Чтение онлайн

О том, что творилось на втором, я пока даже думать боялась. Там и окна битые, и двери не в каждом проеме имелись. Аж зубы заломило от раскрывающихся перспектив. Ох, и намучаюсь я с этими Водопадами…

Стойка, за которой встречали гостей, и на которой обычно лежала стопка чистых полотенец, тоже была в плачевном состоянии. Мы с Ладой попытались починить, но сделали только хуже – она теперь не только пошатывалась и скрипела, но и заваливалась на бок. Уж лучше бы и не совались! Пришлось придумывать какие-то подпорки.

– Не бабское это дело – гвозди заколачивать, – пыхтела помощница, неумело орудуя молотком. И в итоге тюкнула себе по пальцу. – Ай!

Он тут же начал распухать и наливаться синевой. Пришлось прерывать ремонтные работы и оказывать первую помощь. Пока Лада сидела на полу и укачивала больной палец, я сбегала наверх, достала из комода пузырек с лечебной настойкой, нарвала бинтов из чистой мягкой ткани и организовала повязку. Медсестра из меня так себе, поэтому на пальце получилась не просто повязка, а внушительный такой чупа-чупс. Лада попыталась что-то делать, но получалось неуклюже.

– На сегодня все, отдыхай, – осадила я свою не в меру прыткую помощницу.

Потом сама собрала опилки и деревянную труху из-под стойки. Смела их в совок и пошла к заднему выходу, чтобы выкинуть. Дверь открыла, совком махнула… и все содержимое отправила прямиком в физиономию какому-то типу, на свою беду оказавшемуся на моем крыльце.

Он охнул:

– Мои глаза! – И схватился ладонями за лицо.

Отшатнулся так, что нога сорвалась со ступени. Неуклюже сполз с крыльца и попал на мокрую траву. Поскользнулся, но равновесие удержал. И тут же поскользнулся снова. Взмахнул руками и повалился назад. Прямо в пустой уличный чан для купания.

Убьется ведь! Руки-ноги переломает!

– Бяка, воды! Срочно!

Все происходило как в замедленной съемке. Вверх поднялся бурлящий фонтан, а незнакомец изящно, словно большая цапля, размахивающая крыльями, заваливался назад и бездарно рухнул, подняв целый фонтан брызг и с головой уйдя под воду. Только ноженьки наверху и остались. Причем одна без ботинка, потому что во время пируэтов, слетев с пятки и просвистев в миллиметре от моей физиономии, он врезался в стену.

Спустя миг мужчина вынырнул и, уцепившись за бортики, закашлялся. Кажется, он матерился, но сквозь кашель и бульканье отдельных слов было не разобрать.

– Вы целы? – участливо поинтересовалась я, но ближе подходить не стала.

Мало ли, очередной маньяк, повернутый на расположении тазиков. Дедов-то я не опасалась – они только кряхтеть да песком посыпать могли, – а вот этот, здоровенный, как лось, запросто шею свернет. Вон как глазищами сверкает в мою сторону. На всякий случай я покрепче сжала совок в потных ладонях: если что – буду отбиваться. И орать!

Тем временем незваный гость прокашлялся и неуклюже выбрался из чана:

– Вы что себе позволяете?!

– Я случайно, – улыбнулась, всеми силами пытаясь расположить его к себе, – просто хотела выбросить мусор, а там вы.

Он никак не располагался. Смахнул лица воду, стекавшую с волос, тыльной стороной ладони провел по губам и уставился на меня как на врага народа. Я улыбнулась еще шире. Так широко, что чуть физиономия не треснула:

– Прошу прощения за досадный казус.

– Досадный казус? Это нападение на дознавателя при исполнении. Я могу увести вас в Управление.

– Пффф, да какое нападение! – всплеснула я руками. – Я же не знала, что кому-то приспичит на моем крыльце топтаться! Вам еще повезло, что я помои не выплеснула. А могла!

Тоже мне – при исполнении! В Управление он меня собрался отводить! Как бы не так!

Дознаватель прошел мимо меня, едва не задев плечом, поднял ботинок, сиротливо валявшийся на траве. При каждом его шаге раздавалось смачное хлюп, хлюп, хлюп. Я это слышала, гость тоже слышал. И злился:

– Из-за вас я весь мокрый!

Надо же, ворчливый какой.

– Ой, подумаешь, – пожала я плечами. – Бяка! Просуши нашего гостя!

Не знаю, умел ли дух сушить одежду прямо на человеке, но плевать. Пусть учится. Тем более этот ворчун меня так разозлил, что захотелось сделать какую-нибудь гадость.

Байхо не подвел. Незнакомца моментально окутало облаком пара, а когда оно рассеялось, выяснилось, что рубашонка-то подсела – рукава стали коротки, ткань между пуговиц опасно натянулась, да и длина уменьшилась, обнажив живот. Рубашка превратилась в топ. Живот, кстати, был очень даже ничего. С красивым рельефом и умеренной полоской темных волос, спускающейся от пупка под пояс брюк.

Пялиться на пузо дознавателя было как-то неприлично, поэтому я подняла взгляд на его возмущенную физиономию и чуть не рассмеялась. Волосы, высушенные добрым Байхо, скрутились колечками, образовав пушистый нимб вокруг весьма хмурого лица. Это выглядело так забавно, что я закусила губы, чтобы сдержать смех.

– Что? – подозрительно спросил дознаватель.

– Все отлично. Прекрасно просто. – В конце фразы я все-таки хрюкнула.

Его руки взметнулись в голове. Нащупав кудрявое безобразие на макушке, дознаватель снова сказал что-то заковыристое и не совсем приличное. Я тем временем снова сползла взглядом на напряженный живот. Красиво. И косые мышцы так рельефно выделяются…

Незнакомец тоже посмотрел на себя:

– Да чтоб вас всех!

Потянул рубашонку вниз, а она затрещала. Две верхние пуговицы отлетели, едва не зарядив мне в лоб, ткань расползлась в стороны, открывая грудь. Хорошую такую, фактурную. Аж потрогать захотелось.

Только гость явно не был расположен к тактильному контакту, потому что ругался на чем свет стоит. Подскочив к чану, зачерпнул горсть воды и приляпал волосы в голове.

– Зря вы так, – не удержала я и подлила масла в огонь, – кудряшки вам очень шли. Вы были такой… миленький, как ангелок.

Двухметровый «ангелок» двинулся в мою сторону с самым свирепым выражением лица. Если бы мне не было так смешно, я бы испугалась. Наверное… Но это не точно. Потому что несмотря на грозный вид и внушительные габариты, этот тип не вызывал ощущения опасности.

– Вы, – ткнул в мою сторону пальцем, – ты…

Из пальца с колоритным звонким «пи-и-и-ись» бодрой струйкой прыснула вода.

Мужик испугался и затряс рукой, а я все-таки не сдержалась и засмеялась:

– Ну что ж вы так… расслабились?!

Судя по яростному рычанию, меня сейчас будут убивать. А Бяка продолжал глумиться над незадачливым гостем и соорудил ему на макушке залихватскую закрутяшку из пены.

– Что происходит?

– Простите, – смахнула слезы, – извините.

Длинный кончик пены свесился и подрагивал от каждого движения, и я засмеялась еще сильнее.