Чтение онлайн

– В Академию мы отправили её раньше времени, в четырнадцать, присмотрев там перспективного юношу.

Ректор с подозрением посмотрел на Монарха, а тот невозмутимо продолжал:

– Увы слишком юная девочка не привлекла внимания красавца, увлеченного наукой и магией, и ничуть не обделенного вниманием девиц. Пришлось немного подтолкнуть. Чуть зелья в ваши чаши – и вот взгляды ваши встретились. Мы не ошиблись. Связь судеб вышла крепкой, усилив обоих.

– М-да… – Док почесал кончик носа.

– Волкано рвал и метал, но сделать ничего не мог. Как на его зло, в нашем роду появлялись на свет только мальчики. И вот родилась долгожданная девочка…

– Файра, – пробормотал ри-Кройзис, на что его дочь тут же взъерошилась:

– Марина!

Монарх лишь усмехнулся кончиками губ, но глаза остались серьёзными:

– По халатности одного мага, которого я едва не убил тогда, Лилуш погибла.

Ректор поджал губы. Почти виновато.

– Волкано ходатайствовал о казни. Возможно, только это и спасло тебя, Леон – мы не стали потакать Волкано, и выслали тебя в глушь вместе с девочкой. А позже выяснили, что престарелый и выживающий из ума Кайро завещал опеку над внучкой Анаису Волкано, если бы что-то случилось с её родителями. Удивительно, но ты всё-таки выжил, хотя покушений на тебя было немало.

Док самодовольно хмыкнул, но тут же снова потупился.

– Девочка подрастала своенравной бунтаркой. На поползновения стареющего Волкано реагировала исключительно тошнотой. Да и ты, Леон, не горел желанием породниться с «великим магом», воспринимая его соперником, и не подозревая об истинной глубине его ненависти. А потом появившийся на горизонте Вито Шеннон увёл в Залесье последнюю надежду Волкано породниться с сильной божественной кровью. Для меня он стал не опасен, но месть к тебе, Леон, теперь стала его жизненной целью.

На кабинет снова упала тишина. Марина, задумчиво покусывая губу, смотрела в стену сквозь отца. Остальные тоже что-то варили в мыслях, но ждали слов Монарха, и он продолжил:

– Волкано упустил время для серьёзной атаки. Однажды ты, Леон, стал тем единственным, кто мог представлять для него угрозу – человеком, способным управлять Пожирателем. Именно так величал Анаис ревунов. После того, как у тебя завелся такой, старый Змей прекратил появляться в твоей Академии. Мало того, ценой жизней нескольких своих коллег, он отловил Пожирателя для себя, но полностью совладать с ним не смог. Использовать монстра для собственного усиления у Волкано тоже не получилось. Двадцать лет экспериментов, чтобы понять – тварь безумна, бесполезна и бесперспективна. Тогда Анас избавился от своего монстра и явился к тебе, чтобы уничтожить и твоего. Вам же удалось разыграть скрытый побег ревуна: о том, что туман вокруг павильона вашего стража – подделка, что за проделки студентов больше не «выпивают», знали все.

Дай-Ру скромно опустила взгляд и погладила по головке маленькую дочь.

– Но Волкано даже в голову не могло прийти, что природа твоего пожирателя далека от обычного болотного монстра, – улыбнулся Монарх. – Змей уже готовил план изощреннейшей мести, в которой ты, Леон, плакал бы кровавыми слезами и умолял о пощаде или хотя бы о смерти, когда Столицу потряс слух, пущенный вашим юным наследником Вэба, Йожем Чеширским. «Возвращение Безымянного» ломало все планы Волкано, божественно сильный маг – мог прочесть его, как открытую книгу. Холодный разум Змея всё плотнее затмевало пламя ненависти, и он стал делать ошибки.

– Анаис решился на принесение огненной жертвы?

– Да, здесь и сейчас, глядя на пылающую ауру бога. Учитывая силу жертв, даже малой части освободившейся энергии Волкано хватило бы, чтобы значительно вырасти в магическом уровне. Что будет дальше, он видеть уже не мог, ненависть – плохо влияет на зрение…

– Если я правильно понял, – встрял Влад, – принести в жертву ваш змей хотел Филли и Ленчика. Но ведь Лина – куда более лакомая жертва, и аура её пылала, пожалуй, даже ярче, чем аура Фила.

– О, это отдельный пикантный момент. Когда я поинтересовался этим у Волкано, тот чуть ядом собственным не захлебнулся. Он очень хотел бы включить в жертву её, но имени её – увы не знал, – Монарх довольно рассмеялся, а Лина поёжилась. Лицо Фила на миг приобрело такую мрачность, что я невольно вспомнил Эршара Безумного.

– Но самое грустное то, что у него бы всё получилось, – задумчиво пригладил бороду старый Монарх.

Фил хмыкнул весьма скептически, но промолчал.

–…если бы не ошибочка с твоим монстром, Леон. Вернее, с твоей помощницей. Моё почтение, прекрасная Руан, – Левадис III тер-Риниган легко кивнул деве-лисе.

Дай-ру склонилась в ответном поклоне, едва заметно улыбнувшись.

Академию штормило ещё долго. Дорогие гости, как из иной яви, так и местные, прибывавшие в Кантополь со всех концов Сейнаританна, покою не способствовали.

Хотя Фил с Линой явились в наш мир без особых спецэффектов – ну, появились с толпой колоритных чужаков, подумаешь! – а выступление Волкано прошло почти незамеченным – ну, покричал великий маг чего-то при встрече, мало ли, – шума от событий в воронке общежития было много.

Чего только стоили хвостатые Дай-Руан и Юми. Отсутствие обещанного Безымянного и арест Волкано тоже знатно нашумели. Отдельный пикантный привкус придавал колоритный любопытный до сувениров и фенечек дядя Сема, за неделю успевший прошерстить всю Академию и Кантополь. И даже побывавший на аудиенции у наместника Рубиуса, и по слухам у главы местных воров – Крис-Крыса ри-Туманиса. В общем, налаживал связи по полной программе.

Лину с Шенноном мы почти и не видели. Они то летали по Сейнаританну, изучая состояние границ, то возвращались в мир Лины. Сам я с ними больше не носился, и немного волновался за них – всё-таки у ребят очень непростая история и много-много сил, как бы Лина не припомнила половинке все промахи. Но Лисс как-то обмолвился, что они, когда не падают в любовь, устраивают важные встречи на государственных уровнях, разбираются с каким-то оружием и грязной энергией, и вообще собираются лететь в космос.

Это даже интересно, надо будет напроситься с ними. Но, к сожалению, пока я их почти не вижу. Хотя мне грех жаловаться, в нашей Академии и так от скуки не умрешь.

Чего только стоит возвращение Тройля, и то как он изменился, – тихий такой, причёсанный, пахнущий не реактивами или чем похлеще, а модным ароматом Ла-Пасьён. Крысявок не трогает, вчера вообще явился к нам с Шерой, говорил с сестрой, они вспоминали родителей, каялись в грехах и обещали никогда больше…

А на днях, чудным утром Тройль явился на урок без своей жуткой бородавки. А после занятий во дворе Академии при всём честном народе вручил Жюли большой букет цветов, и начал говорить что-то о прощении и вечной любви. На смущение каменной девы стоило посмотреть, и мы с Шерой уселись на подоконнике в кабинете ректора, откуда отлично просматривался двор. Народ явно делал ставки «обнимет-поцелует» или «камнем приласкает», но тут из букета выскочила Розочка, подопечная Миры. Живая Цветочка станцевала зажигательный танец, потрясая роскошным бутоном, затем запрыгнула на голову ошарашенного Тройля, оттуда снова нырнула в букет… и тот взорвался в руках у Жюли, рассыпавшись шивровой дюжиной истинно живых цветов, которые начали водить хоровод вокруг застывшей столбами парочки. При этом круг всё сужался, и Жюли пришлось сделать шаг вперёд, но застряв каблучком между плитками мостовой, она пошатнулась и рухнула прямиком в объятия своего ненавистного мужа, да так и осталась стоять, смущаясь, но сияя глазами, и словно даже помолодев до шестнадцатки.

Толпа студентов взорвалась восторженными овациями. Конечно, два самых строгих препода обезврежены любовью, отчего же не порадоваться?

Нам с Шерой тоже было радостно. Я обнял свою любимую, и легонько закружил её по подоконнику.

Но не успели мы даже сплести усов, как внимание наше привлекло движение у ворот. Пожилой светловолосый сноб под руку со смутно знакомой дамой в роскошном, явно не дорожном, наряде вошли во двор Академии, и тут же потребовали проводить их к ректору. А, так же, привести туда свою любимую и несравненную дочь Глиннтиан Лейз.