Чтение онлайн

– Ну что, нежить, сам свалишь? Или вынести тебя отсюда вперёд ногами? – вполголоса проговорил уродец путнику на ухо.

– Мне не нужны неприятности. Я лишь хочу поесть и уйти отсюда. – Мужчина положил руки на стол и сосредоточился. Сердцебиение замедлилось, а слух обострился.

– Ха! Насчёт «спокойно» я ничего не могу обещать, – ехидно ответил гоблин.

– У тебя ещё есть шанс отправиться к своим друзьям и продолжить праздновать. Но времени мало: я бы сказал, совсем нет. – В его голосе звучала лёгкая угроза, но в то же время ни один мускул на лице не дёрнулся.

– Ах ты падаль! Вздумал мне угрожать? Сейчас я отправлю тебя к твоим праотцам и твоей матери-шлюхе! – прокричал уродец.

Схватив нож, гоблин замахнулся на обидчика. Он сделал это так быстро, что можно было подумать, будто лезвие уже достигло цели, но вдруг незнакомец моментально обернулся вокруг себя и левой рукой перехватил удар уродца, повалив того на стол.

Потасовка привлекла посетителей, и они окружили место схватки. Медленно достав клинок из-за спины, мужчина приложил кончик орудия к горлу противника. На лице гоблина появился ужас, руки задрожали, и казалось, будто сейчас он потеряет сознание.

– Теперь ты не такой смелый, маленький забияка? – Дьявольский взгляд пронизывал беспомощное существо, подавляя его не только физически, но и морально. – Что ты скажешь теперь? Я могу прямо сейчас забрать твою душу и отправить её в мир мучеников, где её будут истязать тысячелетиями.

Странник слегка надавил на горло. Из небольшой ранки пошла алая кровь. Жалкое существо не промолвило ни слова: гоблин в буквальном смысле смотрел на свою смерть.

Ситуация накалялась, но ни зеваки, ни дружки гоблина не осмеливались помочь бедолаге.

– Опять ты попал в передрягу, Криж? – усмехнувшись, спросил один из уродцев.

Тот ничего не ответил, лишь тяжело сглотнул комок, застрявший в горле.

– Ну ничего! Сейчас мы вскроем этого мертвяка и посмотрим, что у него под брюхом, – грозно сказал главарь шайки, доставая нож из-за пазухи.

Уродцы начали подходить к чернокнижнику всё ближе и ближе. Один из них ехидно засмеялся, другой пальцем проверял остроту своего кинжала и угрожающе смотрел в сторону обидчика. Путник оскалил зубы и пристально следил за шайкой, при этом не ослабляя хватки. Он приготовился к нападению, и до первой атаки оставались считаные секунды, как вдруг…

– Всем стоять на месте, если не хотите отправиться прямиком в могилу! – прокричал на всю таверну хозяин заведения.

Его взгляд был озлоблен, зрачки расширены, а лицо стало ещё краснее. В руках он крепко сжимал два заточенных тесака и использовать их намеревался всерьёз. Стремительно подойдя к столу, здоровяк направил один тесак в сторону путника, как бы намекая на то, что незнакомец будет первым, кто умрёт.

– Если ты не отпустишь его прямо сейчас, я изрублю тебя и брошу псам, чтобы они обглодали твои кости!

Странник отвёл кончик кинжала в сторону и поднял руки вверх:

– Я лишь защищался. Он пытался напасть на меня со спины. Это подтвердят окружающие. – Мужчина окинул толпу взглядом, но никто его не поддержал.

– Мне плевать! Рожа твоя мне не нравится, своим видом клиентов мне распугиваешь. Ты уберёшься отсюда немедленно, или я тебе помогу! – Его угрожающий взгляд вселял уверенность в том, что он явно не блефует: если странник не отступит, его ждут большие проблемы.

Затевать бойню не входило в его планы. Необходимо было привлекать как можно меньше внимания, и поэтому выбор был очевиден.

Путник отошёл от стола, где лежал гоблин, и вложил клинок в ножны. Компания гоблинов ехидно смеялась: они считали это собственной победой, будто из-за них соперник сдался и не стал продолжать бой.

Подхватив подсумок, мужчина направился к выходу. Зеваки провожали его взглядом, выплёскивали остатки пойла и кидали куски хлеба ему в спину. Кому-то было всё равно, некоторые просто смеялись и тыкали в него пальцем: никто не испытывал к незнакомцу жалости или сострадания.

– Вали! Вали по-хорошему! Если бы меня не остановили, я бы разделался с этим мешком червей, ха-ха-ха! – громко смеясь, кричал уродец.

Путника переполняли злоба и ненависть, но он не подавал виду, лишь стиснул зубы и нахмурил брови. Большое терпение и самодисциплина отличали его от многих существ в таверне.

Выйдя на улицу, он осмотрелся. Наступала ночь, шёл лёгкий снег – было начало зимы. Но мертвецы не чувствуют холода! В основном крыша над головой нужна им лишь для того, чтобы укрыться от чужих глаз. В таком убежище и нуждался чернокнижник. В таверну ему теперь путь закрыт, а искать ещё одно такое сомнительное место не было времени, да и нарваться на очередных задир совсем не хотелось. Для ночлега вполне мог сойти амбар, сеновал, курятник или что-то подобное.

Мужчина побрёл по улице, не сворачивая. Он шёл уже долго, но на пути ему не повстречался ни один житель, который мог бы приютить или хотя бы показать место, где можно заночевать. И вдруг в конце улочки показался полуразвалившийся заброшенный дом.

Чернокнижник вошёл, не раздумывая. Это хибара, по всей видимости, была давно покинута. Крыша местами просела – либо часть конструкции отсуствовала. Стены обветшали, повсюду виднелись трещины и разломы. Пол скрипел, а доски прогнили. Мебели и утвари не было и в помине.

Найдя более-менее сухой и чистый угол, незнакомец бросил там свои пожитки и присел на небольшой табурет, стоявший неподалёку. Выдохнув, он протёр серые глаза и начал разматывать лежак. На вид тот был весьма плох: серо-болотного цвета, с многочисленными заплатами, чёрными и багровыми пятнами. Расстелив его, путник снял топоры и положил их рядом с собой. Клинок он поместил за подсумок – так, чтобы в случае опасности быстро вытащить его.

***

Сон был не совсем обычным явлением для чернокнижника – не как для живых существ. Скорее, это напоминало медитацию или погружение в так называемый мёртвый сон – состояние, при котором такие, как он, могли заглянуть в потусторонний мир для восполнения тёмных сил и общения с духами, а особо сильные маги – даже чтобы вступить в связь с демонами загробного мира.

Скрестив руки на груди, мужчина закрыл глаза и начал погружаться в сон. Этот процесс всегда начинался одинаково: сначала наступали гробовая тишина и непроглядная тьма, затем дух чернокнижника быстро перемещался в потусторонний мир, будто проносясь сквозь межзвёздное пространство, но в дальнейшем каждое погружение происходило по-своему. Всё зависело от цели: не от той, которая была отмечена на карте, и не в зависимости от задания, данного высшими чернокнижниками, а от того, чего желал сам маг, – от его самого сокровенного желания, поддерживавшего в нём тёмную энергию, которая необходима для использования чёрной магии, проведения ритуалов и чтения заклинаний.