Чтение онлайн

– Маловероятно, - пожал Эдвард плечами, - Однако если подобное случится, то я не буду особенно долго думать, что делать или ныть по этому поводу. Я просто убью его, как и всякого, кто в этом момент попробует встать на моем пути. Такой ответ вас устраивает?
– он посмотрел на корсара, оторвавшись от инфопланшета.

– Вполне, - кивнул корсар, - примерно на такой ответ я и надеялся. Хотя давайте верить в будущее. В то, что ваш план пройдет гладко и в следующий раз Тристан встретит нас с парадной игрой оркестра, а не ревом пушек.

***

Через двести десять часов, прошедших в реальном времени, экспедиция вернулась в привычное пространство, оказавшись в гуще метеоритного поля, Северед предупреждал об этом заранее, поэтому корабли выходили сразу с поднятыми щитами, и огромные глыбы камня, без всякой поддержки висевшие в воздухе, исчезали в ярких вспышках пламени, разрушаемые разряжаемой в них энергией дефлекторов.

Эдвард смотрел дальше, во тьму, где должна находиться Аверия, но на обзорных мониторах с внешних камер пока передавалась только ничем не освещаемая темнота. Лишь локаторы дальнего действия, установленные на кораблях, сумели засечь береговую линию острова, отмечая ее сейчас в компьютерном моделировании трехмерной карты окружающего пространства.

Капитанский мостик расстилался прямо перед ним, сразу за командным пультом, общей длинной около двухсот пятидесяти метров, вытянувшись вперед. Верхняя часть отсека была закрыта огромными обзорными экранами, куда передавались данные с внешних камер, формировавшие трехмерное изображение окружающего пространства, до которого только дотягивались локаторы дальнего действия. В центре проходил небольшой мостик для капитана и его адъютантов, а по обе стороны, разделенные на несколько секций, находились рабочие места операторов с личными терминалами контроля и управления, отвечающие за определенные системы корабля или его секции.

– Расстояние до острова?
– спросил Де Кастери, стоявший рядом с бароном перед капитанским пультом управления. Как старый солдат, он практически не обращал внимания на дисплеи и бегущие по ним данные, больше внимания уделяя своим подчиненным, от чьих действий и быстрого выполнения команд в первую очередь и зависела жизнь корабля, уверенный так же и в том, что каждый вполне сможет справиться с поставленными ему задачами.

– Триста тысяч, - доложил ближайший оператор в большом шлеме нейроинтерфейса, подключенный напрямую к своему пульту. Обернувшись на голос своего капитана, он добавил, - Перешли на стандартную крейсерскую скорость. Метеоритное поле замедляет движение, ближайшая точка выхода в свободное пространство на примерном расстоянии двухсот километров при сохранении прежней скорости.

– Подготовьтесь к микропрыжку, - приказал капитан крейсера, - точка выхода сто пятьдесят тысяч до острова. Рассчитать координаты и передать остальным кораблям, чтобы повторяли наши действия.

Микропрыжок прошел успешно, и корабли снова вернулись в реальное пространство на расстоянии ста пятидесяти тысяч от береговой линии острова. Ближе уже опасно, такое расстояние придется преодолевать на стандартных двигателях.

– Расчетное время подлета к острову четыре часа, - сообщил оператор, - двигатели работают в пределах нормы, проблем не обнаружено. Активируем локационные сети...

Эдвард усмехнулся. За двести часов корабли преодолели расстояние в несколько парсеков, но для того, чтобы пройти еще сто пятьдесят тысяч километров им потребуется целых четыре часа времени, коротать которое придется на мостике корабля. Удивительные закономерности реального пространства, отличающегося от многомерного примерно так же, как этот крейсер отличается от рыбацкой лодки.

Правда, расчетам барона на то, что следующие четыре часа обернуться глубокой скукой, не суждено было оправдаться, когда уже через двадцать тысяч пройденных километров локаторы неожиданно сообщили, что фиксируют приближение неопознанного объекта. После первых проведенных расчетов удалось обнаружить, что его траектория слишком правильная и ровная, чтобы быть естественной, и вместо того, чтобы приближаться к острову, притягиваемой его силой гравитации, объект удаляется. Такое движение указывало на наличием перед ними еще одного воздушного корабля, идущего наперерез их траектории.

На «Заре надежды» тут же объявили боевую тревогу, активировав основные дефлекторные щиты, пока орудийные расчеты готовились к стрельбе. Перейдя в дрейф, все корабли перестроились в одну прямую линию, готовясь встретить вероятного противника непрерывным огнем. Расстояния в тысячи километров считались вполне нормальными для ведения подобного рода артиллерийских дуэлей, а в случае более близкого контакта каждый крейсер был оборудован захватывающими тросами и абордажными челноками. И все же, несмотря на полную боевую готовность, Эдвард не рассчитывал на бой, одиночный корабль не станет ввязываться в схватку сразу с тремя противниками, особенно, уже обнаруженный, если только им управляет не полный дурак. К тому же, тот капитан действовал открыто, даже не пытаясь как-то скрывать свое присутствие, либо же пытаться маневрированием улучшить свое положение. Больше всего движение неопознанного корабля походило на приветсвие.

– Принимаем некоридорованное сообщение, - через несколько минут ожидания и медленного приближения возможного противника сообщил один из операторов, - Это сигнал вызова видеосвязи, один из общих каналов. Какие будут приказания?

– Откройте канал, - кивнул Эдвард, - если нам суждено отправить на тот свет их капитана, то я хочу хотя бы знать, кого именно. Может, он хотя бы представится...

Спустя несколько секунд на центральном мониторе капитанского пульта контроля отобразилось изображение человека в некогда очень красивом и дорогом костюме, но уже изношенном и потрепанном, давно небритого, с низким лбом, широким подбородком и ярко выраженными скулами. Вероятно, это и был капитан приближавшегося к ним корабля, поскольку сидел вразвалку на капитанском кресле, держа в одной руке уже открытую бутылку с каким-то пойлом. Увидев, что его собеседник стоит и ожидает хоть какой-то реакции, усмехнулся, обнажив щербатые зубы, самым бесхитростным образом нарушая все возможные правила этикета. С другой стороны, не стоило и ожидать, что в такой глуши хоть кто-то будет озадачиваться подобными вопросами.

– Ну, здрасьте... И чего это такие видные лорды забыли в нашей глуши?
– он приподнял вверх одну руку, вероятно, в знак приветствия, - Я вижу, у вас серьезные корабли, красивые и новые... будет жалко их дырявить, поэтому разворачивайтесь быстрее, здесь наша территория.

Опешевший от такой наглости Эдвард первые несколько секунд не зналдаже, с чего начинать. То ли просто рассмеяться в лицо этому пьянчуге со слишком завышенным самомнением, то ли сразу начинать с угроз, поскольку нормальный диалог с ним он не хотел, да и вряд ли бы смог вести. Еще больше удивился тому, что даже слова сказать не успел, когда вмешался Северед, сделавший пару шагов в сторону и показавшийся в зоне камеры, соответственно, увиденный и этим человеком.

– Когда это ты начал заниматься колонизациями, Стетфорд?
– с неприкрытым сарказмом спросил корсар, поглядывая на своего собеседника со смесью раздражения и усмешки, - Для тебя это слишком сложная работа, надо признать. Куда сложнее, чем тот разбой, каким занимался прежде...

Появление Севереда в зоне действия объектива почему-то произвело разительное изменение в поведении этого человека, названного Стетфордом. Чуть не подавившись тем, что было в бутылке, и едва удержав ее в руках, он побледнел так, что стало видно каждую точку на его лице, и сел прямо, как на допросе.

– Северед? Твою ж мать! Ты тут что делаешь... Ты же умер... Ты же умер! О Небо! Ты живой! Ну какого демона именно здесь?! Мать твою!
– словесный поток, видимо вырывавшийся совершенно самостоятельно изо рта этого человека, слишком разнервничавшегося, чтобы его контролировать, мог бы продолжаться и дольше, если бы на дисплее не отобразился другой человек, стоявший до этого так же вне зоны видимости камеры. Второй человек оказался с тонкими чертами лица, выглядевшими так, словно их специально затачивали, едва прикрытыми тонкой бородкой, и такими же узкими и хитрыми глазами, еще больше сузившимися, когда он всматривался в изображение на своем экране.