Чтение онлайн

От человека требуется ни много ни мало… Взглянуть в глаза правде, превозмочь боль и проявить особенную силу: дать слабину в тот момент, когда неравнодушный предлагает поддержку и заботу. Признать тот факт, что порой для победы необходимы командные усилия, а не горделивая поза, кричащая о некому не нужной самодостаточности.

Такао Санада согласился с Говардом и направил свои надежды к Детям Санриз – любящей семье и верной команде. Что до бедняжки Анны-Мари Лоран… Ей предстояло пережить настоящий кошмар и справиться со жгучим желанием испепелить Женевьеву Талос.

***

Закончив со всеми делами, миссис Свонсон направилась проследить за ходом эксперимента над Леди Пламя. Помимо жены комиссара в зале наблюдения собралась ещё дюжина учёных и два вооруженных отряда пешек. Полагаю, это идеальный момент для того чтобы рассказать, что же такое Дорожка Бозона.

Скажу сразу, Бозон Хикса не имеет к изобретению Светоносных никакого отношения. Просто фамилия ныне покойного учёного Гастина Мэдисона Бозона созвучна с названием квазичастицы. Дорожка представляет собой устройство, состоящее из четырех модулей: комнаты управления, двух энергоблоков и антигравитационного молекулярного блокиратора поляризации – «дорожки». Именно благодаря ему изобретение Гастина обзавелось своим забавным названием. Гордость учёного со стороны напоминала беговую дорожку длиной около десяти метров. Она постоянно двигалась под ногами испытуемого, но в отличие от известного спортивного тренажёра не сгоняла ему лишний вес. Основной целью четвёртого модуля было закрепить отмеченного в воздухе с помощью антигравитационного поля и пропустить через него волны энергии, провоцирующие метку суперспособностей впитать заряд и подготовиться к мимикрии.

Стоит ли объяснять, что такую пытку выдерживал не каждый? Генетический код человека подвергался беспощадной атаке. Его насильно заряжали чужеродной энергией, и весь накопленный заряд пускали на создание мимика. Некоторые заключённые после эксперимента возвращались в камеру при смерти, а те, кому везло меньше, умирали в первые минуты его проведения.

Неудачи заставили учёных пересмотреть протоколы. Они начали проводить короткие «забеги» не более трёх минут. Таким нехитрым методом организм испытуемого постепенно адаптировался к условиям адской машины и охотнее вырабатывал мимик. Это ждало Анну-Мари Лоран. Облепленную датчиками девушку завели внутрь камеры и поставили на Дорожку, ещё не начавшую движение. Холодный пол пробирал тело бедняжки морозом, точно Оззвальд Колд, а прикосновения ассистентов в защитных костюмах навеивали воспоминания о кресле по кличке Брут. И дабы отвлечься от пагубных мыслей, Леди Пламя сосредоточилась на Женевьеве Свонсон – её улыбке по ту сторону испытательного бокса.

«Им придётся снять с меня подавитель, чтобы провести эксперимент. Как только ошейник слезет с шеи, я поджарю этих подонков. Сожгу Отдел дотла! Буду смеяться во всю глотку! Только тогда Говард поймёт, что я права! Мы должны уничтожить "Новый Свет"! Это путь Детей Санриз! Только я это вижу, потому что мой разум не замутнён! Поэтому я и должна была быть одна! Никаких помех, лишь мысли о том, как лицо Талос слезет с черепа!»

– Не вздумайте снимать подавитель, – проговорила Женевьева. – С Аннушкой шутки плохи. Просто дадим ошейнику отключиться во время фазового сдвига и всё. Так будет проще.

«ЧТО? Она это сейчас серьёзно?!»

Глаза Лоран округлились от ужаса, а в груди возникла дикая боль-разочарование.

«Невероятно… Она хочет, чтобы эта хрень поджарилась вместе со мной?! Нет… Нет, нет, нет… НЕТ! Всё не так, как я задумывала! Талос должна была снять с меня этот чёртов ошейник! Я должна была сжечь всё дотла! ДОТЛА! ДОТЛА!»

– ДОТЛА! ДОТЛА! ДОТЛА! – Анна-Мари закричала, её сумасшедшие вопли пробились наружу. – Мерзкая тварь! Я сожгу всех, кого ты любишь! Я оставлю тебя одну! Сделаю такой же, как и я! А потом, когда ты сама попросишь о смерти, я исполню твою просьбу! Ты слышишь?!

– Слышу очень хорошо, моя любимая девочка. Прости, но у меня чёткие инструкции. Я не могу рисковать безопасностью Дорожки и персонала. Ты достаточно побаловалась…

– Пока ты жива, недостаточно!

В попытке вырваться из хватки учёных, Анна-Мари ударила одного из них локтем. Она хотела убежать, но поверхность изобретения Гастина не дала ей сдвинуться с места. Гравитационный зажим был активирован.

– Бежать некуда, солнышко. Если бы ты знала, какова наша цель, сама попросила бы провести эксперимент. У тебя особая роль, Аннушка! Не стоит пренебрегать положением!

– Абсолютно согласен, – проговорил Альварес, встав рядом с Талос. – Это великая роль – быть отобранной для проекта «Файв». Гордись, Лоран!

– Ты всё-таки пришёл?

Удовлетворённая ухмылка возникла на лице Женевьевы.

– Я не мог упустить миг триумфа. Иногда учёный должен переступить через свой страх и увидеть всё собственными глазами. Мне не нравится ваша идея, однако потенциал Анны-Мари я отрицать не могу.

Улыбнувшись друг драгу, Даниэль и Женевьева отдали команду начинать:

– Приступить к эксперименту!

Смотровая погрузилась в молчание. Покинув камеру испытаний, ассистенты дали отмашку запускать процесс, а сами отправились на перерыв. Видя их безразличие, Лоран продолжала источать пары гнева, но её пылкая речь продлилась недолго. Дорожка подняла француженку над землёй, крепко обхватила её конечности невидимыми руками (гравитационная аномалия вызвала параличи) и пришла в движение.

Ритмичные шумы, похожие на интенсивную работу гидравлического пресса, в одну секунду покорили образовавшуюся тишину, а следом за ними прогремел самый мерзкий звук из всех существующих: гремучая смесь из протяжного гула парохода, старого клаксона, первых аккордов сигнализации и неумелой игры трубача, впервые взявшего инструмент в руки. И если учёный персонал защитился наушниками, то пламенная дочь Потустороннего Квартала ощутила всю мощь «слухового ада». Непроизвольно закатив глаза, она чуть не потеряла сознание, но дорожка не позволила ей сбежать. Энергоблоки выбросили поток энергии, распространившийся по площади герметичной камеры, точно северное сияние. Озарив Анну-Мари лучами своего великолепия, оно проникло ей под кожу и подарило девушке новый дивный мир… мир страданий.

Когда крик вырвался изо рта испытуемой, Талос обратилась к Даниэлю:

– Хорошо идёт, да?

– Меня спрашиваете? Я специалист в другой области.

– И всё-таки… Опять сомневаешься? Хочешь состроить кислую мину?

– Вы были правы, – обречённо выдохнул он. – Всё идёт хорошо. Мне нечего добавить, док.

– Замечательно! А то от тебя вечно похвалы не дождёшься! Умеешь, когда хочешь.

Пока Талос добивалась от коллеги извинений, Анна-Мари познавала боль, как верного друга, открывшегося для неё с новой стороны. Ни капли зла. Разве что навязчивое добро, пропитанное самообманом и постыдными желаниями. Леди Пламя ощущала это каждым миллиметром тела. Словно чуждая прослойка возникает между кожей и мышцами, отделяя их друг от друга, разрывая в клочки и возвращая всё в первоначальное состояние. Эти изменения были не видны, но учёные знали о них. Выжившие описывали воздействие Дорожки, как работу портнихи за швейной машинкой. Тебя пускают на лоскуты, перемешивают обрывки между собой, а затем сшивают обратно. Внешне ты остаёшься прежним, но внутри безвозвратно теряешь частичку себя самого. Важнейшую свою часть.

Теперь Анна-Мари забыла, как кричать. Разум девушки сфокусировался на цели: отключиться от реальности, уйдя в сон. Там северное сияние не имело власти и не могло причинить боль. Лоран бежала от него снова и снова, но оно догоняло. Дорожка не давала отмеченным терять сознание. Когда счётчик времени перевалил за две минуты тридцать секунд, началось самое страшное. Изобретение Бозона создало фазовый сдвиг и отключило ошейник-подавитель. Теперь жар сверхъестественного огня ничего не сдерживало, однако вопреки ожиданиям Анны-Мари тот не появился.

Пусть Фатум и просила:

«Чего ты ждёшь?! Эта машина способна тебя сломить? Огонь умоляет высвободить его! Не будет момента лучше: Талос и Альварес здесь! Сожги их! Спали это гнусное подземелье дотла и прими мой дар! Гнев – это необходимое топливо! Зависть, Алчность, Чревоугодие, Похоть, Гордыня и Лень становятся сильнее, когда их подпитывают Гневом. Покажи мне свою исинную силу, девочка! Стань со мной одним целым!

– Я не могу, – молвила Лоран. – Боль слишком сильна. Не проси меня сейчас…