Чтение онлайн

— А ещё в моём доме много магии, — продолжил стращать хозяин.

— Думаю, у меня есть способности к магии, только их никогда не развивали.

После этих слов я удостоилась более пристального взгляда.

— Да, вижу. Но это не так сложно, как если бы магии у тебя не было. Что ж, ты мне подходишь. Оплата — два золотых в неделю. Если замечаний не будет — добавлю ещё золотой. Питание за мой счёт, начала раскрытия магической силы — тоже. Выходной один раз в неделю в тот день, когда ты мне будешь не нужна. Устраивает?

Я торопливо сравнила условия работы на господина Вута и на этого странного старичка, и кивнула:

— Согласна!

— Тогда завтра можешь начинать. Забери свои вещи с постоялого двора и приходи сегодня вечером, чтобы с утра приступить к работе.

— Хорошо.

Я вежливо поклонилась своему новому хозяину и, забыв спросить его имя, вприпрыжку понеслась в таверну, ставшую приютом на последние две недели. И только когда почти добралась до своего временного жилища, сообразила — я же не говорила, что живу на постоялом дворе!

Сборщики податей уже ушли, и господин Вут вновь пребывал в довольном настроении. Увидев меня, трактирщик заулыбался и поманил в заднюю комнату, к очередной горе счетов.

— Господин Вут, — собравшись с духом, заявила я, — я нашла себе работу. Сегодня к вечеру мне нужно явиться по названному адресу.

Выражение лица трактирщика вряд ли кто-то сумел бы повторить — настолько скорбным оно стало, даже фальшивые слёзы будто бы заблестели на кончиках ресниц. Но мне уже доводилось видеть подобный маскарад, когда господин Вут искренне заверял самых требовательных пьяниц, что в его подвалах «ну вот ни единой капельки пива не осталось».

— Да, понимаю, — проговорил мужчина с такими интонациями, точно обещал «Я из тебя фарш для начинки сделаю». — Ну, до вечера, может, успеешь что-то глянуть? А Сенга, пока нет посетителей, соберёт твои вещи.

Пришлось согласиться. Я была всё же благодарна трактирщику за то, что он не прогнал меня и предоставил возможность оглядеться в городе, и совесть никак не давала покоя, а господин Вут так умело этим пользовался! Так что день мой продолжился ударным трудом во благо таверны, и к новому своему месту работы подходила я уже в полной темноте.

Дверь передо мной вновь открылась сама. Мой новый хозяин всё ещё сидел в своём тёмном углу. Он недовольно фыркнул в ответ на рассказ о помощи господину Вуту и приказал:

— Отнеси свои вещи на третий этаж. Лестница в конце коридора. И впредь запомни: выполнять надо с первого раза именно так, как я сказал. Вот сейчас тебе два дня нужно на восстановление резерва. И неизвестно, сколько твой господин Вут уже умудрился из тебя магии выкачать.

— Как это? — вздрогнула я, попытавшись представить себе подобный ужас.

— В Седэанелии есть всего две категории жителей — маги и простые смертные. Маги считаются элитой и входят в управляющий совет. Остальные же — простые люди, подчиняются магам. Так было изначально, ещё при эльфах, ведь именно они контролировали источник силы. Но есть такие хитрецы, которые молоденьких неопытных магов заставляют работать на себя, тайком подпитываясь их силой. Молодость себе продлевают, например, или удачу так приманивают. Кажется, человек, от которого ты сбежала, один из последних. Хочешь его наказать?

Мне стало не по себе от его слов. Конечно, я уставала после работы с бумагами — всё-таки это совсем непросто. Голова часто болела, дурные сны мучали. Но подумать, что всё из-за господина Вута я даже не могла. Неужели за подобное даже наказывают?

— Наказывают, — подтвердил новый хозяин. — И как за обман, и как использование чужой силы без согласия её носителя. Эти законы ещё при эльфийком правлении были приняты, и в Седэанелии им строго следуют.

— Но ведь сейчас некоторые уже подзабыли, кто такие эльфы.

— Подзабыли, так и есть. А мы напомним, что их законы никто не отменял.

Маг встал и наконец-то вышел на свет, и совесть в очередной раз уколола меня. Ни о каком старичке речи вовсе не шло. Он был очень молод, с нежной кожей, словно ни разу не брился. О такой красоте рассказать бы не получилось, но мне и хвастаться-то было некому. Наверное, это ещё одна причина, по которой я оказалась служанкой в этом доме.

Тёмно-синие глаза того оттенка, каким бывает предгрозовое небо, смотрели равнодушно и в то же время пронизывающе. От такого взгляда невозможно скрыться, как невозможно и утаить что-либо. Волосы были не седыми, как показалось поначалу, а просто очень светлыми. В голову почему-то забрела мысль, что мой работодатель — не человек. Впрочем, ни подтвердить, ни опровергнуть её у меня бы не получилось.

— Как к вам обращаться? — с трудом сглотнув ком в горле, спросила я.

— Господин Дей, — коротко отозвался мужчина.

— Вы из Дейларии? — не смогла удержаться от вопроса.

— Это совершенно неважно.

— А…

— Довольно. — Кажется, мои вопросы утомили господина Дея. — Как я понимаю, насчёт господина Вута ты ещё не решила. Не буду настаивать, надумаешь — скажешь. Сегодня устраивайся, а завтра я расскажу, в чём будут заключаться твои обязанности.

И он ушёл из гостиной — так назвала я про себя эту комнату.

Пожав плечами, отправилась на третий этаж. Странный дом. И хозяин у него странный. Не побоялся, что я что-то украду или куда-нибудь не туда влезу. Никакого толкового собеседования не провёл. Услышал о моей силе, посверлили взглядом — и сразу на работу принял. Пожалуй, он ещё более странный, чем господин Вут. Придётся опять быть настороже — как знать, что этому господину Дею в голову взбредёт?

Лестница отыскалась быстро — в конце коридора. Да и особого труда не составило догадаться, какая из комнат отведена мне. Дверь в неё была призывно распахнута, в углу мягко дотлевали угли в камине. Большое окно в половину стены выходило всё в тот же зелёный сад, чуть тронутый золотистой рукой осени. Справа от входа оказалось несколько дверей. Одна из них вела в маленькую уборную, за другой располагался платяной шкаф, третья разделялась пополам, откидывалась вперёд и оказалась небольшим столиком с удобной выемкой для письменного прибора.

Слева возвышалась кровать — огромное, почти королевское ложе. Швырнув сумку с вещами в угол, я с размаху рухнула поперёк своей новой кровати. Никогда не могла позволить себе подобного: дядюшка с тётушкой отругали бы, в трактире господни Вута койки были слишком узкими, а во время похода и мысли такой не возникало, потому что спать приходилось на земле. А в этом доме одна кровать, наверное, была размером с тот чуланчик, который отвела мне в своём доме тётушка. Так и хотелось поскорее заснуть на этих мягких подушках. И как бы ни было всё в этом доме подозрительно, ради одной кровати я готова была остаться. Сбежать всегда успею.