Чтение онлайн

Схема праздников по значимости, содержанию и времени празднования. Источник: Сайт Спасо-Парголовского монастыря РПЦ

На землях Древней Руси с самого начала распространения христианства вместе с другими церковными книгами были получены церковные месяцесловы из Болгарии на славянском языке, а также из Византии на греческом. По предположению И. П. Калинского, знаменитые славянские первоучителя Кирилл и Мефодий, путешествуя в Паннонию, еще в Константинополе перевели на славянский язык подбор евангельских чтений, которые были распределены по неделям на весь год, а значит, и на дни, в которые отмечались праздники Господние, Богородичные и святых. С тех времен церковный месяцеслов стал служить дополнением к важнейшим церковно-богослужебным книгам. В форме списка событий и имен он был помещен в Евангелии, апостолы, требники, месячные минеи; в более подробном виде, с кратким описанием праздников и дней святых – в Уставе, Псалтыри (сборнике псалмов). В полной форме, с подробнейшим описанием церковных праздников и житий святых, он помещен в Пролог и Четьи Минеи (православные календари).

Перечень праздников католического календаря можно найти в мессалах – сборниках текстов месс (богослужений) для всего литургического года, а также в книгах ритуалов с описанием таинств, процессий; градуалах – сборниках всех песнопений во время богослужений.

Классифицировать все праздники церковного года можно по нескольким признакам, как, например, соотнеся праздники с временами года. Существует разделение праздников на календарные, окказиональные и наполовину календарные (полуокка-зиональные) – это значит, принадлежащие не к определенному дню, а к определенной поре года. Например, есть праздники, которые знаменуют окончание жнива – дожинки.

Окказиональные обряды выполняются по случаю каких-либо чрезвычайных ситуаций, во время эпизоотий и эпидемий. Это опахивание деревни или селения бороздой, за которую, как верили, не пройдут болезни и несчастья. Это добывание самым первобытным способом, путем трения дерева, живого огня, который мог даровать благополучие и избавление от болезней. Это использование «абыдзёншка» (обыденного полотенца), вытканного с особым ритуалом женщинами деревни на протяжении одной ночи или одного дня. Под ним или по нему проводили скот и людей, что, по верованиям, должно было оградить их от болезней. Эти обряды имеют к церковным праздникам лишь косвенное отношение. Так, например, во время эпизоотий и эпидемий, засухи, при угрозе колдовства священники выполняли специальные чинопоследования, описанные в богослужебных книгах. Это заговоры «противу враждающим пчел ограды» вместе с благословением нового меда осенью, чин благословения «млека чародеянного» против сглаза коров ведьмами, которые вошли в «Требник» XVII в. Киевского митрополита Петра Могилы.

Существует более распространенная классификация христианского праздничного календаря – по значимости праздников: большие, средние и малые. Наиболее великий праздник – Пасха (Вялждзень), далее – большие праздники: в честь Христа и Божией Матери. Следующая классификация христианских праздников по содержанию – в честь Христа, Богородицы и святых; по времени – подвижные (в зависимости от Пасхи) и неподвижные. Присоединяются престольные праздники (фесты), существуют праздники в честь чудотворных икон Божией Матери. Форма проведения православных и католических праздников почти неизменна и одинакова – это торжественное богослужение, посвященное определенному событию или определенной личности. На большие праздники обязательно проводится Всенощная в отличие от других групп праздников.

Происхождение христианских праздников достаточно сложное. В годовом христианском календаре сочетаются две системы мироздания – языческая и христианская. Языческая система базируется на связи с природными циклами, которые каждый год проходят одни и те же периоды (циклы) расцвета и умирания. Отсюда и их название – циклическая концепция времени. Христианская система мироздания основывается на линейной концепции времени, связанной с представлениями о конце света и втором пришествии Христа. Празднование Пасхи каждый год должно напоминать человеку о его греховности, помогать осмысливать его обновление и дать надежду на спасение после смерти. Таким образом, две системы мироздания (языческая и христианская) сравнительно легко уживались в христианском календарном цикле славян потому, что, по выражению известного исследователя Н. И. Толстого, «христианство с его годовыми праздниками побуждало верующих ежегодно переживать в молитве жизнь и страсти Иисуса Христа, а язычество воплощало во многих своих обрядах цикличность природных явлений: возрождение, расцвет, увядание и временную смерть или “засыпание” природы».

Историки церкви (архимандрит Киприан (Керн)) считают, что неслучайно при распространении христианства многие языческие праздники стали христианскими, получили новый смысл и название. Они объясняют это тем, что «Церковь руководствуется своими особыми, так называемыми педагогическими или миссионерскими соображениями. Фиксируя тот или другой праздничный день, Церковь имеет в виду преодоление определенных местных традиций, пережитки прежних религиозных обычаев». И установлением во время языческих праздников своих праздничных дней «Церковь выбивала из рук политеизма одно из последних средств обороны. Установление христианского праздника в день языческого означало позвать христиан в церковь и поставить их под влияние таких воспоминаний, что для многих потом становилось невозможным принять участие в языческих праздниках». И этим принципом замены языческих праздничных дней воспоминаниями о христианских событиях церковь пользовалась очень широко, чем можно объяснить установление многих праздничных дней христианского календаря, в первую очередь Рождества Христова 25 декабря вместо праздника Митры, рапространенного в Римской империи.

После прихода христианства на восточнославянские земли в X в. ряд языческих праздников и обрядов народного календаря слился с христианскими праздниками (соответствующими по времени), они получили новые названия, к их содержанию добавилась христианская догматика. Древнебелорусский колядный цикл был слит с Рождеством Христовым; весенние языческие праздники вошли в состав Пасхи; летние – в состав Троицы, Рождества Иоанна Крестителя, Петрова и Ильина дня; осенние, в том числе Деды, слились со Спасом, Покровом Богородицы. Культы славянских языческих богов были вытеснены праздниками в честь различных христианских святых.

Даты народного календаря стали зависеть от христианского, но в значительной степени сохранили свое языческое происхождение. Так, во всех великих праздниках христианского календаря прослеживается связь с временами года, как, например, украшение зеленью интерьеров храмов во время соответствующих праздников: ветками деревьев и листвой – на Троицу; освящение первых цветущих деревьев (вербы) – на Вербное Воскресенье; освящение овощей и фруктов, меда и зерна – на три Спаса; освящение и принесение благодарности Богу за собранный урожай на католические и православные осенние праздники, протестантские Дни Жатвы и др. Обязательное поминание умерших, которое происходит от восточнославянского культа предков, приурочено к большей части великих праздников христианского календаря, таких как Светлое Христово Воскресение, или Пасха (Радуница), Троица (Троицко-Семушная родительская суббота), осенние праздники (Деды (Асяншы), или Дмитриевская родительская суббота, и католический День Задушный).

Длительное существование языческих элементов в обрядах и праздниках белорусов подтверждается исследователями белорусской культуры и прошлого, и настоящего времени. Так, по свидетельству известного белорусского этнографа А. К. Киркора, в XIX в. у белорусов Витебского Подвинья в «окрестностях Докшиц и Дисненского уезда сохранилось много суеверных обычаев времен язычества… У нас есть фактическое свидетельство, что еще в 1855 году в деревне Полов народ тщательно прятал от духовенства какого-то идола, вокруг которого в известные (праздничные. – А. В.) дни плясал, с неистовством повторяя непонятные слова: “Гауры, гауры – гам!”».

Трапеза на Деды. Полесье. 1930-е гг. Фото Ю. Обрембского

Сохранились предания, относящиеся к XVI в. и записанные в XIX в. белорусским краеведом и этнографом П. Шпилевским, о том, что в Марьиной Горке (Минская губерния) было языческое кладбище, и там совершались тризны и пляски на большом камне посреди горы. П. Шпилевский приводит как свидетельство этого письмо одного старца Грозовского монастыря. «Впоследствии, – сказано в том же письме, – проезжал через этот край один христианский священник и, заметив такое осквернение людское, возжелал уничтожить оное и освятил святой водой: отчего гора распалась и камень провалился… Испуганные язычники обратились к священнику и, считая его сильнее своего бога, просили у него креститься…»

По предположению белорусских археологов, место, на котором был основан Туров, имело сакральное значение, и тут находился языческий религиозный центр. Так, существует предание, в котором встречаются таинственные намеки на то, что Туровом руководили жрецы, и именно из-за религиозного значения он был выбран столицей княжества. Про это свидетельствует существование на Туровой горе капища Перуна, на котором в XVI в. была построена Ильинская церковь, а возле Туровой горы находился Кричевский курган, названный, вероятно, по имени жреца Крива. Подтверждением этой гипотезы была сенсационная находка в 2000-х гг. учеными Института истории НАН Беларуси совместно со специалистами Туровского краеведческого музея древнего языческого святилища, относящегося к 980 г. и являющегося, по предварительным оценкам, третьим по значению на территории Западной и Средней Европы. Археологические изыскания были проведены на территории Туровской Замковой горы – месте расположения древнего Туровского городища.