Хроники российской Саньясы. Том 2
Шрифт:
Мне бы хотелось еще раз предостеречь всех от огульных оценок других людей, особенно «практиков». Ни в коем случае нельзя судить о людях на основании сплетен или чужих рассказов. Всегда есть такие аспекты происходящего, которые не учитываются в сплетнях, а восприятие любого человека заведомо субъективно. Мы не найдем сейчас вокруг нас идеальных безгрешных Учителей. И вместо того, чтобы, сидя у себя на кухне, осуждать других, гораздо лучше найти себе компанию по интересам, даже если люди в этой компании не идеальны.
Все равно мы сейчас в нашем разговоре уходим несколько в сторону, потому что сутью проблемы является не оценка кого-то из героев книги, а поиски механизмов, позволяющих выйти за пределы своей личностной структуры. Эти механизмы, к счастью, существуют и они не настолько сложны и экзотичны, чтобы не было шансов их найти и ими воспользоваться. Сутью этих методов всегда является выход за ограничения восприятия, обусловленного органами чувств. Если тебе удается хоть на секунду прервать внешний информационный поток и при этом оставаться в осознавании, то это и является самым существенным звеном в Практике. Такое самоосознавание и будет выходом за пределы сформированной у нас личностной структуры.
В: Что дает этот выход и зачем он нужен?
А: Если хотя бы на секунду происходит такой выход, я подчеркиваю, — когда сознание не прерывается и память остается, то затем мы переживаем, как запускаются наши сенсорные каналы, как через них начинает приходить информация и каким образом формируется то, что называется картиной мира.
В: То есть, осознается механизм восприятия…
А: Да. Это подобно тому, как если я осознаю свою одежду, то это дает мне возможность раздеться. То есть, если я осознал эти механизмы, я могу выходить за пределы стереотипов своего восприятия еще и еще раз. А это дает возможность переживать мир как целое. При этом исчезает граница между внутренним и внешним миром: внешний мир становится частью внутреннего, внутренний — частью внешнего, и все это переживается как Единое. Такой опыт, развиваясь, как раз и приводит к мудрости, к святости, к адекватности понимания происходящего. Человек начинает вести себя принципиально по-другому. Его поступки являются следствиями не каких-то комплексов или навязанных социумом желаний. Они отныне основываются на осознании происходящих в мире процессов. Именно такой результат и важен. Именно его мы и можем условно назвать Просветлением. Это и более глубокое понимание устройства мира, и гораздо более непосредственный контакт с миром, и принципиально большая возможность оказать то или иное воздействие на мир…
В: Зачем человеку, вышедшему за пределы своей личности, оказывать влияние на мир?
А: Дело в том, что мир сильно не гармоничен, а такой человек, как правило, стремится своей жизнью уравновесить эту дисгармонию, сделать мир вокруг себя более цельным. С другой стороны, мы можем говорить о том, что все человечество обладает неким коллективным сознанием, в котором существуют те желания и цели, которые в настоящий момент актуальны. Следование этим целям всегда крайне важно. Благодаря людям, вышедшим за пределы своей личности, эти цели могут быть осознаны и реализованы. Такие люди особенно важны в критические моменты истории, когда запускаются какие-то новые процессы или заканчиваются старые… Поступки, ими совершаемые, проистекают не из эгоизма, а в результате понимания того, что необходимо для общечеловеческого сознания.
В: Когда ты давал мне отзыв на первый том «Хроников», ты сказал, что в книге есть абзац, который стоит всего остального содержания, и это — предпоследний абзац книги [25] . Как ты можешь это прокомментировать?
А: В этом абзаце действительно очень похоже описан момент чистого осознавания, когда это осознавание не обусловлено теми или иными личностными структурами, желаниями, особенностями восприятия. Для человека, который переживает подобное состояние, оно всегда шокирующее. Человек чувствует себя голым, причем голым в абсолютном смысле этого слова.
25
Привожу этот абзац («Хроники Российской Саньясы», т 1. Глава «Путь Разгильдяя»):
«…там, в самой сути, в самом «центре я» — просто ничего нет… Абсолютно НИЧЕГО! Никакого такого особенного «Я»! Нуль без палочки… Этот нуль не обладает никакими качествами. Его просто нет, хотя каким-то непостижимым образом это то, чего нет, воспринимает все. Когда ты там, то это не смерть, в смысле полного уничтожения восприятия, но и не жизнь в привычном смысле. Проще ничего не бывает.
Пятнадцать лет поисков, чтобы прийти к тому, что проще всего в этом мире! Духовная Практика обернулась самым ловким и прекрасным надувательством, какое только может быть.
В поисках «сокровенного тайного Знания», приближаясь шаг за шагом к внутренней тишине и свету, я ждал, что вот-вот произойдет нечто ТАКОЕ!.. И вот, в сути всего оказался этот великолепный, вернее, просто никакой «нуль». Оказалось, что нет ничего, абсолютно ничего проще этого «тайного эзотерического Знания». Все безумно просто! Дальше, глубже этого «нуля» «копать» уже некуда, а главное, некому и незачем.
…Когда ты там — ты вне всего этого, вне «игры», вне всей жизненной суеты и забот, в том числе, забот о смерти и бессмертии…
В: Да, там не за что зацепиться. Ум ищет — за что бы зацепиться, а зацепиться-то и не за что. Если честно, — это страшно, хотя в то же время очевидно, что это-то и есть Реальность…
А: Да, это действительно страшно и, действительно, главное-то в том, что ты в этот момент понимаешь, что это переживание — правда, что все остальное шелуха. Такие переживания порождают сильные эмоциональные реакции. Эмоции могут быть разными, — человек может заплакать, засмеяться, затанцевать… Эти сильные эмоциональные реакции называются ньямсами. Также ньямсом может быть сильное переживание или яркого видения, или сильных энергетических встрясок, — там тоже есть свои признаки, по которым можно сделать вывод, что это действительно ньямс, но в данном случае ньямс был эмоциональный. И описание того, что происходило, и реакция — они хорошо описаны и очень похожи на то самое. Такое состояние является крайне важным. Его можно считать начальной точкой Пути. Когда человек осознает у себя отсутствие каких-либо атрибутов и одежд, он начинает понимать, что именно к этому нужно идти. Тогда все действия и поступки становятся оцеленными и начинают приближать человека к воспроизведению этого результата.
К сожалению, то, что часто превозносится как некие духовные переживания, чаще всего относится к коллекционированию различных более или менее измененных состояний сознания, которые наращивают все новые и новые картинки в описании мира. А реального выхода за пределы всех картинок и описаний не происходит. Можно бесконечно накапливать опыт различных ярких медитаций и состояний, но никакой трансформации личности при этом происходить не будет. Точно так же, как и при прочитывании все новых и новых книг…
В: По поводу техники деконцентрации…
А: При использовании этой техники достигается состояние, практически идентичное состоянию созерцания. А состояние созерцания является сутью, ключом и главным элементом любой буддийской практики. Занимаясь созерцанием, мы не концентрируемся на чем-то одном, не фокусируем свое внимание на описании того или иного элемента нашего восприятия, а, распределяя внимание на все сразу, попадаем в то состояние сознания, которое было у нас в детстве. А в детстве мы все открыты и обладаем способностью прямого контакта с миром. Техника созерцания является ключом к этому. Ключом, который, к сожалению, проходит мимо внимания многих практикующих. В этой технике нет ничего необычного, экзотического, никаких особенных переживаний, богов, искривлений пространства, магии, а есть просто переживание контакта с миром. А это и есть суть практики. Не надо ничего придумывать и искажать, нужно просто осознавать себя частью целого и самим целым…
Люди, которые достаточно долго и регулярно практикуют созерцание, со временем приобретают возможность осознавать то, что происходит на расстоянии многих километров от них, а также осознавать причинно-следственные ряды. То есть в какой-то степени приоткрывается прошлое и будущее. Это может быть одним из критериев достижения определенного этапа в практике. Всякие измененные состояния сознания, пусть самые удивительные, которые происходят по ходу дела, важны для человека только в том смысле, что являются частью его личного опыта, но никакого другого значения не имеют.
В: Как продвигаются твои идеи и эксперименты с Игрой в Арканы Таро [26] ?
А: Я все лучше понимаю, как играть в эту Игру. Поскольку Игра прямо проецируется на жизненные события игроков, агитировать кого-то играть в нее и подбирать группу мне кажется преждевременным. Последствия для игроков могут быть очень неожиданными.
В: Но у тебя есть уверенность, что все-таки Игра состоится?
А: Да, механизм Игры придется описать. Как я говорил, он становится все более и более понятен. Когда все окончательно созреет, я опишу этот механизм и, может быть, кто-нибудь сыграет…
26
См. об этом в 1 томе (глава «Александр Воронов»)
В: А ты сам не хочешь собрать группу по мере того, как все будет окончательно ясно?
А: Наверное, придется… Я сам все больше втягиваюсь в Игру…
В: Один или есть какая-то команда?
А: Есть друзья, с которыми я хожу в Арканы, но это не то же самое. Пока что я не знаю, зачем я это делаю… Скорее всего, через некоторое время будет понятно…
В: Что будет происходить с игроками?
А: Вероятно, при грамотной практике, по мере совершенствования Игры и игроков, им удастся, работая в коллективном сновидении, формировать проходящие через них жизненные потоки, как бы путешествовать по Отражениям, — нечто похожее на то, что описано у Роджера Желязны в «Хрониках Амбера»…