Чтение онлайн

Следовательно, вы вне закона. Любой может выстрелить в вас без предупреждения и не будет наказан. Назначена большая награда, если вас доставят мертвыми, но еще большая за живых.

Последовала пауза. Мы обдумывали услышанное.

– Не понимаю, - сказала Розалинда.
– Если бы нам позволили уйти и не возвращаться…

– Они боятся нас. Они хотят захватить нас и узнать о нас побольше, поэтому и назначена большая награда. Это уже не вопрос о правильности облика, хотя говорят они об этом. Они увидели в нас реальную опасность. Представьте себе, что нас много, что мы способны улавливать мысли друг друга и координировать свои действия без необходимых им слов и посланий, тогда они не смогут контролировать нас и охранять свою власть. Мы всегда сумеем перехитрить их. Они считают это очень опасным, поэтому и хотят узнать о нас побольше, пока нас еще немного. Они считают это вопросом выживания - и они совершенно правы, вы знаете.

– Они убьют Салли и Кэтрин?

Этот неосторожный вопрос задала Розалинда. Мы ждали ответа двух девушек. Его не было. Что это значило, мы не знали. Они могли закрыть свой мозг для нас, могли спать от истощения, а может они были уже мертвы… Майкл был с этим не согласен.

– Нет причины убивать их, они и так в их руках. А убийство вызвало бы большое беспокойство и недовольство, пока вас не поймали. Объявить новорожденного ребенка не человеком из-за физического уродства - это одно дело, а здесь случай довольно деликатный - это тоже следует учесть. Людей, знавших их много лет, очень трудно будет заставить признать девушек нелюдями. Если они будут убиты, это вызовет большие волнения и недовольство властями.

– Но нас могут убить безнаказанно?
– С горечью спросила Розалинда.

– Вы не в плену и вы не находитесь среди людей, знающих вас. Для незнакомцев вы всего лишь нелюди, спасающиеся бегством.

Комментировать это было незачем. Майкл спросил:

– Куда вы отправитесь ночью?

– По-прежнему на юго-запад, - ответил я уверенно. – Мы думали остановиться где-нибудь в дикой стране, но теперь, когда каждый охотник может подстрелить нас, нам придется отправиться в окраины.

– Пожалуй, это верно. Если вы сумеете там спрятаться, хотя бы на время, мы подумаем над тем, как подделать вашу смерть. Я об этом подумаю. Завтра с поисковой партией я отправляюсь на юго-восток. Буду сообщать вам, что тут происходит. Помните, если вам кто-нибудь встретится, вы должны выстрелить первыми. Главное, не сдавайтесь. Помните, что было написано в книге, о которой рассказал Дэвид. «Человек тот, кто борется, преодолевая страх. Не ведают страха животные. Тогда что же такое мужество? Мужество - это способность подавлять в себе страх. Смерти боится каждый. Но трус робеет перед опасностью, а смелый берет себя в руки и борется. В этом разница между ними». Кроме того, мы знаем теперь, что перед нами великие задачи. И ради их решения мы должны преодолевать любые трудности.

На этом мы прервали разговор. Розалинда завершила сборы, мы удобнее устроили корзины, затем взобрались в них, я опять слева, Петра и Розалинда в правую корзину. Розалинда, наклонившись, шлепнула лошадь по боку, и мы отправились в путь. Петра, слишком занятая сборами, теперь разразилась слезами и излучала отчаяние.

«Она не хочет, - доносилось среди всхлипываний, - идти в окраины. Она боится старой Мегги, Волосатого Джека и его семьи, и остальных персонажей детских сказок, прячущихся в тех местах».

Нам было бы легче успокоить ее, если бы мы сами не чувствовали подобных же опасений, воспитанных в детстве, если бы мы знали что-нибудь конкретное о земле, куда направляемся. Как и большинство людей, мы слишком мало знали об окраинах и поэтому частично разделяли страхи Петры. Результат наших усилий был скромным… Целых полчаса Розалинда пыталась успокоить Петру. Когда ей это отчасти удалось, донеслись беспокойные мысли остальных. Майкл раздраженно спросил:

– Что у вас происходит?

Мы объяснили.

Майкл успокоился и обратился к Петре. Он начал объяснять ей медленными, ясными мыслями и образами, что в окраинах на самом деле нет привидений. Большинство мужчин и женщин, живущих там, просто очень несчастны. Их изгнали из домов, часто еще детьми, только зато, что они непохожи на других людей, и они живут в окраинах, так как им больше негде жить. Из них некоторые действительно выглядят довольно странно, но они в этом не виноваты. Об этом можно сожалеть, но бояться нечего. Если бы у нас по ошибке появились бы лишние пальцы или уши, нас бы тоже выслали в окраины - хотя мы были бы теми же самыми людьми, что и сейчас. То, как выглядит человек, не имеет особого значения, и…

Но в этот момент Петра прервала его:

– Кто этот другой?
– Спросила она.

– Какой другой? О ком ты говоришь?
– Поинтересовался

Майкл.

– Кто-то еще посылает мысленные картинки, смешивающиеся с твоими, - ответила Петра.

Наступило молчание… Я полностью раскрыл свой мозг, но не смог уловить никаких мысленных образов. Затем одновременно донеслось от Майкла, Марка и Рэчел:

– Ничего не слышу!

Майкл добавил:

– Возможно, что…

Но тут исключительно сильный образ послала Петра.

Выраженный в словах он означал бы нетерпеливое: «прекратите!» Мы умолкли в ожидании.

Я взглянул на другую корзину. Розалинда одной рукой обхватила Петру и внимательно смотрела на нее. У Петры глаза были закрыты, все свои силы она сосредоточила на приеме. Но вот это выражение немного оставило ее.

– Что это?
– Спросила Розалинда.

Петра открыла глаза. Ее ответ был удивительным и выражен в весьма неярких образах.

– Кто-то задает вопросы. Она далеко, очень-очень далеко отсюда. Она говорит, что почувствовала мой испуг. Хочет знать, кто я и где. Рассказать ей?

Некоторое время мы молчали, потом Майкл возбужденно сказал:

– Ладно, Петра. Рассказывай.

– Я буду говорить очень громко. Она очень-очень далеко, - предупредила Петра.

Она хорошо сделала. Если бы она начала передавать свои мысли, когда мы были настроены на восприятие, то она совершенно оглушила бы нас. Я закрыл свой мозг и постарался сосредоточиться на наблюдении за дорогой. Это помогло, но защита была несовершенной. Образы, передаваемые Петрой, были просты, как и следовало ожидать в ее возрасте, но они доходили до меня с большой силой и яркостью, они оглушали и ослепляли.

Когда она закончила, Майкл передал что-то похожее на «фу-уу!». Пауза, и новая вспышка мыслей. Когда все прекратилось, Майкл спросил:

– Где она?

– Там, - ответила Петра.

– Ради бога…

– Она указывает на юго-запад, - пояснил я.

– Ты спрашивала ее про название того места, дорогая?
– Спросила Розалинда.

– Да. Но оно ничего не значит. Я поняла, что там есть две части суши, окруженные большим количеством воды, - словами ответила Петра и добавила.
– Она тоже не понимает, где я.

Розалинда посоветовала:

– Скажи ей, пусть посылает изображения букв.

– Но я не умею читать буквы, - со слезами на глазах ответила Петра.

– О, дорогая, это очень неудобно, - согласилась Розалинда.
– Но мы можем тебе помочь. Я буду передавать тебе мысленные изображения букв одно за другим, а ты передашь их ей. Ну как?

Петра неуверенно согласилась попробовать.

– Хорошо, - сказала Розалинда.
– Внимание все. Мы начинаем.

Она мысленно нарисовала букву «л». Петра передала ее с разрушительной силой. Розалинда передавала букву за буквой, пока не было закончено все слово. Петра сказала нам: