Чтение онлайн

С краю будущего костра я закопала в песок картошку. Потом разложила сухие палки – этого добра во дворе всё ещё было предостаточно. И подожгла.

Костёр я разводить умела – мальчишки в деревне научили. Как и ловить рыбу. Жаль, удочки у меня не было – вряд ли мне ещё хоть раз повезёт поймать рыбу ведром. С другой стороны, возможно, удочку можно было найти у местных? Надо будет у Марика спросить…

Я замерла. С шумом втянула воздух и сердито выдохнула. И продолжила разводить костёр. Стараясь не думать, почему мыслями снова и снова возвращаюсь к едва знакомому мальчишке.

Нет, сейчас надо было поесть.

Выловить рыбу из ведра оказалось тем ещё развлечением. Она выворачивалась, скользила и уходила от преследования. И я бы, может, даже сдалась – но слишком устала и хотела есть. Вообще, в последние пару дней это состояние стало у меня почти привычным. Наверное, всё дело в свежем воздухе.

Наконец, карась сдался. В качестве разделочной доски выступил ещё один плоский булыжник, а в качестве оружия – тот самый тесак, найденный на печи. Чистить рыбёшку я не стала, только с горем пополам удалила внутренности. После чего насадила на прутик и пристроила над костром. Одновременно поставила в сам костёр горшок с пшеном, палочкой проверила закопанный картофель – и принялась ждать.

Похоже, впервые за два дня у меня намечался нормальный ужин.

Впрочем, просто ждать я не привыкла. И поскольку убираться я была не в состоянии, решила понемногу начать разбирать вещи. Папку с документами отложила на утро. В данный момент мне было необходимо найти хоть какое-то подобие мыла. Ну не яйцом же голову мыть, в самом деле!

Хотя когда-то бабушка настаивала именно на этом способе. Мол, экологично, да и для волос хорошо… Но я так и не прониклась. Упорно продолжала возить с собой в деревню шампунь. Да, химия – но зато кусочки яйца потом в волосах не застревают. А с учётом текущей ситуации те несколько яиц, что лежали в корзине, я бы с гораздо большим удовольствием съела.

Оставалось надеяться, что Мелисса была не менее предусмотрительна, чем я в своё время.

К счастью, в этом я оказалась права. Шампунь отыскался в том самом сундуке, где я вчера утром нашла зеркало. В это самое зеркало я, к слову, тоже посмотрелась. Изучила себя со всех сторон и пришла к неутешительному выводу. Кассиан Кроу был прав: выглядела я отвратительно. Даже по сравнению с прошлым утром. Кожа побледнела, под глазами залегли круги, губы вообще выглядели так, словно я их замазала пудрой.

— Ничего, — пообещала я своему отражению. — Сейчас мы тебя отмоем – будешь сиять.

Со вздохом отложила зеркало – и полезла внутрь сундука.

Тут нашлось всё! От гребня и вороха заколок (крайне недешёвых, судя по внешнему виду), до целого ящичка с разнообразными пузырьками и бутылочками. Что-то из этого было подписано, на других стояли какие-то непонятные мне обозначения. Наверняка Мелисса в этом разбиралась, но вот я терялась.

С горем пополам отыскав шампунь и кусок мыла, я развернулась и побрела на улицу. Каша активно кипела, с шипением разбрасывая горячие брызги. Вздохнув, я палкой раскидала горящие палки и сбила огонь. Сходила на кухню за ложкой и куском всё той же простыни, вместо прихватки. Перемешала содержимое горшка. Всё той же палкой вырыла ямку, закопала горшок в угли, ещё раз перемешала и прикрыла крышкой. Оставалось ждать, пока дойдёт.

Тяжело вздохнув, я придирчиво оглядела частично обуглившуюся рыбёшку (всё-таки, надо было ставить её подальше от огня). И решила, что еда есть еда.

Рыбу я жевала, сидя на крыльце. Прикусывала полусырой картошкой – всего одной. Остальные решила пока оставить в золе, пусть доготавливаются. Солнце медленно садилось за горизонт, подсвечивая кроны деревьев. В нескольких десятках метров, за покосившимся забором, чернел лес. Наверняка дорога, ведущая к деревне, уже вовсю утопала в тени. Впрочем, тут я могла только догадываться – её от меня закрывала сыроварня.

— Ну ладно, — пробормотала я. — Думаю, сегодня ко мне уже никто не придёт.

Не то чтобы я вообще кого-то ждала, но помыться-то было надо. А всю эту здоровую лохань я бы совершенно точно не смогла втащить в дом – как ни пытайся.

Так что я разложила на траве мыло, шампунь и чистую простынь. Сбросила одежду и с тихим плеском опустилась в тёплую после жаркого дня воду.

Мылась я быстро и с наслаждением. Сложнее всего оказалось промыть волосы. После двух дней откровенно наплевательского отношения они спутались и висели комом. Но и с этим я справилась. Кое-как отжала отмытую копну, замотала в простынь и намылила тело.

После чего откинулась затылком на край лохани и блаженно прикрыла глаза.

Узел на простыни размотался и упал на траву, но я даже внимание не обратила. Просто лежала и не шевелилась, наслаждаясь приятными ощущениями. Как же мне, оказывается, этого не хватало. Просто полежать в тёплой водичке. И никуда не бежать.

В воздухе пахло вечерней зеленью, костром и ещё цветочным шампунем. Ко всему этому великолепию примешивался запах пшённой каши, и я невольно сглотнула слюну. Надо бы встать и проверить, как она там. И, может, картошка наконец допеклась… Но у меня, как ни странно, не было никаких сил. Вот вообще.

Ничего, ещё минутку полежу – и пойду проверять.

Тихонько подул ветер, проходясь касанием по влажной коже. Зашумели заросли кустов за спиной. Где-то неподалёку послышалось чьё-то пение – то ли дрозд, то ли скворец. Потом веско ухнула сова, и всё затихло. Застрекотал кузнечик.

Я улыбнулась, не открывая глаз – хорошо всё-таки. Когда не надо никуда бежать, опаздывать, звонить кому-то. Когда вокруг нет шума города, сигналов машин и беспокойных рингтонов. Только шум ветра. Пение птиц. И чьи-то тихие, но твёрдые шаги.

Минуточку, шаги?..

Дёрнувшись, я попыталась подняться, но не смогла двинуться с места. Тело не слушалось. Я даже пальцем пошевелить на могла. Да что ж такое!

— Ох, прошу прощения! — послышался из-за спины смутно знакомый голос. Но я совершенно не могла вспомнить, кому же он принадлежал. — Я подожду за углом, сола…

Пауза. И потом, настороженное:

— Сола Розвуд? Вы в порядке?

Дальше снова были шаги. Затем витиеватое ругательство, значения которого я не знала, но на всякий случай запомнила. А потом меня вытащили из воды и куда-то понесли. Прямо так, разбрызгивая по доскам мыльную воду.

«Придётся снова мыть пол,» — с досадой подумала я. А потом вспомнила, что в коридоре я пока его не мыла, и успокоилась.

Вдохнула терпкий запах незнакомца и окончательно расслабилась, проваливаясь в тёмное ничто. Всё-таки, это становилось для меня неприятной традицией.

Кассиан

После долгого тяжёлого дня, меньше всего мне хотелось таскать на руках посторонних девиц. Безусловно, тот факт, что девица была обнажена, добавляло этому действию немного очарования. Однако то, что обнажённой девицей была Мелисса Розвуд, разом перечёркивало все плюсы.