Чтение онлайн

Сложность взаимоотношений с близкими людьми показана и в Евангелии. Когда Христос Спаситель однажды пришёл во отечествие Свое (Мф. 13, 53), то соотечественники, знавшие Его родственников, блажняхуся о Нем. Иисус же рече им: «Несть пророк без чести, токмо во отечествии своем и в дому своем» (Мф. 13, 57). Римский сотник из Капернаума просил Спасителя исцелить его отрока. При этом он не считал себя достойным Его посещения. Видя его глубокую веру, Христос сказал: Яко мнози от восток и запад приидут и возлягут со Авраамом и Исааком и Иаковом во Царствии Небеснем, сынове же Царствия изгнани будут во тму кромешнюю, ту будет плачь и скрежет зубом (Мф. 8, 11–12). В другой раз Христос на пути в Иерусалим вошел в некую весь на границе между Самариею и Галилеею, где Его встретило десять прокаженных мужей. Видя их усердное моление, Господь исцелил их. Един же от них, видев, яко изцеле, возвратися, со гласом велиим славя Бога, и паде ниц при ногу Его, хвалу Ему воздая: и той бе самарянин. Отвещав же Иисус рече: «Не десять ли очистишася? да девять где?» (Лк. 17, 15–17). Таким образом, только «иноплеменник» пришёл выразить Христу Спасителю благодарность. Интересно отметить, что первыми в Вифлеем Иудейский к родившемуся Богомладенцу Христу пришли волхвы с востока (Мф. 2, 1), то есть иноземные мудрецы. Христа Спасителя руками римлян отправили на крестную смерть свои же соплеменники, хотя в предшествующее время они хотели придти, нечаянно взять Его и сделать царем (Ии. 6, 15). Интересен и такой евангельский пример. На вопрос некоего законника, кто есть ближний (Лк. 10, 29), Христос рассказал ему притчу о милосердном самарянине, с которым иудеи не сообщаются (см.: Ин. 4, 9). Именно он, в отличие от священника и левита, проявил милость и сострадание «к впадшему в разбойники» (Лк. 10, 30).

Подобные ситуации встречаются и в личной жизни каждого человека, и в общественных отношениях. Можно привести интересный исторический пример. После Куликовской битвы (1380) в 1382 году последовало нашествие на Русь хана Тохтамыша, который разорил Москву. В летописях сохранилась повесть с описанием бедствия, постигшего стольный град [197] . Если ранее на Куликовом поле Димитрий Донской противостоял нечингизиду, узурпировавшему власть в Золотой Орде, то в 1382 году на Русь пришел «законный» властитель. Аналогию русским событиям исследователь Н. Борисов усматривает в Книге пророка Иеремии. «Сюжетная линия Книги такова. Иерусалимский правитель Седекия, посаженный на престол Иудеи вавилонским царем Навуходоносором, отказался повиноваться своему прежнему покровителю. Разгневанный царь двинул войско на Иерусалим» [198] . Покорность Тохтамышу проявили князья Димитрий Суздальский и Олег Рязанский. Князь Димитрий Донской не выступил против хана, но и «не вышел ему навстречу с дарами, а бежал в недосягаемые для татар заволжские края. Автор повести не объясняет причины такого поведения князя. Но в Книге Иеремии легко найти ответ: Седекия не отдает себя на милость Навуходоносора, опасаясь своих соотечественников, которые уже перешли на службу к халдеям. Седекия более всего боится не чужих, а своих: …да не предадут мя (халдее) в руце их, и поругаются ми (Иер. 38, 19). Ненависти “своих” опасался и Дмитрий Донской летом 1382 г[ода]. Сыновья Дмитрия Константиновича Суздальского, старинного недруга и соперника Москвы, по приказу отца присоединились к войску Тохтамыша и ждали своего часа» [199] .

Можно привести ещё один исторический пример, относящийся к XVII веку и свидетельствующий о плачевном завершении отношений некогда близких людей. Душевное общение царя Алексия Михайловича и его «собинного» друга, Патриарха Никона, первоначально может быть охарактеризовано как идеал личных отношений, а также единения и взаимодействия государственной и церковной властей. Но в отличие от предшествующего времени, когда на Первосвятительском престоле был Патриарх Филарет, а на царском – его сын Михаил, ситуация при его сыне, Алексии Михайловиче, не будучи скреплённой родственными узами, завершилась трагично в отечественной истории: по царской инициативе некогда желанный глава Церкви соборне был осуждён и сослан в заточение.

Переходя к окружающей действительности, можно сказать, что всякая наша неприятность имеет первопричину в тёмной силе, а совершитель недостойного деяния – просто несчастный человек, находящийся под властью диавола, и, следовательно, он нуждается в усиленной молитве. Видя какие-то козни от своих ближних, мы начинаем им платить тем же. В результате – лукавый остаётся довольным. Когда же такой человек силой молитвы освободится от действа лукавого, то он станет ближе к Богу, а следовательно, и к своему ближнему. В результате усиленной молитвы нестроения в отношениях с ближними сами собой будут исправляться. «Таким образом, если бы мы больше молились, то меньше бы было зла вокруг нас» [200] . Говоря о духовной природе данной проблемы, вспомним мысль Ф.М. Достоевского, что сердце человека – это поле, где диавол борется с Богом за обладание душой и властвование над ней [201] . Человеческие нестроения во взаимоотношениях навеяны отнюдь не Ангелом Хранителем, а злой силой, которая заинтересована в погублении человека. А погубить человека удобнее всего через ссоры именно с близкими, поскольку с «дальними» мы встречаемся редко и от распрей с ними диаволу мало выгоды. Более того, здесь напрашивается вывод, что, вопреки бытующему мнению, в спорах истина и взаимопонимание не рождаются.

Обострённое чувство справедливости толкает нас на действия, не имеющие ничего общего с христианской любовью и потому не приносящие успеха и пользы. Это вполне понятно, так как в силу своей греховности мы хорошо видим в глазу ближнего даже сучок (см.: Мф. 7,3). Народная мудрость гласит: «Видел, не видал; слышал, не слыхал». Её смысл таков: увидел, но не осудил. Но ещё более высокая христианская мудрость: увидел неладное – помолился.

Говоря же об истории, необходимо отметить следующее наблюдение. Объективное суждение о тех или иных исторических событиях исследователи выносят только спустя определённое время, давая, таким образом, более беспристрастную оценку историческим фактам. Это вполне объяснимо тем, что «большое видится на расстоянье» [202] . Поэтому в истории нужно, чтобы прошло достаточно времени, необходимого для верного понимания и осмысления событий, чтобы перестал работать «эффект близости» [203] .

Если заглянуть во внутренний мир человека, можно обратить внимание на то, что человек всегда видит свои поступки в положительном свете, а поступки окружающих часто рассматривает критически, осуждающе. Самооправдание и осуждение ближнего – характерная особенность человеческой психологии. Знаменитый адвокат Ф.Н. Плевако († 1908) подчеркнул определённую особенность одного из фигурантов судебного процесса: когда он «рассказывал длинную повесть своих отношений ко второй супруге… когда он жаловался на свою супругу, то она была кругом виновата, а он всегда был прав» [204] .

Откуда эта черта в человеке? Вспомним первого человека, праотца Адама. Господь – Творец мира – сотворил человека и ввёл его в насаждённый во Едеме рай, чтобы возделывать его и хранить его (Быт. 2, 15). Первозданный человек жил в гармонии с собой, с окружающим миром, природой и, прежде всего, Богом Творцом. При этом заповедал Господь Бог человеку, говоря: «От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2, 16–17).

Но вскоре искуситель соблазнил праматерь нашу Еву, которая съела запрещённый плод и дала также мужу своему, и он ел (Быт. 3, 6). Нарушение заповеди, данной Богом, не привело к исполнению уверений искусителя: будете, как боги (Быт. 3, 5), но послужило к моральной и физической деградации первородной супружеской пары, а в последующее время и всего человеческого рода. На вопрос Господа, что произошло, Адам сказал: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел». И сказал Господь Бог жене: «Что ты это сделала?». Жена сказала: «Змей обольстил меня, и я ела» (Быт. 3, 12–13). Здесь мы встречаемся с первым в истории случаем доказывания собственной правоты. «Вместо должного раскаяния Адам позволяет себе грубое самооправдание, в котором он дерзает даже как бы укорять Самого Бога за дарование ему того, что прежде он считал желанным для себя благом» [205] .

В результате человек был изгнан из рая, лишился непосредственного богообщения, лишился гармонии в общении с окружающим миром, произошла его нравственная деградация. Человек стал более подвержен диавольскому воздействию, у него появились страсти и пороки. Человек стал считать свои поступки всегда справедливыми, всегда оправдывать их, что наглядно видно в ответе Адама Богу после грехопадения. А в другом человеке он начинает видеть всё плохое, стала возникать мысленная брань по отношению к ближнему. Брань могла переходить в открытую ссору и даже приводить к убийству человека, который является Божиим творением. Первой жертвой человеческой злобы и зависти на земле стал ветхозаветный Авель, убитый своим братом Каином (см.: Быт. 4, 8).

Поэтому Христос Спаситель, придя на землю, принёс нравственный закон любви человека к своим ближним. Новозаветным моральным кодексом, можно сказать, является пятая глава в Евангелии от Матфея, которая начинается заповедями блаженств. Далее говорится: Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб [206] . А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся (Мф. 5, 38–42). Завершается глава словами Спасителя: Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48).

Святого евангелиста Иоанна Богослова называют апостолом любви, потому что любовь к ближнему – это главная тема, раскрываемая им в Евангелии и Посланиях.

Священное Евангелие призывает: Возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мф. 22, 39); Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними (Лк. 6, 31; см.: Мф. 7, 12; Тов. 4, 15). Психологию самооправдания с одновременным осуждением ближнего хорошо передают евангельские слова: И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? (Мф. 7,3) [207] . Знаменательно, что молитва преподобного Ефрема Сирина, читаемая во время Великого поста, заканчивается словами: «Ей, Господи Вдрю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего».