малиника моргнула. Поняла, что даже не рассматривает вариант с их гибелью. Положила ладонь на планшет. Вероятность гибели обоих, и Ямакавы, и аборигена, заметно отличалась от нулевой, и пренебрегать ею было нельзя. Вспомнив утреннюю встречу в душевых и курсы по психологии выживания, Вязиницына попыталась представить себе, что, прилетев на место, они обнаружат растерзанный окровавленный скафандр или просто тело со свернутой шеей, или… Вообразить, что доктора Вернона Ямакавы больше не существует, оказалось невероятно трудной задачей.

– Эй, - из оцепенения девушку вывел мягкий толчок ботинком чуть выше щиколотки.
– Хватит попусту тратить время. Доедай давай.

На секунду ей показалось, что Ал-Каласади читает ее мысли, но в следующий миг она обнаружила, что замерла с последней галетой во рту. Чуть покраснев от неловкости, Малиника быстро догрызла солоноватый хлебец, запив его последней парой глотков из одноразовой кружки. Скомкала посуду, затолкала в приемник мусора в стене катера.

* * *

Наземная база, 2550-07-13 07:59

Владимир сосредоточился на текущей по пищеводу теплой жидкости. Это был чай, великолепный напиток из мяты, найденной биологами где-то в чаще вудвейлских лесов. Сегодня Семенов не чувствовал его вкуса. Даже больше, сейчас он искренне жалел, что не выбрал для завтрака чертов псевдо-кофейный коктейль.

Он прилетел очень рано, но поговорить с Вязиницыной успел всего пару минут, пока в катер, на котором он и еще несколько человек вернулись с орбиты, загружали подготовленное за ночь оборудование для спасательной операции. «Что думаешь?» - «Судя по его оценкам, он почти наверняка выжил.
– Пауза.
– Ни в логах катера, ни даже в реакции Расти я не вижу ничего, что могло бы это опровергнуть.
– Еще одна пауза, буквально на планковский квант времени длиннее предыдущей.
– В поведении аборигена агрессии не видно, ни мне, ни компьютеру. Но данных для полноценной модели недостаточно». Он ничего не ответил, лишь ободряюще хлопнул по плечу.

Между тем в столовой дела пытались идти своим чередом. Несмотря на привычную уже толпу, в зале было неожиданно тихо. Люди вроде бы все так же обсуждали текущие дела, но без шуток и смеха. Каждый спешил быстрее доесть скудный, невкусный и порядком уже надоевший завтрак и покинуть ставший странно негостеприимным холл жилого корпуса. «Словно тут уже стоит невидимый гроб».

Семенова тоже ждала работа: множество мелких тактических решений, разговоры, уточнения моделей, - но он продолжал сидеть здесь, отвечать улыбкой на неловкие приветствия, демонстрируя, что все под контролем. «Лгать. Я сижу здесь, чтобы лгать. Чтобы люди вокруг меня не ринулись совершать подвиги срочные, а продолжали совершать подвиги нужные». Владимир на секунду плотно закрыл глаза. Не помогло: тут же вспоминался взгляд Сильвергейма. Они оба знали, что Арчи сделал все, что было в его силах, только вот лидер спасателей считал это бессилием.

С момента включения в состав экспедиции Ямакава старательно соблюдал дистанцию со всеми, кроме своего отряда, сводя взаимодействия лишь к неизбежному минимуму, но его отсутствие ощущалось теперь как нехватка кислорода. Игнорировать это и продолжать работать было физически больно.

Владимир почувствовал чей-то взгляд, более пристальный, чем остальные. Оглядел почти опустевшее помещение и нашел ее. Дебора. Спокойно пьет чай вместе с кем-то из своих. В отличие от остальных, не спешит сбежать в повседневную суету. Собирался поздороваться и с ней тоже, но не стал. Ее холодным голубым глазам можно было не лгать. И от этого странным образом было легче.

Через мгновение к Семенову внезапно подсел Моррис, поставив перед собой две кружки и закрыв ему обзор на немногих оставшихся в столовой колонистов. «А может быть, закрывая обзор остальным», - подумал Владимир, глядя на свое отражение в маслянисто-черной поверхности пододвинутого ему напитка.

Псих-координатор отхлебнул из своей кружки и, не глядя на собеседника, без экивоков и вступлений выдал:

– Этот сукин сын играет свою партию на данных так, как пианист-виртуоз на лучшем рояле не сумеет. Даже Арбогаст не понимает, откуда Ямакава достает архитектуры своих моделей. Он оптимизирует не только результат расчета, но и его погрешность. Как будто у этого оборотня в башке еще пара слоев с миллионом-другим дополнительных параметров, а может, и с набором исходных данных, которые он не может формализовать. И вот это как раз вдвойне подозрительно, потому что никакой он не планетолог, он математик, мало чем уступающий Арбогасту, а то и превосходящий, с таким-то богатым и разнообразным опытом формализации в совершенно не связанных друг с другом областях.

Семенов сделал крохотный глоток из черной кружки, чтобы за отвращением к напитку спрятать неодобрение высокомерно-раздраженного тона Морриса. Тот маневр, скорее всего, заметил, но не счел нужным реагировать.

– Ямакава неплохо натаскал свой улей, - в той же манере продолжил он.
– Уверен, вчера они все неслабо стрессанули, но уличить их в этом сегодня я не смог. Похоже, искренне верят цифрам, которые оставил им их вожак. Расчет, конечно, красивый и убедительный, но вероятности так не работают.

Моррис замолчал, своей паузой заставляя Владимира оторвать взгляд от своего отражения в «кофе» и посмотреть на собеседника. Тот подчинился, и неожиданно для себя обнаружил за пренебрежительным тоном Грегора такого же уставшего и обеспокоенного человека, который говорит все это лишь потому, что это его прямая должностная обязанность. Потому что кто-то должен вот так подходить к руководителю экспедиции и спрашивать:

– Что будешь делать, если он не вернется?

Владимир сглотнул горький комок. «Он уже не вернулся. Вчера. И небо на землю не рухнуло». Назначать кого-то на место Ямакавы, не поговорив с членами его отряда, выглядело столь же нелепым, как леснику назначать нового вожака в стае диких волков.