Чтение онлайн

Редкий свет солнечных лучей сквозь кучевые облака прерывался беспокойными пролётами пеликанов под косыми струями начинавшегося ливня.

Модлен в соломенной широкополой шляпе изволила кушать кофе в летней веранде с горячими плюшками, изготовленными по только её известной рецептуре Гектором.

– Бесконечное счастье, и о чём ты изволила придумать поговорить?
– начал я и осёкся, заметив заклеенный пластырем нос с лонгетами.

– Кофе будешь?
– с немигающим взглядом спросила жертва материнской любви.

– Что вопрос настолько важный, что без кофе не получиться?

– Зачем ты мне сразу портишь настроение?

– Вот у тебя серьёзный вопрос или про своё хрупкое настроение приехала поведать?

– С тобой невозможно разговаривать! Слушай, у твоего сына совсем с головой плохо стало.

– Во-первых, У НАШЕГО! а во-вторых, я в его извилинах не копался вообще никаким образом!

– Вот именно, а мог бы.

– Не тяни. Что хочешь?

– Поговори с ним.

– Это зачем? Вы там на Венере совместными усилиями тюрьму мне соорудили. Ты как себе это представляешь? Он большой мальчик, со-о-всем большой.

– Неужели тебе всё-ровно? Других сыновей у тебя нет!

– Сын, дорогая моя, это когда ты его воспитал, а, извини, не любовью побаловался. Это всё?

– С тюрьмой была не права, Антон убедил, что так лучше будет.

– Это извинение? Непохоже, но, зная тебя, принимается.

– Помоги мне организовать на Венере свой театр?

– Ага, вот она где – Правда, матка! Про Антона, это был пробный шар!

– Ленар, только ты сможешь сделать полные сборы! Деньги на рекламу у меня есть! – отставив чашку, воскликнула Модлен.

– Приятно, конечно, но теперь я, можно сказать, придворный фаворит после недавних событий, обеспечен сверх меры. Помогу в счёт старой любви и обязательной ненависти. Напиши свои идеи, а мы с Ремом подумаем, что можно сделать.

– С Ремом! Он меня на дух не переносит!

– Я попрошу нижайше, а то захандрит там в одиночестве на Марсе без работы. За Антона больше не вспоминай, самому больно, придурок весь в мать.

– Ты опять?

– Привыкай, если хочешь театр на Венере. Счастье надо выстрадать. Впиши в райдер, мне будет приятно.

9. НИИ «ЯМА»

Пол туннеля, залитый языками оплавленного гранита, постепенно стал выравниваться, когда беглецы вошли в арку, за которой зелёный луч лазерного фонаря показал бледное пятно на далёком потолке пещеры.

– Это мы удачно зашли, - проговорил Ферапонт выпуская маленького крылатого разведчика.

– Мне совсем не хочется туда. Ходят легенды, что здесь с местными аборигенами сражались рептилоиды. Это они превратили гранит в лаву своим оружием. Вдруг остались ещё живые.

– Через тысячи лет?

– А что такого, на Земле живут же рядом два народа и ничего.

– Подожди, там ещё один зал! Но что это: мы спускаемся.

Внезапно беглецов накрыла волна непередаваемого ужаса. Белый шум погнал вперёд, не давая видеть дорогу, пока они не упали без сил на полированный до зеркального блеска мрамор. Звенящая пелена уступила место приятному мягкому освещению, в котором над ними склонились два великана в белых халатах.

– Организмы, вы чего здесь забыли?
– на вполне понятном интерязыке спросил один из них, по-видимому старший, ткнув в грудь чем-то очень тяжёлым в виде трости.

– Мы это, случайно, - нашёлся Ферапонт, вставая. – Тут у вас такие страхи, что ноги сами принеси.

– Тант, я сколько раз тебе говорил: «У излучателя полярность барахлит!» Надо предупредить охрану, - начал браниться старший, - видишь сюда направил. Что теперь делать с организмами?

– Убивать не надо. Сразу предупреждаю: у меня хорошие связи. Он, Нерг, местный террорист. Вы с ним сами разбирайтесь, хорошо. А мне на поверхность надо. Я вообще инопланетянин. Где тут у вас лифт или эскалатор? Могу и по лестнице, – выдал Ферапонт, желая сразу поставить жирные точки над буквой «И».

– Организм, о тебе в новостях рассказывали. Это ты там учудил на Луне взрывы? – спросил Тант.

– Да, вот оно последнее произведение рептилоидов. Противно смотреть: мелкие, мозгов нет, первичные рефлексы, - констатировал старший.

– Меня зовут Ферапонт, рад знакомству. Можете показать дорогу наверх? – попробовал снова наладить контакт с жителями подземелья расторопный секретарь.

– Тант, бери обоих и тащи в ящик на обработку, - приказал старший и направился в сторону одного из туннелей, постукивая железной, судя по звуку, тростью о пол.

– Арест, а может быть сразу в «ЯМУ»?
– спросил вдогонку его спутник.

– В ящик будет правильно, без обработки никак нельзя. Нет у меня желания препираться с кафедрой, - не оборачиваясь ответил Арест.

Тот которого назвали Тант, взял за шиворот обоих и без видимых усилий потащил по скользкому полу, не обращая внимания на попытки задержанных освободиться.

– Нерг, как ты думаешь, убьют? – вися над дорогой, спросил Ферапонт своего товарища по несчастию.

– Не факт, но могут, - повертев головой констатировал Нерг.

– Вы о себе, организмы, много беспокоитесь. Сейчас пройдёте обработку и решим, что с вами делать: салат или рагу. Ха, ха. У нас давненько не было людей с поверхности, - криво улыбаясь, успокоил конвоир.

– То есть, вам наплевать, что я Ферапонт!

– Чу, мошка! – цыкнул Тант и бросил пленников себе под ноги.

– Таможня принимай нелегалов! – ударяя кулаком в бронзовую тарелку, торчащую из стены, потребовал он.

Из окна высунулась голова в фуражке с кокардой, на которой было выбито НИИ «ЯМА».

– А зачем мне эти недомерки нужны?

– Арест приказал, я, извини, предлагал сразу в институт. Он отправил к тебе. Кстати, на периметре опять излучатель барахлит. Профессор ругается.

– Мы против «ЯМЫ», - подал голос Ферапонт на всякий случай и поднял руку. Нерг энергично закивал головой, всем своим видом показывая, что полностью поддерживает мнение товарища.

– Смотри, разговаривать на интерязыке умеют! Тащи сюда, будем обрабатывать. Передай Аресу, что нужны новые излучатели, пусть перестанет экономить на охране!
– сдвинув фуражку на затылок ответил охранник.