Чтение онлайн

– Какой колдун может быть у Стольного Града? Здесь же Орден и Магистр, - не унимается младший и обижено вскричал.

– Не перебивай, дай послушать, - отвесил подзатыльник храбрецу сосед.

– Когда не было ни Ордена, ни Магистра, первая крепость только строилась, а горы еще не так высоки, - начал рассказ маленький мальчик, протягивая слова страшным шепотом, - тут жил черный чародей. Черным он был не из-за черноты своих бездонных глаз, и не из-за черноты своей одежды, а из-за черноты своих помыслов и дел. Куда бы ни приходил, всюду окружал сумрак, везде селился мрак.

Малыш держит улыбку, а сам оборачивается назад. Кажется, темнота ночи стала плотнее, и как будто неясные тени шевелятся в черном лесу.

– Жил он прямо возле этого колодца. Была не то берлога, не то землянка. Иные сказывали про подземный дворец, что тянулся до самого нижнего мира. Сказывать сказывали, но никто не знал. Жаждал маг только власти абсолютной над людьми, над стихиями, над всем миром. Всякий, кто решался подойти, забывал свой род, терял волю. Так и оставался не живым, но и не мертвым слугой и исчезал навеки. Тьма все сильнее разливалась над этой долиной, - рассказчик с серьёзным видом провел рукой в сторону непроглядного мрака, - все чаще пропадали люди. Лесные звери ушли из своих хаток, нор и берлог. Их место занимали страшные твари, послушные своему господину. Воду для своих чародейств, зелий и злодеяний он черпал из этого колодца.

Малыш уже раскис, побледнел. Ему кажется, что тьма все ближе за спиной. Легкий холодный ветерок принимал за мертвое дыхание древнего мага.

– Свою силу он черпал в великой книге. Той самой, по которой создали и наш, и другие миры. Той самой, что говорила когда всходить солнцу, а когда луне. Той самой, что подняла из праха и вдохнула в жизнь первого человека. Но чем дальше маг ее изучал, тем чернее становилась от его мертвого взгляда.

Рядом с трясущимся малышом слышатся неясные шорохи и завывания. Кто-то со спины положил руку на его плечо. Трус с криком сорвался и рванул во мрак.

– А попался!
– пропел радостно сосед. Звонко смеется дурачина.
– Ой.

Из мрака прилетела в лоб шишка. Малыш со слезами возвращается к костру.

– Ну вот взял все и испортил, - обижается рассказчик.

– Да ладно заканчивай.

– Ну уж нет...

– Не нам и правда интересно чем закончится.

– Однажды он возомнил себя настолько могущественным, - без интереса продолжил рассказчик, - что богов посчитал себе ровней. Призвал он из самой темной пещеры нижнего мира страшного демона, с гору ростом, и назвался его хозяином. Демон посмеялся, щелкнули когти, и маг с дворцом и магическим скрабом провалился в нижний мир, где ждали вечные муки. Только остался этот колодец, да книга куда-то исчезла в нашем мире. Все.

Рассказчик обиженно показал язык и отвернулся от костра. Страх куда-то весь улетучился.

– Ай, за что?
– схватил оплеуху теперь задира.

Снова слышатся тихие шорохи, пошкрябывание.

– Брось второй раз уже не страшно - всхлипывает младший.

– Чур тебя, это не я - испуганно ответил задира.

Шорохи ставятся громче. Теперь кажется, кто-то скребется когтями по стенкам каменной могилы. Дети испуганно переглядываются. Слышится тихий рык, кто-то натужно стонет. Скрежет все громче. Звуки доносятся из колодца. Из черного зева повалил рыжий дым, словно от подземных костров.

Над колодцем появилась покрытая черной шерстью лапа. Страшные когти ухватились за край. Черный силуэт, оплетенный древней паутиной, поднимается над бездонной дырой. Зеленые кошачьи глаза блестят в свете костра, слепо уперлись в ребят. Длинные острые клыки проступают в темной разверзнутой пасти.

– Бежим, - тихонько и жалобно простонал рассказчик. Дети бросились в рассыпную. Только колпак лежит у костра.

Монстр с трудом перевалился через бортик. Лис бессильно опустился на четвереньки. Задыхается от кашля, сопит, чихает. Черные куски грязи сплевываются на землю. Руки неуклюже воюют с паутиной. В свете огня клубами расходятся облака рыжей вековой пыли.

Оборотень наконец продышался и с трудом встал. Старые хилые сосны немым взглядом проводили его в темную чащу. Костер догорал. Слышится только тихий треск тлеющих поленьев и удаляющееся чихание.

Лис идет напролом сквозь темноту и колючие ветки. Носом считает стволы, ногами коряги. Высокая мокрая трава цепко оплетает ноги. По колено вступил в холодный ручей, рыкнул от обиды. Вскинул голову к небу. Лес не так высок - совсем близко звездчатый купол. Глаза, ослепленные костром, привыкли к ночи. Уже ловчее проходит между частыми деревцами и не забирается в густой кустарник.

Роща редеет. Все больше мха, в который мягко проваливаются лапы. Опасно шатаются под ногами невидимые под сплошным ковром валуны. Вниз сорвался камень, раздался всплеск. Прямо перед Оборотнем появилось опрокинутое бездонное небо. Скачут на волнах от булыжника разноцветные звездочки.

Лис аккуратно спустился к горному озерцу. Над черным зеркалом разносится фырканье от студёной воды. Неспешно поплыли по водной глади остатки паутины. Оборотень обмылся и растянулся на сухом мху на берегу. В голове роятся мысли, страхи. Понятно, дорога его лежала на восток, к Властелину Востока. Но как туда добраться?

Странные и далекие образы прошлой жизни поплыли перед глазами. Уже чужие. Казалось всегда был в обличие Лиса. Все глубже проваливается в сон. Последним перед глазами появилась толстая черная книга, мерцающая таинственным изумрудным светом.

Светает. На сосне, что чуть ли не вдвое выше низкого горного леса, свежие зарубки от когтей. На верхушке раскачивается Лис. Оборотень вглядывается в светлеющий горизонт. Над горами показалось багровое солнце. Теперь знает куда держать путь.

Розовый туман поднимается все выше и тает над узкой долиной. Прямо перед ним внизу у длинного озера вместе с первыми лучами просыпается Стольный Град. То тут, то там начинает подниматься черный дымок растапливаемых печей.

По левую руку на скале высится окруженная двойными стенами белая громада Цитадели. Между мощными зубцами укреплений крошечными рыжими звездочками вспыхивает оружие стражи. Тонкими полосками развеваются в утреннем ветре белые стяги.

По правую руку сквозь лесок вьется вниз дорога. Едва доносится стук копыт. Лис спустился вниз.

Старая кляча мерно перебирает тощими ногами по грязной проезженной дороге. В телеге сидит купец после веселой пирушки на постоялом дворе. Возница укутался в потертый дорожный плащ и дремлет. Руки с поводьями мирно лежат на коленях. Кобыла сама хорошо знала дорогу до лавки.

Кляча остановилась и испуганно заржала. Задремавший купец чуть не опрокинулся вперед наземь.

– Тпруу, проклятая, - возница встряхнул головой, весь сон как рукой сняло.

Впереди на дороге стоит и скалится оборотень-лис в рваных лохмотьях. Хвост распушен, обнажены острые клыки. Глаза в хищном прищуре буравят несчастного. Острые пушистые уши прижаты к голове.

Кобыла нервно бьет копытом и оглядывается назад. Торговец смотрит, как чудовище подходит ближе.

Трясущейся рукой вытащил кинжал, которым резал разве булки да жаренное мясо, и выставил вперед. Лис на полусогнутых ногах подкрадывается. Все ближе и ближе. На морде вместо оскала проступило подобие звериной улыбки. Кинжал уперся в черную шерсть. Щелочки кошачьих глаз, не мигая, заглядывают в самую душу купцу.