Чтение онлайн

— Иви! Иди сюда, где ты ходишь!

— Поможете мне? — обвела я взглядом детей. — Я на вас рассчитываю. И попросите у няни Урсулы нагреть нам чаю. Иду, Аб!

Войдя в спальню, я остолбенела. Все в крови. Испачканные красным тряпки, мутная вода в тазу, белый халат Аба, который он неизвестно когда успел надеть…

— Иви, не стой! — прикрикнул он. — Мне нужна твоя помощь.

— Что? Какая?

Аб вздохнул, вытирая руки. Я перевела взгляд на генерала Реннера. На ранах красовались аккуратные повязки, зато из одежды на нем осталось только белье. Что ж, вот я и познакомилась с тем, как выглядит взрослое мужское белье в этом мире. Почти как и в нашем, только из обычной хлопковой ткани и вместо резинки — завязки. Может, на ком-то другом это бы и смотрелось смешно, но у генерала Реннера, оказывается, была фигура, как у фитнес-модели, так что на нем… все было очень красиво. Я прочертила взглядом кубики пресса, косые мышцы живота, рельефные мышцы бедер и голеней. Кожа была смуглой, как будто тронутой солнцем.

И все бы хорошо, но генерал Реннер метался по кровати, как будто ему снился дурной сон или как будто ему было очень больно.

— Вот такая, — кивнул Аб. — Раны я ему перевязал и обработал, микстуры оставил, потом расскажу, как пользоваться. А тут уж… побудь рядом, он как будто успокаивается, когда ты близко. Вот, и я о том же.

Я сама не заметила, как подошла к кровати и дотронулась до его плеча. Стоило мне сообразить, что сказал Аб, как я тут же одернула руку.

Генерал Реннер тут же застонал.

— Вот верни как было! — приказал Аб.

— Аб, ты же… ты же доктор, это просто совпадение.

— Я доктор и знаю, что такие совпадения жизни спасают, — отрезал он. — Все, я ушел. Завтра приду — проведаю. Дальше он сам будет поправляться, дракон же! Ничто его не вылечит лучше, чем его собственная кровь. Ты посиди рядом, он тот еще ходок похоже! Вон как при тебе сразу расцветает! Красивая ты, Иви! Даже с закрытыми глазами видно!

Генерал Реннер и вправду дышал ровнее. Ох… неужели дело в метках? Я почувствовала, как к щекам прилила краска.

— А деньги…

Аб посмотрел на меня так, как будто я его оскорбила.

— Вот очнется — сам заплатит. Или у тебя лишние? Все, я ушел. Ты уж прости, сами тут уберетесь, у меня еще пациенты есть.

— Конечно. Аб! — Я замялась, не зная, как передать словами то, что чувствую. — Спасибо.

Он задержался на пороге, неловко отмахнулся и вышел.

Мы с генералом Реннером остались один на один.

Спустя час в комнату заглянула няня Урсула и, опасливо глядя на кровать, забрала таз с водой и испачканные тряпки.

— Ласточка…

— Ничего не бойся, — твердо сказала я.

Потому что мне самой страшно.

Спустя еще пару часов Юджин принес мне мятный отвар и сказал, что они с детьми играют в истории: один начинает рассказывать сказку, второй продолжает — и так до самого конца. Я научила их этой игре: развивает воображение и может быть очень познавательной для воспитателя, который умеет слушать, что именно дети говорят.

Детям пришлось по душе.

— Они испугались?

— Конечно, — простодушно пожал плечами Юджин. — Мы же к хорошей жизни непривычные — рано или поздно она должна была закончится. Гадают, долго ли осталось и кто теперь вместо вас придет — или их самих куда-то отправят. Или вообще разделят.

— Ничего не закончится! — твердо рявкнула я. — Все будет хорошо. Иди и успокой их.

— Так, леди, я ж успокаивал, леди! — залепетал Юджин. — Так они ж не дурные, видят же…

Я вздохнула. Конечно, не дураки. Они очень умные — и за свою жизнь научились чувствовать приближающуюся опасность.

— Все будет хорошо, — пообещала я. — Ты мне веришь?

Юджин не нашелся с ответом, только спрятал глаза.

Отлично. Отлично просто! Одни проблемы от вас, генерал!

А поздно ночью генерал Реннер наконец пришел в себя.

ГЕНЕРАЛ АЛАН РЕННЕР

Возможно, мне стоило послушать Альберта: отсидеться где-то в тихом месте и дать шпионам сделать свое дело.

Но я скорее отгрызу себе руку, чем признаюсь в этом вслух, иначе Альберт будет припоминать это мне до конца дней и вытаскивать, как козырь, из рукава в любом споре.

Нет уж.

Обойдется.

Взрыв, прозвучавший в моем доме пару недель назад, когда мы обсуждали управляющую приютом в Брайтмуре, оказался только первой ласточкой. Я крепко кому-то досадил при дворе (таких, впрочем, можно было составить целый список на пару десятков пунктов), так что дальше последовало прямое нападение.

Во время вечерней тренировки на меня напало пятеро драконов — это как минимум, те, кого я успел пересчитать. Как по заказу, над королевством в тот вечер разыгралась гроза — подозреваю, не случайно все так удачно совпало, — и…

И я снова почувствовал сбивший меня с толку зов истинной. Такой сильный, что перед глазами все поплыло, а дракон совершенно ничего не соображал, только метался то в одну сторону, то в другую — потому что зов то появлялся, то замолкал. Бедняга сходил с ума, как пес, который потерял нюх.

Дракон злился все сильнее — так что в драке против пятерых противников, где нужна была трезвая голова, явно проигрывал.

Я тоже злился, совершенно дезориентированный, и, перехватив контроль, летел туда, откуда шел зов — к тому моменту я уже сообразил, что это грамотно спланированное нападение, и надеялся, что, когда доберусь до расставленной западни, хотя бы зов перестанет туманить голову.

Но это не сработало.

Нападающие, естественно, не пожелали ждать, пока я разберусь с происходящим, и продолжили рвать меня на куси. Умно, конечно. Дождь не давал мне учуять их запах и узнать, а молнии слепили чувствительные к вспышкам света драконьи глаза.

Пришлось перекинуться человеком и накинуть на себя полог невидимости — увы, я был не в лучшем состоянии, так что на то, чтобы приземлиться мягко, уже не хватило сил.

Кто-то назвал бы это бегством, но я был слишком слишком опытен, чтобы такими “бегствами” брезговать.

Я потерял сознание и пришел в себя… Так, а я где?

Привстав на локтях, я огляделся.

Темная комната, только скудный ночной свет падает из окна.

Обстановка исключительно нищенская. Обои, местами отклеившиеся от стен, шкаф с покосившимися дверьми, треснувшее зеркало и букет полевых цветов на подоконнике — в вазе с отколотым горлышком.

Сам я лежал на кровати, на груди и на бедре — аккуратные повязки. Спасибо, конечно, но я бы и без них справился, ненавижу, когда кто-то пытается меня лечить без разрешения.

Сев, я снова окинул комнату взглядом и замер.

Только в этот момент я заметил, что у стены на стуле сидит девушка. Спит, судя по всему. Простое платье в пол из грубой ткани, платок на голове, лица — не видно, потому что голова опущена.

Я втянул носом воздух. Пахнет пряно, знакомо и незнакомо одновременно. Запястья… нет, не она.