Чтение онлайн

— Даже если так, то к чему такая срочность? Может, мастер Оквальд решил таким образом над нами подшутить?

— Знаете, судя по виду Оквальда, а, главное, мастера Фирриса, они совсем не шутили. Похоже, что-то действительно произошло. Пожалуй, я сообщу в приёмную гроссмейстера, мне всё равно по пути.

Фиррис даже не заметил, как миновал главный вход Академии — он бежал, стараясь не упустить из виду мелькающего вдали кота. Чиал мчался по мощёной улице вдоль высокой академической стены, на бегу громко рыча, шипя, как вскипевший чайник, и этим распугивая прохожих. Впрочем, люди реагировали уже после того, как кот пролетал мимо них — женщины и мужчины вскрикивали и отпрыгивали в стороны, хотя никакой необходимости в этом уже не было. Зато Фиррису это было только на руку — ему теперь не нужно было сшибать с пути прохожих, он мог просто бежать по прямой. Заметив, что чиал свернул в какой-то тёмный закуток между двух домов, Фиррис вбежал туда же и остановился. Шехан стоял над обрывками оранжевой ткани и горестно подвывал. Вампир наклонился и поднял один из кусочков.

— Цвета огненного факультета, — пробормотал Фиррис, чувствуя, как страх за дочь ледяными клещами сжимает его сердце.

— Что тут? — загнанно дыша, крикнул подоспевший Оквальд.

— Остатки мантии огненного факультета, — сказал Фиррис. — Похоже, Илонну похитили.

Мастер Оквальд поднял с земли обрывок оранжевой ткани и поднёс к глазам.

— Да, ткань похожа. Но кому могло понадобиться похищать Илонну? Не помню, чтобы она упоминала каких-либо врагов. Да и потом, не такая она беззащитная, как выглядит. Она бы любого…

— Значит, нашёлся «не любой», — сквозь зубы процедил Фиррис. — Оквальд, возвращайся в Академию и обязательно опиши ситуацию гроссмейстеру. Пусть он поднимает на ноги городскую стражу. И вообще всех, кого только можно.

— Наверное, лучше я с тобой…

— Нет, по пути ты отстанешь от нас с котом. Всё, хватит пустой болтовни. Шехан, ищи! Ищи Илонну!

Подвывающий чиал, получив команду, тут же метнулся из тёмного проулка. Фиррис рванул за ним, а мастер Оквальд, проводив их глазами, ринулся обратно в Академию. Мастер Фиррис не планировал останавливаться и спрашивать прохожих, не видели ли они девушку-вампира — он доверял нюху чиала и его необыкновенной способности чувствовать хозяина. А потому Фиррис даже не пытался запомнить дорогу и просто бежал вслед за мчащимся котом. Страх за дочь с каждой секундой глодал его сердце всё сильнее. Что же с ней случилось, что она не смогла оказать неведомым похитителям сопротивления? В последнее время Илонна не была ни образцовым фехтовальщиком, ни искусным магом, но её навыки владения мечом никуда ведь не делись. Воспитанница клана легко могла победить в честном поединке вполне искусного ситгарского фехтовальщика. Плюс её драконья магия, при помощи которой Илонна могла порубать в капусту своим огненным мечом любого противника, даже облачённого в сплошные доспехи. Но ни следа схватки или хотя бы сопротивления в том проулке Фиррис не увидел. Неужели она мертва и неизвестные унесли прочь всего лишь её бездыханное тело? Но зачем? Ведь живая она намного ценнее. Хотя, для кого ценнее? И зачем вообще она кому-то понадобилась?

Ни на один из этих вопросов у Фирриса ответов не было. Он выбросил из головы всё лишнее и сосредоточился лишь на одном: не упустить из виду мчащегося по улице чиала. Меж тем Шехан добрался до одного из мостов, соединяющих верхнюю и нижнюю части города, и стрелой пролетел его. Прохожие и пост стражи только проводили глазами мелькнувшую хвостатую фигуру, после чего мимо них промчался воин-вампир с обнажённым мечом.

— Похоже, в трущобах сегодня будет шумно и кроваво, — хмыкнул командир поста, провожая взглядом Фирриса. — Кто-то перешёл дорогу вампирам, а эти ребята шутить не любят.

— Может, сообщить о нём в магистрат? — предложил солдат. — Он же сейчас положит кучу народа.

— Хочешь поскорее полюбоваться на кишки, развешанные по кустам? — поморщился командир. — Нас же первых снимут с поста и отправят прочёсывать трущобы. Или, ещё хуже, прикажут искать этого вампира. А связываться с этими клыкастыми психами у меня нет никакого желания. Нет уж, Вог, повременим с сообщением. Пусть там, наверху, сами разбираются. Глядишь, всё само собой утрясётся. И, главное, без нашего участия. Так что, заткнись и иди, неси службу.

Солдат тут же припомнил все страшилки, ходившие в городе про вампиров и их искусство обращения с мечами, признал правоту начальника, вышел из караульной будки и принялся осматривать прохожих мрачным взглядом, демонстрируя всем своё служебное рвение.

Шехан изредка останавливался, оглядывался, требовательно и пронзительно шипел, после чего снова мчался по одному ему ведомому маршруту. Фиррис бежал за котом, стараясь не сбить дыхание — он в любой момент готовился к схватке с неизвестными врагами или их союзниками. Каждый, кого Фиррис видел на своём пути, мог оказаться похитителем или его сообщником. Ковыляющие, обряженные в лохмотья нищие, поддатые ремесленники, шумно распевающие похабную песню у входа в какой-то кабак, даже раскрашенные шлюхи, обнажающие свои обвисшие прелести — любой из них мог попытаться напасть на чужака, каковым был здесь вампир. Но никто не осмелился не то что напасть — никто даже не попытался просто загородить дорогу бегущему вампиру с обнажённым мечом. Обитатели трущоб отводили глаза или поспешно рыскали в стороны, словно вспугнутые крысы.

Строения закончились — начались развалины. Теперь Фиррис бежал вдоль полуразрушенных и сгоревших домов, которые так и не восстановили со времён тилисской осады. На бегу он несколько раз замечал таящихся среди развалин людей, но поскольку Шехан их проигнорировал, вампир тоже не стал останавливаться. Расспрашивать об Илонне местных бродяг — только впустую терять время, которого, Фиррис это чувствовал, остаётся всё меньше.

Шехан добежал до какой-то дыры, снаружи заросшей кустами ивняка, и замер. Фиррис остановился, вглядываясь в темноту. Из подземелья тянуло сыростью и лёгким запахом разложения.

— Шехан, — прошептал он, — идём осторожно. Не рычи и не шипи — так ты только выдашь нас врагам. Ты понял меня, чиал? Давай, показывай дорогу.

Шехан блеснул своими огромными глазищами на Фирриса и неслышной тенью скользнул в темноту. Мастер клинка последовал за ним. Для кошачьего и вампирского зрения темнота подземелья не была столь кромешной, как для обычных людей, а потому они двигались уверенно и быстро. Фиррис обходил кучки мусора, в которых виднелись останки то ли здоровущих крыл, то ли мелких кошек, огибал лужи на полу, чтобы излишним хлюпанием не привлечь внимания неизвестных врагов. Шехан же стелился по полу, как бесплотная серая тень — даже острый вампирский слух не мог уловить ни малейшего шороха, когда кошачьи лапы ступали по грязному и сырому полу подземелья. Недаром кошки известны, как лучшие охотники, а чиалы — как лучшие охотники среди кошек.

Спустя несколько развилок коридора и две сотни шагов до ушей Фирриса донёсся странный звук. Что-то среднее между мычанием и глухим воплем боли. А потом он уловил невнятное бормотание — где-то кто-то говорил, перемежая слова безумным смехом. Шехан на секунду застыл в позе охотничьей собаки — вытянув тело в струну и подняв переднюю лапу, а потом рванулся вперёд и исчез за очередным поворотом коридора. Ругнувшись про себя на несдержанного чиала, Фиррис побежал за ним, уже не заботясь о сохранении тишины — теперь Шехана не остановить, он по-любому нападёт на похитителей, осмелившихся причинить вред его хозяйке. Кот даст Фиррису пару секунд форы, и этим нужно воспользоваться с умом.

Подбегая к освещённому множеством масляных ламп тупику, Фиррис услышал шум схватки и рычание чиала. Секунду спустя мастер клинка увидел, как неизвестный, в левую руку которого мёртвой хваткой впился чиал, резко взмахнул правой рукой и раздался короткий взвизг Шехана. В следующее мгновение мастер Фиррис отточенным за долгие годы тренировок и боёв движением снёс голову неизвестного с плеч и быстро огляделся в поисках других врагов.

Но больше никого в тупике не оказалось. Никого, кроме… Мастер Фиррис сделал шаг вперёд и замер, не в силах сделать ни вдоха, словно его ударили тараном в живот. Меч выпал из вмиг ослабевшей руки вампира, зазвенев на каменном полу. Мастер Фиррис на негнущихся ногах подошёл к изувеченному телу и вгляделся в лицо, залитое кровью.

— Доченька, — прохрипел он, падая возле Илонны на колени.

Он протянул к её лицу руку и замер, не решаясь прикоснуться. Некогда прекрасное лицо Илонны было обезображено длинными порезами. На месте глаз зияли окровавленные впадины. Фиррис перевёл взгляд ниже и только теперь понял, ЧТО сделали с его дочерью. У девушки была отрезана одна грудь, содрана кожа с живота, отрублены кисти рук и обе стопы. Конечности палач заботливо перетянул кожаными ремнями, чтобы жертва не истекла кровью раньше времени. То, что негодяй отрубил, лежало здесь же, на полу.