Чтение онлайн

В таком виде и застали нас явившиеся мстить дядюшка Гром и Гонтар. Кажется, с ними был ещё и господин Дей, но я даже ресницами боялась пошевелить, чтобы не выдать свой спектакль.

— Ишь ты, — спустя минуту прогудел дядюшка Гром, — нашкодила — и ручки в стороны раскинула. Ослабла. А как хулиганить, так силы были. Ну, как есть сорванец. Честное слово, господин Дей, не пускайте вы девицу Тенну в сад, пусть в лесу тренируется — там деревьев много.

— Да, и помогать нам исправлять всё, что натворила, тоже не нужно, — поддержал его Гонтар. — А то она вместо яблок что-нибудь ядовитое вырастит.

И мужчины быстро вышли из моей комнаты.

Осознав, что ругать не будут, я приоткрыла один глаз и тут же попалась. Господин Дей стоял рядом и внимательно рассматривал меня.

— Нехорошо, девица Тенна, обманывать. «Перестаралась»! Да от такого старания и горы дрогнут. Вас только к врагам запускать, вносить среди них смуту и раздор.

И маг громко захохотал.

— Это случайно вышло, — тоненько заныла я. — Мне хотелось наполнить силой увядающий цветок, только магия оказалась очень мощной.

— Да понял я, не переживайте. И слушайте внимательно: без меня силу не призывать, а то в следующий раз вы из цыплёнка дракона вырастите. Начинать опять придётся с медитаций, чтобы магию свою обуздать. И только потом будете пробовать заклинания. Всё понятно?

— Понятно.

— И ты, Кот, не подбивай девицу Тенну на проказы — ей сейчас себя беречь надо.

Господин Дей погрозил нам пальцем и вышел, закрыв за собой дверь. Я вновь стала проваливаться в сон, а в голове прочно засела мысль «И с чего это он так обо мне беспокоится?»

Когда проснулась, мысль эта никуда не исчезла. Только или скрыла я её хорошо, или Хрусталь решил не вмешиваться, котёнок никак моё недоумение не прокомментировал. Солнце уже клонилось к закату, и я опять проголодалась. Только хотелось, как утром, горячей каши и жареного мяса, а не невнятного паштета.

Дойти мне удалось только до двери. В коридоре дежурил Тарись, которого в доме я видела очень редко. Он очень вежливо и очень выразительно заявил:

— Сидите-ка вы, девица Тенна, в своей комнате. Так всё вокруг целее будет. Мяса хотите? Сейчас передам, и всё вам девушки принесут.

И, оттеснив меня с прохода, плотно дверь прикрыл.

«Уважают тебя, — довольно заявил Хрусталь. — Боятся».

И со смехом повалился на подушку. Тот, кто его не слышит, решил бы, что у котика начались судороги, так он дергал лапками. Я рассмеялась с ним вместе. Да уж, такого почётного караула у меня ещё не бывало. И впрямь смешно.

«Но мясо делим на двоих!»

Делить ничего не пришлось, потому что Адейла, принёсшая поднос, не забыла отдельную мисочку для Хрусталя. Так что я опять в полном одиночестве умяла столько, сколько не каждый здоровый мужик осилит.

— Ох, никак не могу за своим аппетитом уследить, — пожаловалась я. — Так скоро ни в одно платье не влезу.

— Ничего, это временно, — успокоила меня Адейла. — Все мы однажды прошли через пробуждение силы. Просто у вас слишком уж поздно всё случилось. Сегодня новолуние, сила светила на минимуме, и господин Дей разрешил вам со мной помедитировать. Если хотите, я позже приду за вами.

На языке уже вертелось согласие, но благоразумие взяло своё.

— Я уж сначала ещё раз у господина Дея уточню, — вздохнув, проговорила я. — А то опять на меня ругаться будет.

— Воля ваша. На закате я тогда загляну.

Адейла сдержала обещание и пришла вовремя. Я уже была готова — маг подтвердил своё позволение, только потребовал захватить с собой Хрусталя — для поглощения избытков магии. Сейчас очень пригодились те штаны, что я вытребовала у Ромашки, когда та шила мне платья, потому что сидеть на полу, натянув подол на уши, было и неудобно, и неприлично.

Мы вышли в сад. Правда, я попыталась сопротивляться: наши садовники ясно выразили своё отношение к моему нахождению в их вотчине.

— Они шутили, — со смехом объяснила девушка. — Просто очень уж неожиданно было увидеть вместо цветка гвоздики гвоздичное дерево.

Адейла привела меня в ту часть сада, где я ещё не бывала. Я обычно стремилась на побережье, заворожённая силой моря, но и это местечко выглядело удивительным. Деревья здесь были очень старыми, а дорожки запущенными. Казалось, ещё немного — и попадём в глухой лес. Видимо, дядюшка Гром и Гонтар сюда редко заглядывали. Среди разросшихся кустов виднелась потемневшая от времени беседка. Внутри было чисто: полы выметены и покрашены, из пролётов и с потолка убрана паутина, на скамейках разложены мягкие подушки.

— В городе моя вотчина — чердак, потому что на заднем дворе слишком часто появляются посторонние. А здесь я облюбовала эту беседку, и никто в эту часть сада не лезет, чтобы не мешать, — пояснила Адейла, пока мы устраивались.

Она села на лавку, а мне предложила устроиться на полу, на который набросала почти все подушки.

— На лавке неудобно принять нужную для медитации позу, — пояснила девушка.

Хрусталь, всю дорогу проболтавшийся у меня на плече шарфиком, тут же принялся утаптывать себе место. Пришлось последовать его примеру.

— Почему господин Дей тебе настолько доверяет? — не удержалась и спросила я.

— Я единственный маг, чья сила связана со смертью, — не стала увиливать от ответа Адейла. — Не сильнее прочих, просто иная. Мне сложно навредить. Давай-ка не болтать, а лучше попробуй обратиться к своей силе.

Спорить я не стала, потому что и самой было интересно, что успело вырасти во мне за эти несколько дней. Закрыла глаза и обратилась к внутреннему источнику. И чуть не закричала — то, что неделю назад было ровным свечением, превратилось в пылающую звезду. И стоило мне мысленно потянуться к силе, как она обожгла.

— Так не бывает! — воскликнула я, вернувшись в реальность. — Слишком много силы!

— Каждому дано столько, сколько он в состоянии проконтролировать, — спокойно ответила Адейла. — Боитесь использовать — просто привыкайте к её существованию. Много от вас сегодня не требуется. Просто расслабьтесь и погрузитесь в свою магию, осознайте её частью себя.

По её словам всё выходило легко, а на деле…

Я старалась. Прикасалась к своей силе и тут же отшатывалась назад — она была слишком чужой и своевольной. То грела ладони, то обжигала, то заставляла дрожать от холода, как будто сомневалась — я это и ли не я, стоит подчиниться или сопротивляться. Иногда чувствовалась присутствие Хрусталя, от этого становилось спокойнее, но менялось не многое.