Чтение онлайн

В соответствии с подп. 2 п. 3 ст. 233 АПК РФ арбитражный суд отменяет решение третейского суда, если будет установлено, что оно нарушает основополагающие принципы российского права. Согласно под п. 2 п. 3 ст. 239 АПК РФ арбитражный суд, установив, что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права, отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Аналогичные нормы содержатся в подп. 2 п. 3 ст. 421, подп. 2 п. 2 ст. 426 ГПК РФ, а также в абз. 3 п. 2 ст. 42 и абз. 3 подп. 2 п. 2 ст. 46 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации».

Представление о том, каково содержание понятия «основополагающие принципы российского права», только начинает складываться.

Очевидно, что сегодняшний подход к определению содержания данной категории необходим с позиций представлений о принципах права, которые сформировались в общей теории права. И именно такие попытки делаются в настоящий момент. Понятие «принципы права», даваемое в юридической литературе, сводится к их характеристике как основополагающих нормативно закрепленных правовых идей.

Некоторые юристы предостерегают от широкой трактовки «основополагающих принципов российского права», считая, что такой подход «может привести к произволу и стать еще одним искусственным препятствием на пути развития третейского судопроизводства». Эти опасения не беспочвенны. Комментируя практику применения Закона «О третейских судах в Российской Федерации», юристы свидетельствуют о том, что суды толкуют нарушение «основополагающих принципов российского права» максимально широко — как нарушение норм права. [25]

Наиболее развернутый подход к содержанию понятия «основополагающие принципы российского права» предлагает профессор В. В. Ярков. При определении круга основополагающих принципов российского права он указывает на пять критериев: 1) принципы именно российского права в целом, а не его отдельных отраслей; 2) принципы, сформулированные в гл. 1 и 2 Конституции России, где закреплены основы конституционного строя нашего государства и права и свободы человека и гражданина; 3) принципы, зафиксированные в обязательных для России международно-правовых документах, например Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод; 4) решение должно приводить к результатам, несовместимым с действующим правопорядком; 5) принципы могут формулироваться как в Конституции Российской Федерации, так и одновременно в нормах федерального законодательства, однако при этом не должны иметь характера нарушения частных правил, закрепленных в федеральных законах. [26] Такой подход кажется привлекательным, поскольку сориентирован на всеобъемлющий охват основных принципов права.

Из смысла действующего процессуального законодательства можно сделать вывод о том, что, прибегая к понятию «основополагающие принципы российского права», государственный суд не должен заниматься проверкой правильности применения третейским судом норм материального и процессуального права, т. е. не должен выполнять своеобразную кассационную функцию по отношению к решениям третейского суда. Даже если третейский суд неправильно применил нормы материального или процессуального права, это не означает, что такое решение в силу этого одного обстоятельства подлежит отмене. Далеко не всякое нарушение норм материального или процессуального права допустимо рассматривать в качестве попрания основополагающих принципов права. Само по себе нарушение правовых норм еще нельзя рассматривать в качестве очевидного свидетельства нарушения правовых принципов.

Очевидно, что такой юридически значимый акт, как отмена решения третейского суда, влечет определенные правовые последствия. Эти последствия имеют как материально-правовой характер (невозможность реализовать субъективное гражданское право, понудить противника к совершению юридически значимых действий), так и процессуальный характер (невозможность прибегнуть к процедурам государственного принуждения, а также возникновение новых процессуальных прав — например, возбудить новый процесс в третейском суде).

Отмена решения третейского суда компетентным государственным судом не влечет автоматического направления дела в третейский суд для нового рассмотрения. В этом случае новое третейское разбирательство возможно на основании нового обращения заинтересованной стороны в третейский суд. Такое обращение возможно на основании третейского соглашения, которое связывает стороны.

В то же время отмена решения третейского суда аннулирует такое решение. Одно из правовых последствий отмены решения третейского суда состоит в том, что заинтересованная сторона не вправе обращаться в компетентный государственный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

При этом любая из сторон вправе вновь обратиться в третейский суд в соответствии с третейским соглашением с требованием о разрешении спора. Однако из этого правила имеются исключения, которые сводятся к тому, что заинтересованное лицо не вправе инициировать процедуру третейского разбирательства, если: 1) третейское соглашение является недействительным и это установлено решением компетентного государственного суда; 2) решение третейского суда принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, и это установлено решением компетентного государственного суда; 3) спор не подлежит дальнейшему рассмотрению в третейском суде и это констатировано Решением компетентного государственного суда.

После нового обращения заинтересованного лица в третейский суд третейское разбирательство начинается заново.

Закон не регламентирует вопрос о том, в каком составе должно рассматриваться дело после его повторного возобновления. Представляется, что повторное возобновление дела в третейском суде после того, как первоначальное решение было отменено арбитражным судом, не является препятствием к тому, чтобы дело в третейском суде было рассмотрено в том же составе. Но, конечно, это может быть сделано только при соответствующем волеизъявлении сторон, участвующих в третейском разбирательстве.

Судебное производство по приведению третейского решения к принудительному исполнению по своему характеру является дополнительным производством. Если в рамках основного производства (при разрешении дела в третейском суде) рассматриваются и разрешаются вопросы материально-правовых взаимоотношений сторон, то в рамках дополнительного производства рассматриваются вопросы процессуального характера. Именно этим обстоятельством и объясняется запрет компетентным государственным судам пересматривать решения третейского суда по существу дела.

В пункте 1 ст. 45 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» устанавливаются правила, позволяющие заинтересованным лицам реально исполнить решение, принимаемое третейским судом, в том случае, если обязанная сторона уклоняется от его исполнения. Исходя из общих принципов третейского разбирательства, оно должно исполняться добровольно. Однако в том случае, если решение третейского суда добровольно не исполняется в установленные сроки, оно может быть исполнено в принудительном порядке.