Чтение онлайн

— Приветствую тебя, Малком, наш договор в силе? — спросил Кроули у главного караванщика.

— Оу-у, это ты. Как тебя, Алистер? Верно? — эльф подошёл к чернокнижнику, указывая на него пальцем.

— Да, верно. Если всё в силе, то вот оплата. Сто монет, как и договаривались, — Кроули протянул мешок с деньгами.

— Хорошо. Я вижу, что ты держишь слово. Большая редкость.

— Ещё большая редкость встретить такое же существо.

— Верно говоришь, человек. Поэтому, как и договаривались, два места. В конце каравана повозка с лисьими шкурами. Там нет извозчика, будешь ты за него, — с ехидной улыбкой, перебирая монеты, ответил Малком.

— Такого в уговоре не было, — чернокнижник нахмурил брови. Караванщик явно гнёт палку в свою сторону.

— Если не согласен, можешь напроситься к Болемарам. Только эти пьяницы, торгующие медовухой, явно тебя не возьмут. Они на дух нечисть не переносят. А других, кто едет в Вильнюс, нет. Так что выбор у тебя невелик, — посмеявшись, эльф развернулся и ушёл в начало каравана.

— Зараза. Выбора нет, Лин. Идём к повозке, — Кроули быстро зашагал к упряжке, возле которой стоял лукмарец.

— Слава богам, неужели нашли того, кто может управлять лошадьми. Господин, миледи, я Рэм. Охраняю груз и сопровождаю его. Какая милая девушка, кто вы, дорогая? — рептилия протянула в сторону девушки свою холодную, слегка влажную лапу.

— Я Лин, а этот мужчина Алистер. Мы путешественники. В городе проездом, — девушка пожала лапу Рэму, и лёгкий холодок пробудил по всему телу мурашки.

— Очень приятно, надеюсь наше с вами путешествие пройдёт без происшествий. А на Малкома не сердитесь. Профессия его обязывает быть таким жестким и немного грубоватым, — рептилия осмотрела Алистера с головы до ног своими большими тёмно-болотными глазами.

— Что не скажешь о вас. Вы весьма культурный для простого сопровождающего, — подметил чернокнижник, садясь на место кучера.

— Сразу видно, не имели дел с лукмарцами. Наша раса миролюбива, в нашем лексиконе нет ругательных слов. Если мы хотим высказать своё негодование, то просто громко шипим.

— Тогда что ты тут делаешь, раз ваш народ миролюбив?

— К сожалению, да, мистер Кроули, нас настолько мало, поэтому пришлось сменить орала на мечи, — наёмник помог Лин забраться в повозку и поудобнее там устроиться.

— Вот так, дорогая. А я сяду с краю, там лучше обзор, — в этот момент мимо прошёл Малком, проверяя все ли готовы отправляться в путь.

— Сейчас тронемся. Так что готовься, чернокнижник. Держи дистанцию и не сбивай строй. Удачи, — эльф погладил кобыл и что-то прошептал им на ухо.

— Что он им сказал, Рэм? — спросила эльфийка, высунувшись из повозки.

— Никто не знает. Что-то на своём языке. Мы думаем, что он желает лошадям лёгкой дороги, чтоб подкова не слетела и лошади меньше уставали.

— И как? Помогает?

— Когда как. Вроде в последнее время без приключений, — лукмарец закрыл задний борт повозки, и колонна тронулась.

Путь предстоял весьма долгий. А учитывая, что общую дорогу заметало снегом, а местами она и вовсе покрывалась льдом, время перевозки товаров увеличивалось чуть ли не в два раза. Тучи по-прежнему заволокли весь небосвод, даже маленькие лучи солнца не могли пробить эту хмурую пелену. В добавок начал усиливаться ветер. Благо караванщики были готовы к любой погоде, а нашу парочку согревали новенькие костюмы, поверх которых красовались накидки из пушнины. Лин и лукмарец мило беседовали, сидя в конце повозки. Эльфийка спрашивала о его расе, чем он занимается, какие привычки и традиции имеет их народ. Рэм поведал, что раньше они обитали в северных землях, ближе к восточной части. Там находится бескрайнее болото, на которых они строили свои деревни и даже города. Их народ был торговцами. Ягоды, коренья, различные лечебные травы, практика лечения мхом и тлеющим торфом. На вопрос, почему их осталось так мало, он ответил, что люди пришли за их ресурсами, той же глины для строительства было очень много, они не захотели делить с нами территорию, начались нападения на наши деревни, их сжигали по очереди.

— Моих сородичей уводили в рабство, — рассказывал Рэм, — копать нашу же глину и перевозить ее в строящиеся города. В общем, большинство погибло или находилось в рабстве, мало кому удалось сбежать и приспособиться к жизни в других землях.

— Сто-о-оп. Остановимся на ночлег. Люм, за дровами, Рэм и чернокнижник, натягивайте ночлежки в этом небольшом леске, остальные расчистите место, а я осмотрюсь пока, — скомандовал Малком и отправился в небольшую рощу возле дороги, где практически не было сугробов.

Смеркалось. Костёр согревал своим ярким пламенем путников. Каждый занялся делом. Кто-то завалился сразу спать после ужина, глава каравана сидел и натачивал свою саблю, лезвие её было иссечено многочисленными стычками, а рукоять весьма изношена, местами потёртости принимали форму ладони своего хозяина, тем самым создавая дополнительное удобство для фиксации оружия в руке.

Алистер и Лин прилегли у дерева и вновь принялись штудировать Сборник букв. Девушка по памяти повторяла символы один за одним. Эльфийка так увлеклась процессом, что уснула, облокотившись на плечо Алистера и слегка приобняв его. Кроули не стал будить её и как-либо тревожить, лишь положил свою руку поверх её руки. Всю ночь он лежал неподвижно, погрузившись в небольшой транс.

Рано утром весь караван поднялся, спешно позавтракал и, свернув лагерь, отправился в дорогу. На протяжении всего пути на удивление ничего не произошло. И через несколько дней парочка уже подъезжала к воротам.

Вильнюс был портовым городом, стоящем на гигантской плотине. С одной стороны порт, с другой многоярусный город, со своей инфраструктурой, торговлей и порядками. Все вокруг было построено из древесины. Стены из плотных брёвен, обработанные специальной смолой, которая укрепляла структуру дерева, давала устойчивость к огню и невозможность вскарабкаться по стене без специальных средств.

В регионе влияние северного королевства было максимально слабым, поэтому город посещали в основном контрабандисты, пираты и другая чернь, в особенности те, кто скрывался от правосудия.

В воротах стояли местная охрана в кожаной защите, никаких доспехов, копий или мечей, только кинжалы и метательные ножи. По бокам красовались две башни с лучниками, которые пристально высматривали неприятеля. Все лица были закрыты повязками, а поверх голов накинуты капюшоны. На стене ходил патруль по два, иногда по три человека в таких же кожаных, тёмно-зеленых или коричневых одеяниях, с эмблемой черепа, расколотого клинком.

Как это обычно бывало, после попадания за стены открывался вид на город, либо на широкую дорогу, которая могла доходить до площади или какого-либо значимого места, но не здесь.

Город был спроектирован по принципу многоярусной защиты. Неприятеля встречала новая стена, и так до самой плотины. На самой дамбе находился порт. Если смотреть с высоты птичьего полёта, то он выглядел в виде полукруга со множеством швартовочных мест для кораблей, если всё же места не хватало, всегда можно было встать на якорь, подплыть на лодках и спуститься тем самым на берег. У города даже имелись свои собственные корабли, которые плавали в местной акватории и патрулировали её, в случае атаки с моря выстраивался заслон из кораблей и давал отпор неприятелю.