Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!
Шрифт:
— Послушайте… — начала я. — Вы не хуже меня знаете ответы на эти вопросы. И, раз уж вы хорошо себя чувствуете — не хотели ли бы вы… уйти отсюда?
Нет, ну а что? В моей ситуации осторожность — абсолютное излишество. Какая уж тут осторожность.
По правде говоря, я вовсе не видела выхода из той задницы, в которой оказалась.
Глаза генерала Реннера блеснули золотом, пересеченным полоской узкого зрачка, Юджин испуганно скульнул и зашуршал у меня за спиной, явно пытаясь стать меньше.
— Хотите, чтобы я все вспомнил, леди? Вообще все? Включая некоторые щекотливые... детали? — вкрадчиво спросил генерал Реннер.
Угрозу в его голосе не услышал бы только глухой. Он что, поиграть со мной решил? Что ему нужно? Зачем он вообще… оказался здесь? Зачем сейчас врет?
Вот надо было добить, пока имелась такая возможность!
От страха дрожали поджилки. Что за игра? Какие правила?
Как уберечь детей?
Я сжала зубы.
— Поговорим утром, — вежливо процедила я. — Вы ранены, вам нужно отдыхать и приходить в себя.
— Надеюсь, эту ночь вы, не пытаясь сбежать, проведете в вашей же спальне, — издевательски вежливо наклонил голову генерал Реннер.
Я сжала зубы так сильно, что почти услышала скрежет. Как же хочется его как-нибудь… изувечить.
Пожалуй, в этот момент я всерьез его ненавидела. В прошлый раз я выслушивала в основном претензии, адресованные Ивари, и воспринимала их философски, но сейчас… сейчас внутри не осталось ничего, кроме ненависти.
За то, что этот дракон свалился на меня. За то, что может все разрушить. За то, что из-за него дети в опасности.
— Это вряд ли, — церемонно ответила я. — Видите ли, мою спальню заняли вы. И, если вы не хотите, чтобы я к вам присоединилась…
— Не имею ни малейшего желания делить с вами постель. Доброй ночи. — Генерал Реннер вернулся на кровать и тяжело сел. — Поговорим утром. Этот комок шерсти вы, я надеюсь, заберете?
Мерзавец!
— Юджин, пойдем. В этом особняке есть места получше.
Не такие токсичные!
Я дернула на себя дверь и, дождавшись, пока Юджин выйдет, вылетела наружу, от души хлопнув створкой об косяк.
И только потом сообразила, что не могу себе позволить таких высоких и драматичных жестов: на какие деньги чинить дверь, если она сломается?..
— Все хорошо, — успокоила я Юджина. — Я не дам вас в обиду. И… спасибо.
Он же все-таки пришел меня защищать! Совсем как детей, когда я только-только здесь появилась. От этого простого и исключительно глупого жеста внутри что-то сжалось. Присев на корточки, я обняла Юджина за шею. В носу тут же предательски защипало.
Ну уж нет! Не время сопли на кулак наматывать!
— Никогда больше не бросайся на дракона, это опасно. И спустись к детям, пожалуйста, — попросила я, выпрямляясь и пряча глаза. — Проверь, чтобы все спокойно уснули. Ничего не бойтесь! Все будет хорошо.
Сама я, подождав, пока Юджин спустится с лестницы, побрела к крайней комнате: там хранились три запасных матраса. Удачно все-таки, что я их купила! А няня Урсула еще возмущалась: зря, мол, деньги потратили.
Я думала, что глаз не смогу сомкнуть, но уснула неожиданно быстро, как только легла на твердый набитый сеном матрас. Дети сейчас спали на хороших, пуховых, а эти, запасные, дешевые… хм, не так уж плохи. И пахнут приятно.
Проснулась я бодрой, полной сил и желания горы свернуть. Ну или хотя бы отправиться в лес за ежевикой. А еще мы хотели устроить пикник! И хорошо бы подыскать для детей учительницу, которая, в отличие от меня, владеет местной грамотой. Счету мы уже начали учиться, а вот грамоте…
И тут воспоминания о произошедшем разом навалились, и я застонала, закрыв руками голову. Не будет сегодня спокойного дня, наполненного привычными хлопотами, и завтра тоже не будет.
Пожалев себя еще примерно с минуту, я встала, и тут услышала подозрительные звуки. Каждый, кто живет в доме с шестью детьми, знает: тут любой звук подозрительный!
Выглянув из комнаты, я напряглась. А потом изо всех сил припустила вперед, подобрав юбку.
Потому что дверь моей спальни была приоткрыта, и в комнате я ясно видела оранжевые всполохи. Что там устроил генерал Реннер? Пытается сжечь дом? Только через мой труп!
Зайдя внутрь, я остолбенела. У двери стояла мрачная Софи, воинственно раскинув крылья, ее совиные глаза угрожающе щурились. Смотрела она на кровать, не отрываясь.
Но это еще полбеды.
Рядом стояла веселая Лили. Лучи утреннего солнца запутывались в ее пушистых волосах и золотили закрученные рожки. Лили радостно гикала, заставляя несколько десятков огоньков кружить по комнате.
По моей спальне.
Если присмотреться, в движении огоньков была система: они окружали стоящую у стены кровать, кольцо постепенно сужалось.
Я до сих пор ни разу не видела, чтобы мирная малышка, которая обожала сидеть у кого-то на руках, так себя вела.
На кровати сидел, округлив глаза, генерал Реннер, и смотрел на детей, не отрываясь. Судя по всему, проснулся от тоже совсем недавно. Посмотрев на меня, он спросил:
— А что, позвольте спросить, происходит?
Я хмыкнула.
Велик был соблазн сказать что-то вроде: “Понятия не имею, разбирайтесь сами”. И попросить Лили как-то активнее его жечь.
Что они с Софи вообще тут устроили? К гадалке не ходи — решили выжить нового обитателя из дома.
В кои-то веки мы с детьми были на одной стороне.
Но я все-таки была взрослой, к тому же слишком любила этих детей, чтобы втягивать их в наши разборки, так что вошла в комнату и строго произнесла:
— Лили, Софи! Это еще что за фокусы? Устроишь пожар! Немедленно погаси все!
Я сделала специальное строгое лицо, которое приберегала для таких случаев.
— Фок-ы! — радостно поддержала меня Лили и обернулась, протягивая ко мне ручки.
Покачав головой, я потянулась навстречу, и в следующую минуту произошло сразу несколько событий.
Огоньки, которые висели в воздухе, с тихим шипением погасли — и я облегченно выдохнула. По правде говоря, не была уверена, что мое указание сработает. Нужно все-таки попробовать объяснить Лили, что огонь — это опасно, пускай это и часть ее самой. Вот только как донсти такую сложную конструкцию до трехлетки?