Чтение онлайн

И было только одно исключение. Единственное яркое пятно в его жизни. Его маяк и путеводная звезда.

— Все хорошо? — Мия присела возле него и вгляделась в побледневшее лицо мужа.

Он повернулся к ней, невольно улыбнувшись. Светлые золотисто-рыжие волосы. Встревоженный голубой взгляд. Как солнце и небо.

— Да, все хорошо.

И это было правдой. Ей не стоило волноваться. Не сейчас уж точно. К тому же волноваться действительно не о чем.

Когда-то Рей подарил ей спокойствие, безопасность, а главное — любовь. Полную, всеобъемлющую, на которую не были способны люди.

Хотя…

Рей вспомнил Марьяна, стоявшего на коленях и вглядывавшегося в девушку, поглощенную тьмой. Темный маг был в полушаге от срыва — столько в нем сплелось надежды и отчаяния. Поэтому и не заметил заклинания, приготовленного Саймоном для него — не для темной сущности. Рей бы справился и сам, его свет сильнее, и выпустить тьму рядом с лесом он бы никому не позволил. Даже хозяину этих земель.

Друид пропустил сквозь пальцы рыжие пряди жены, коснулся щеки с милой россыпью веснушек у аккуратного носа, провел по шее и скользнул с плеча к руке, сжимая ее ладонь в своей. Живое человеческое тепло приятно успокаивало после ледяного могильного холода твари другого мира.

Рей понимал Марьяна: он бы тоже сошел с ума, потеряв ту единственную, что позволяла ему оставаться человеком, а не превратиться в бездушного хранителя. И поэтому Рей поймал себя на мысли, что рад, действительно рад. Пусть та девушка живет, а вместе с ней и темный маг, ставший немного светлее.

Я вообще не понимала, что происходит, голова не соображала совсем, и разум отказывался воспринимать окружающую действительность.

Заснув на алтаре в Пустошах среди руин забытого города во время магического боя, я пришла в себя в лесу. Или у леса, или в роще, а рядом — поле…

— Это… мои владения, — запнувшись, пояснил Марьян, поймав мой ошарашенный взгляд. — Мы перенесли тебя сюда через портал.

Он смотрел в сторону, давая мне возможность одеться. Очнулась я, ко всему прочему, еще и полностью обнаженной.

Узоров на теле почти не осталось, сохранились отдельные кусочки, и то сильно выцветшие и потускневшие. Рубашка оказалась разорвана от горловины и до самого низа, я кое-как ее собрала, заправила в штаны и затянула завязки. Все равно придется следить, чтобы не разошлась…

Но это меньшая из моих проблем…

— Вы все про меня узнали, да?

Я вцепилась в рубашку, глядя себе под ноги.

— Что ты дочь Айрата Ликхара? — уточнил Марьян. — Да. Когда я вернулся в Диграйн, сразу почувствовал, что ты пропала. В зоопарке проверил дом смотрителя и нашел часы, сделанные по заказу Миасского банка. Заодно и твой новый паспорт. Показал их главе гильдии мехов, и уже он мне все рассказал. Все, что знал сам.

— Скорее, все, что захотел сказать, — недовольно поправил его подошедший Саймон.

— Я не специально это скрывала, просто не могла сказать раньше, — было горько и совестно и перед Марьяном, и перед стражами.

Стали бы они помогать, если бы сразу узнали, кто я такая?..

— Этого уже не изменишь, — отмахнулся Марьян. — Зато от темной сущности и от узора ты свободна. Как и от нашей связи.

— От клятвы тоже. — Я с удивлением осознала, что незримая удавка на шее пропала. — Это последствия ритуала?

— Скорее, живительная сила Рея, — хмыкнул страж.

— А почему вы к нему сразу не обратились? — поинтересовалась Элис. — Столько мучились, а Рей справился за час.

— Ты же видела, с каким скрипом он согласился. И то только потому, что ситуация критическая. Уверен, покажи мы ему Иву в сознании и не при смерти, он бы и пальцем не пошевелил, — с сожалением признал Саймон.

— Рей с самого начала дал понять, что не вмешивается в дела людей, — подтвердил Марьян. — И по правде, все мои предыдущие попытки как-то использовать его силу проваливались с треском.

— Жаль, что он такой несговорчивый, а то бы столько пользы мог принести… — Элис мечтательно вздохнула.

— Поэтому и несговорчивый. — Саймон усмехнулся и приобнял жену. — Он нас-то с трудом терпит, исключительно по старой памяти и дружбе. Я до сих пор удивлен, что он все-таки помог.

— Главное, что помог. — Марьян смотрел на меня так, будто видел впервые.

И я терялась под его взглядом, но все-таки задала главный вопрос:

— Что теперь будет со мной?

— Все будет хорошо, — ни секунды не колеблясь, отозвался Мар.

От Саймона донесся тяжелый вздох, кажется, он не разделял оптимизма Марьяна.

— Если хочешь, тут недалеко мое поместье. Ты можешь пока остаться там, а я все улажу в Диграйне, — предложил Мар.

— Нет, — я мотнула головой, — я устала прятаться. Устала бояться. Устала молчать из-за проклятой клятвы. И больше прятаться и отмалчиваться не собираюсь. Я встречусь с кем угодно, все расскажу, дам показания тайной страже. И будь что будет.

Потому что четко осознала, что невозможно быть свободной, пока бегаешь ото всех и вздрагиваешь от каждого шороха. Страх держал меня в заложниках крепче, чем брат. От Армана я сумела сбежать, от страха — нет.

Хватит.

— Это правильное решение, Ива, — одобрил Саймон. — Или лучше называть тебя Иварра?

— Нет! Я никогда не любила полное имя. Им называли меня только отец и братья.

Полным именем отец всегда подчеркивал мою значимость. Мою значимость в его грандиозном замысле…

— Братья? Есть и другие?

— Еще два брата и сестра. Но после смерти отца братья разъехались, выбрав собственную судьбу. Остался только Арман, к которому присоединились выжившие заговорщики. А сестре сейчас двенадцать, и она точно ни к чему не причастна.

— Все равно было бы неплохо узнать об остальных, — заметил Саймон. — Уверен, их теперь будут искать.

Марьян ничего не говорил, он крепко держал мою руку, периодически забываясь и сжимая ее едва не до боли.

— А Ян тоже все знает? — осторожно спросила у него, помня, как Мар реагировал на упоминания друга.

— Да. И Ксавьер Дагье. И, думаю, король тоже в курсе. — Последнее он произнес совсем мрачно.

Но после чудесного спасения мне отчаянно не хотелось верить в плохое. Уж если мы справились с Арманом и его приспешниками, с темной сущностью и узором, то договориться с людьми, казалось, не составит труда.