Чтение онлайн

2 – Требование о необходимости посмотреть учредительные документы аудитора во избежание нарушений ст. 20 настоящего закона также необоснованно, т.к. аудиторская фирма – ТОО «Налог консалтинг» имеет договорные отношения (договор № 001 на проведения аудита от 10 мая 2006 года) с ТОО «Шельфконнект» как с участником ТОО «МЭО-Гурьев», на что имеется законное основание. Соответственно, только ТОО «Шельфконнект» вправе что-то требовать с аудиторской организации, но никак не ТОО «МЭО-Гурьев», не говоря уже о холдинге «МЭО» (г.Москва).

3 – Договор № 001 на проведение аудита от 10 мая 2006г., заключенный между ТОО «Шельфконнект» и ТОО «Налог консалтинг», действительно не предусматривает размер оплаты. Однако, ссылка холдинга «МЭО» (Москва) на п. 1 ст. 393 ГК РК необоснованна, так как ч.2 ст.17 Закона РК об аудиторской деятельности не предусматривает существенные условия договора на проведения аудита и не является императивной, о чем так же свидетельствует ч. 3 данной статьи, предусматривающая, что договор на проведение обязательного аудита и сопутствующих услуг аудируемого субъекта должен соответствовать требованиям, установленным законодательством Республики Казахстан, в нашем случае речь идет об инициативном аудите. Также соответствующие положения ГК РК об оказании услуг и выполнении подряда не оговаривают цену договора в качестве существенного условия.

В любом случае, как упоминалось ранее, и это главное, договорные отношения между ТОО «Шельфконнект» и ТОО «Налог консалтинг» ни ТОО «МЭО-Гурьев», ни холдинг «МЭО» (г.Москва) никоим образом не касаются.

Учитывая вышеизложенное, если ТОО «МЭО-Гурьев» и холдинг «МЭО» (г.Москва), что-то и вправе требовать, то, в соответствии с решением общего собрания участников ТОО «МЭО-Гурьев» от 24 апреля 2006г., только подтверждение от ТОО «Шельфконнект», что ТОО «Налог консалтинг» является уполномоченной им аудиторской организацией, не более того. Такое письмо ТОО «МЭО-Гурьев» и холдинг «МЭО» (г.Москва) получили.

На основании вышеизложенного, все препятствия к проведению аудита в компании ТОО «МЭО-Гурьев» как с Вашей стороны, так и со стороны холдинга «МЭО» (г.Москва) заставляют одного из участников Товарищества еще более усомниться в правильности и достоверности ведения бухгалтерского и финансового учетов в компании, где Вы являетесь Генеральным директором.

Владимир Данилович, прошу Вас осознать всю степень Вашей личной ответственности в сложившейся ситуации и не препятствовать правомерным действиям аудитора. Также прошу Вас изменить Вашу одностороннюю позицию в отношении участников и в дальнейшем не ссылаться на указания только одного из них. Ваши действия только тогда легитимны, когда они опираются на совместное решение участников. Такое решение существует и прошу Вас его исполнить.

Генеральный директор

ТОО «Шельфконнект» Ж. Ахатова

– К сожалению я не располагаю полной информацией о вашей внутрихолдинговой кухне, поэтому не могу вам пока ничего порекомендовать, – дипломатично отреагировал Тоболин после прочтения документа. – Что же вы предприняли?

– Отправил это письмо во все ваши московские адреса и жду, – с раздражением заявил Толчинский.

– Это правильно, – не нашел правильного решения Тоболин, и чтобы предотвратить стенания Владимира Даниловича, добавил, – Прилечу в Москву, переговорю по этому поводу с Пановым, потороплю его, чтобы скорректировал вашу правовую защиту.

– Подведете вы меня «под монастырь», – услышал Тоболин, закрывая дверь кабинета директора «МЭО-Гурьев».

Выйдя от Толчинского, советник по мобильному набрал номер «Хана» и договорился о встрече.

Ресторан «Андреевский» в послеобеденное время был почти пуст. Тоболин выбрал плохо просматривающийся от стойки бара столик и сел лицом к выходу.

«Хан» пришел минут через сорок, когда советник уже заканчивал трапезу. Занял соседний столик, сев спиной к Тоболину. Пока не вернулся официант, ушедший за заказом «Хана», советник вложил в меню конверт, где лежало письмо Ахатовой, очередные вопросы, которые необходимо было решить и деньги на оперативные расходы. Через пару минут «Хан» вернул ему меню с таким же простым белым конвертом внутри, в котором находилась дискета с добытой помощником информацией.

Советник допил кофе, рассчитался и неспешно вышел из ресторана.

До отлета в Москву время еще было и Олег, вернувшись в офис, достал конверт от «Хана», распечатал информацию с дискеты и углубился в чтение. Больше всего его заинтересовала информация о последствиях нападения неизвестных на Толчинского и Киняева.

«Получено от источника, требующего дополнительной проверки»

Нападение на руководителей подразделений «МЭО-Гурьев» было осуществлено по заданию бывшего лидера некогда самой могущественной преступной группировки в Атырау, некоего «Рымбы». Поводом послужило якобы нежелание местных руководителей «МЭО» выделить одноразовую материальную помощь «банкиру» данной ОПГ. По утверждению источника, «Рымба» не собирался доставлять неприятности руководителям «МЭО-Гурьев», но его об этом так настойчиво попросили, что он не смог отказать.

Данные «просителей» установить не удалось.

Дополнительно сообщаю, что «Рымба» являлся основным организатором нелегальной поставки черной икры в Москву. Пользовался авторитетом среди преступного сообщества на территории СНГ. Имел устойчивые связи с российскими ОПГ, в первую очередь с чеченскими и дагестанскими группировками. Периодически оказывал услуги отдельным представителям атырауских элитных кланов.

Несколько лет назад «Рымба» неожиданно перебрался в Москву и в Атырау приезжал только на время путины. Открыл офис в одном из представительств Казахстана в России, приобрел коттедж на Рублевке и обзавелся личной охраной.

Однако, в результате возникших разногласий с российскими преступными кланами, «Рымба» был застрелен в своем офисе. На его похороны в Москву вылетал один из видных представителей казахской политической элиты, что спровоцировало скандал в казахстанской прессе.

На основании полученной информации, можно предположить, что акция по устрашению руководителей «МЭО» была спланированной и прекращена в дальнейшем в связи с достижением какого-то, необходимого заказчику, результата».

26 мая 2006 года (пятница) – 09.30 Москва

Тоболин недолго безмятежно отдыхал в еще весенней, но плавно катящейся к лету Москве. Заменивший его в Атырау Панов постоянно звонил и давал указания охарактеризовать того или иного персонажа тотальной проверки, разворачивающейся вокруг «МЭО-Гурьев». Советник в свою очередь теребил Рязанцева в Астане, ждал ответа и информировал о результатах Панова.

Кроме того, Тоболин хотел быть в курсе казахстанских реалий и по его просьбе Рязанцев ежедневно присылал большой объем информации по жузам и правящим кланам, иностранным инвесторам и олигархам, владеющим нефтяными месторождениями в Атырауской области, а также характеризовал государственных чиновников, имеющих отношение к нефтяному бизнесу. Всю эту информацию советник разбирал и систематизировал.

Ранним утром позвонил из Атырау «Хан», и как всегда сухо, порекомендовал заглянуть в почтовый ящик. Тоболин сел за ноутбук, открыл необходимый ресурс и увидел коротенькое сообщение.

«Материалы в отношении руководства «МЭО-Гурьев» официально зарегистрированы в Книге учета заявлений финпола КУЗ № 400. По этим же материалам КНБ отказало в заведении уголовного дела».

«Все правильно, по сценарию, как в школе учили, – констатировал советник. – Только финпол немного торопится, что выдает явную заинтересованность его руководителей. Или на них так жестко «надавили»? Не прошло и двадцати суток как финпол получил письмо Ахановой. И хотя на принятие решения отводится тридцать дней, «финики» не удержались и официально зарегистрировали материалы, а значит будут «копать» дальше. Дело принимает очень серьезный оборот. Если, не имея на то веских оснований такой независимый и могущественный госорган, как финансовая полиция все-таки берется за дальнейшую проверку, значит предположение о том, что «заказ» по атыраускому филиалу «МЭО», решение достаточно высоких инстанций, подтверждается. В то же время в проверке не участвует комитет нацбезопасности, «Аншеф» не подвел».