Хранители-старшекурсники
Шрифт:
– Спасибо вам огромное, - проговорила златовласка тепло улыбаясь.
– Я постараюсь, чтобы вы оба вернулись обратно в целости. А сейчас - держите меня покрепче и не отпускайте. Но если таки умудритесь отпустить, пока я не скажу, что можно - стойте на одном месте и никуда не уходите, а то я вас могу не найти в Междумирье.
И, перехватив их ладони поудобнее, она двинулась вперед, словно бы возвращаясь к школе. Шагнула, недоуменно поглядела на свои занятые руки, подумала, затем глубоко вдохнула и, помедлив, выдохнула легкое голубоватое облачко, мягкой дымкой проплывшее вперед и зависшее над травой.
Лисси изумленно распахнула глаза: она считала, что повидала немало чар за годы своего обучения, но про такое ей даже слышать не доводилось. А подруга уже вновь увлекала ее за собой.
Шаг, другой, третий - и вдруг мир вокруг вздрогнул, неторопливо и неохотно растекаясь кругами, точно потревоженное фантастическим ныряльщиком зеркало. Еще два шага - и лес вокруг исчез, точно его и не было, сменившись каменистой пустошью, над которой лениво перетекали потоки разномастного тумана, а еще выше зиждилось бескрайнее, заполненное мириадами звезд небо.
Продолжая следовать за своей проводницей, Мелисса восхищенно открыла рот, разглядывая черно-искристое великолепие, но почти немедленно пожалела об этом, когда невесть откуда взявшийся порыв ветра швырнул ей в лицо мешанину невообразимых запахов, заставляя закашляться. Где-то слева застонал от отвращения и Николя, тоже, по-видимому, застигнутый подобным "подношением".
Но еще несколько шагов, снова густая рябь перед глазами - и вот они стоят на краю широкого поля, от края до края покрытого покачивающимися темно-оранжевыми колосьями какого-то неведомого злака, в небе вновь догорает закат, а ласковый ветер наконец-то дышит им в лицо теплом летнего вечера и интригующим травяным ароматом.
– Кхе, у-э... какой извращенец додумался смешать воедино запахи жареной курицы, творога и аммиака?
– поинтересовался восьмикурсник, прибавив к своему вопросу еще парочку нелестных эпитетов.
Мелисса же вежливо промолчала, хотя ей тоже хотелось пополнить список сомнительных высказываний.
– Это Междумирье, там редко пахнет приятно, - хмыкнула Эльвиана, разжимая руки.
– Мы на месте, ребят. Видите вон то поселение? Нам туда, и чем скорее - тем лучше: я думала мы переместимся часам к трем вечера.
– Тут другое времяисчисление?
– полюбопытствовала Лисси спустя несколько минут, когда они уже шагали по окраине поля.
– Немного. Время тут считают...
– А меня куда больше интересует, - перебил ее парень, - то, что нас ждет. Ты так толком и не объяснила ничего.
И опять Мелисса была вынуждена с ним молчаливо согласиться, попутно укоряя себя за то, что не разузнала всех подробностей раньше, чем полезла приключаться.
– Я уже говорила тебе, что мне нужно защитить одну семью, - отозвалась Эльвиана.
– Их сын больше недели (по нашим меркам) назад впал в подобие летаргического сна, а когда обеспокоенные родители во второй раз обратились к местной целительнице - та изрекла, что-де "ее вары, снадобья и травы тут бессильны, ибо легла на мальчика злая тень, и явится за ним трижды Леди, что Шепчет. Первый раз достаточно будет не открыть ей дверь, второй раз для ее изгнания потребуется оборонительный ритуал, а на третий раз явит Шепчущая мощь свою, и лишь сильные чарами смогут охранить дитя от смертной тьмы, пробудив его"... Ну и, собственно, меня как "сильную чарами" на это дело и подрядили, пообещав за спасение драгоценного наследника кое-что нужное мне.
Молодые люди помолчали, подходя все ближе к поселению.
– По-моему кто-то начитался старых сказок, - скептически заметила Лисси.
– В древние времена, конечно, много чего случалось, но для меня, как для волшебницы вполне образованной, это все звучит как-то сомнительно и наигранно.
– Я проучился на два курса дольше, но считаю так же, - добавил Николя.
Эльвиана на это только руками развела.
– Я все понимаю и даже не буду вам напоминать, что это другой мир, а сказки, порой, пишутся по мотивам реальных событий, - она остановилась, ожидая, пока через тропинку переползет небольшая пыльно-серая змейка.
– Однако я вас позвала только на третью ночь, если вы понимаете, о чем я.
И, поиграв бровью, златовласка пошагала дальше, словно бы не заметив многозначительного переглядывания спутников.
– Лисси, Ник, вы идете или нет?
Парень и девушка, скептически наморщили носы, но все же снова последовали за ней.
– Хм, чем же таким Эля тебя подкупила, что ты пошла за ней?
– негромко спросил восьмикурсник.
– Да так, предложила мне кое-чего по мелочи, - отговорилась было Лисси, но Эля, кажется, сочла своим долгом влезть и в эту беседу:
– Она попросила меня отплатить абсолютно тем же, о чем попросил и ты! Совсем вы, ребятки, без фантазии...
"Вот интересно, это она нас сейчас так походя заложила друг перед другом? - ошалело подумала Мелисса, отчаянно надеясь, что краснеет не так явно, как пылают ее щеки.
– Или она просто позволила каждому из нас услышать то, чего он хочет, а на деле только запутала?"
***
Жилище нуждающейся в защите семьи оказалось типичным деревенским домом без малейшего намека на сени или какую-либо прихожую, сложенным из цельных бревен и расположившимся в самой середине центральной улицы. Крепким, надежным и незатейливым.
Столь же просто выглядели и его обитатели: мужчина и женщина средних лет, оба темноволосые и с хмурыми от переживаний лицами правильной формы. И лишь их одежда заметно выбивалась из представлений Мелиссы о простых сельских обитателях, напоминая японские кимоно ее родного мира, хотя сами хозяева дома скорее наводили на мысли об арабах. Не менее непривычным для девушки было и звучание здешних имен: мужчину ей представили под именем Кюрм, а женщину - Решия.
<