Чтение онлайн

– Господа, правила, – я махнул рукой и отошёл к перилам моста, покрытым слоем гидрофобного металла.

Коренастый милонгеро в белой приталенной рубашке по виду опытный боец, намотав на руку пиджак стал кружить вокруг зачинщика, держа перед собой морской кортик. Ферапонт спокойно ждал с опущенными руками, легко двигаясь вслед на носках. Как только уставший ждать противник ринулся вперёд, он сделал сбоку от него длинный шаг, быстрым взмахом левой руки в кевларовой перчатке опустил чужой клинок к ногам и вогнал безжалостную сталь испанской даги в основание шеи. Все произошло настолько быстро, что только, когда проигравший в конвульсиях упал, заливая горячей кровью рифлёное железо, стал ясен приговор судьбы.

Я накинул принцессе на плечи темно-синий с золотыми пуговицами блейзер и проводил в номер. Когда решился оставить, она воскликнула с негодованием:

– Всё ужасно и ужасно уже оттого, что в этом нет смысла. Почему не предупредили, что дуэль будет смертельной?

– Принцесса, разве можно повлиять на любовь, без страха распалить раненное сердце ещё больше? Бедный мальчик совсем от страсти голову потерял, на людей бросается из-за лишних 50 лет с вами.

– Да, он из-за этого согласился на дуэль? – у девушки от любопытства высохли слёзы. – Но ведь он смертный человек, лишние 50 лет всё равно ничего не решают? Тоже мне телеграфист! Хорошо, что ещё стреляться не надумал из револьвера, – успокоено вздохнув, заключила она.

– Что вы, Ферапонт голову теряет только рядом с вами, во всём остальном он довольно расчётливый юноша, где он и где пошлая растрата казённых денег. Он и книЖков-то таких не читал, несмотря на то, что с поверхности. Вот зарезать человека, это у него получилось с блеском.

– И всё же он милый, всё так быстро и изящно сделал! – жизнеутверждающе заключила невольная участница смертельной пьесы.

В лучах заходящего багрового диска буревестники кружили почти над самыми морскими волнами, иногда срываясь в крутое пике и выныривая с трепещущей в клювах добычей на поверхность. Граф заказал экзотический ужин из ядовитой рыбы Фугу, за поглощением которой принялись обсуждать недавние события.

– Граф, рассказывайте – Ферапонт отработал свои серебряники? Меня просто-таки съедает нездоровое любопытство.

– Похоже, что тут не просто мода, здесь начало новой эпохи. Благодарю за демонстрацию, поверьте, это было необходимо для понимания общей картины.

– И что теперь с этим шедевром живописи будет?

– Нельзя силой сделать человека благородным. Здесь спор решился не с помощью грубого кулака трактирного хама, а клинком калёной стали, когда воля и интеллект достойно исправляют слабую природу человека. Империя с её правилами и замшелыми моралями изжила себя – нужна свежая кровь, – заключил граф.

– Вот с этим, экселенс, у вас трудностей не будет. Судя по всему, ожидаются целые реки красной субстанции. Подозреваю, что принцессу втянули в историю намеренно. Ведь так?

– Знаете, барышня меня удивила. Вам не показалось странным её самообладание. Она, конечно, с периферии и не обременена комплексами столичных барышень, играющих в модный гуманизм. Во время поединка принцесса увлеклась настолько, что сломала зонтик, когда увидела взмах руки с клинком. Представляется, что она это уже видела и обычный испуг ей вовсе неведом.

– Точно, обошлась без вульгарных обмороков. Идём в номер, а у неё шаг твёрдый такой, подумалось, что и сама с удовольствием могла пырнуть кинжалом кого-нибудь. Принцесса Ти полна загадок… Заберёте секретаря, не прощу, – я внезапно сменил тему, надеясь выведать планы графа относительно судьбы Ферапонта, но просчитался.

– И что, позвольте узнать, сделаете? Даже занятно, – граф достал из кармана монокль и изучил мою физиономию в хорошей резкости.

– Оплачу повару приготовление «Фугусаши» по спецрецепту. Есть с удовольствием морские деликатесы уже не будите, изжога замучает.

– «Фугусаши?» Ну дались вам эти ребячества. Из-за человека! Право!

– Вот, должен же быть у меня ученик или где? Ведь молодец! Всё сделал как надо. А вы сманиваете вечностью. Своего заведите и упражняйтесь.

– К несчастью, дворец Потала, это вам не Шаолинь, у нас долго такие игрушки не живут, приходится отнимать у других. Но вы мне симпатичны – ЦК готово использовать ваши таланты и впредь в своих планах.

– Тогда забирайте прямо сейчас насовсем, чёрт с ним с этим секретарём, чего уж там, уговорили, а планы оставьте себе в единоличное пользование.

– Экий вы вёрткий. Нет, батенька, нужно держать слово. Просили? Так и быть, не трону в обмен на лояльность к империи.

– Что-то буревестники разлетались, вы не находите?

– Так дело к ночи, самая охота для них, жертвы сами всплывают при виде звёзд прямо к ужину, – граф бросил салфетку на стол и принялся за десерт.

– Ага, я уже догадался, – пернатые хищники надумали мелочью всякой кормиться с поверхности, – согласился с доводом, что интересы империи не обсуждаются.

Из окон резиденции агентства «Альт Пальмира», открывался вид на тысячелетний дворец Потала, выделявшегося строгими линиями больших прямоугольников среди ультрасовременных небоскрёбов и мостов, парящих в облаках благодаря термоядерным реакторам на гелие-3.

В конторе, оборудованной по последней моде: скоростной пневмопочтой, телеграфом, телефоном, печатной машинкой с ментальным коммутатором; среди медного блеска переговорных труб и латунных манометров воздушного давления в серебряной оправе расположился на кожаном диване обер-камергер Ея Величества, положив рядом обязательную тростью с золотым орлом. Граф буквально прописался у меня и теперь терроризировал мозг постоянными инквизициями.

– Ну-с, докладывайте, что с делегацией Марса?

– А что случилось? – я изобразил удивление.

– Посол жалуется. Вы куда их поселили? Это что такое? Совсем страх потеряли!

– Модест Алексеевич, никто не ждёт скандала. Зачем? Делаю всё, что могу, исключительно из вежливости к имперским политесам.

– Как я понимаю, это в благодарность за то, что спецназ империи выкрал вашего компаньона Рема Великолепного из тюрьмы на полюсе Марса. Гвардейский дредноут, погасив ходовые огни, в полной темноте идёт по приборам на всех парах к Земле.

– Почему не сказали раньше? Ферапонт, наверное, что-то напутал. Сделаем сервис наивысшего качества. Лично займусь, – я обнажил платиновые зубы, соорудив на лице максимальное усердие.

– Можете гарантировать? Нам конфликт с Марсом сейчас не к чему, – предупредил граф, вынимая монокль для того, чтобы протереть.

– Конечно, моё слово крепче базальтовых скал под северным ветром.

– Постоянно живёте на грани нервного срыва. Что вами движет?

– Сейчас?

– Да.

– Желание избавиться от общества обер-камергера Штюрма и как можно скорее.