Чтение онлайн

Дэниелу на мгновение показалось, что Баронесса собралась встать и тем самым закончить собрание. После продолжительного молчания, пока Председатель то и дело подергивал плечами и разминал свою калечную ногу, Зигениа странно улыбался, а Вронежский хмуро оглядывал всех присутствующих, из-под маски раздался глухой голос с жесткими нотками:

— Обсудим ситуацию на фронте.

Не успел Дэниел начать, как его перебил Председатель и заговорил, словно решил прочитать очередную проповедь о доблести воинов, силе веры и храбрых сердцах. Вронежский набрал в грудь воздуха и медленно выдохнул, даже не считая нужным слушать бредовые мысли. Спустя пару минут Зигениа зевнул, даже не пытаясь скрыть это. Лишь фигура Баронессы была недвижима и казалась сосредоточенной. Когда Председатель закончил свою пламенную речь, совиная маска качнулась.

— Я услышала твою позицию, дорогой мой Шелия, но предполагаю, что мой главнокомандующий лучше разбирается в этом вопросе.

Вронежский приподнял брови, услышав настоящее имя Председателя, лицо которого покрылось пятнами. Мелисса Вронежская неоднократно рассказывала сыну о хромоногом личном слуге старого графа Вронежского Шелии. У Шелии была заветная мечта стать служителем церкви, но нужда заставила пойти в услужение иного рода и содержать на графское жалованье своих малолетних сестёр и овдовевшую мать. Отчего-то Председатель стыдился своего прошлого и никогда не называл своё имя. Даже молодому графу ни разу не обмолвился, что служил его деду, напротив, вёл себя крайне вызывающе с ним, то и дело пытался поддеть и зацепить.

— Тогда считаю, что моё присутствие более не обязательно на данном собрании, — чопорно ответил Председатель, потянулся за палкой и встал, собираясь уйти. Баронесса не стала ему препятствовать.

После его ухода Зигениа замешкался, копаясь в карманах. Наконец, он извлёк сложенный вчетверо лист и протянул его Баронессе.

— Согласно последнему закону я подготовил прошение, хотя уже одобрил его у Председателя, но… Вы здесь, то… согласуете тоже?

Баронесса развернула лист, посмотрела на него и пожала плечами:

— Не имею понятия, кто это, но не возражаю. Действуй. Что-то ещё?

— Нет, спасибо… Могу быть свободен? — улыбаясь от уха до уха лаборант медленно попятился к двери.

— Да, иди. И… Зигениа, касаемо детей… — напомнила Баронесса.

— Сделаем в кратчайшие сроки, — поклонился в пояс лаборант и толкнул задом двери, поспешно удаляясь.

Дэниел проводил его взглядом и недовольно поморщился, когда заметил, что двери остались открытыми.

— На самом деле положение на фронте меня заботит сейчас менее всего, — заговорила Баронесса. — После всего того, что наворотили эти двое, необходимо спасать ситуацию. Касаемо девиц, проживающих у тебя…

— Я не собираюсь их выдворять на улицу из-за идиотских законов о браке, — быстро ответил граф Вронежский. — Тем более, одна из них помолвлена с моим начальником группы, вторая — вдова с ребёнком, а третья, — Дэниел сглотнул, — помолвлена, но её жених остался в Империи и не успел приехать следом за ней.

— Ты собираешься каждому объяснять это? — глухой голос Баронессы звучал устало. — Тебе необходимо жениться. Насколько мне известно, у тебя в Империи осталась невеста. Я могу помочь организовать её приезд.

— Мне не кажется династический брак хорошей затеей в нынешней ситуации. Более того, ни я, ни моя невеста не желаем этого союза. Я не женюсь.

— Граф Вронежский, это приказ! Вам необходимо жениться в самое ближайшее время.

— А с каких пор графы подчиняются баронессам? — выделив последнее слово, уточнил Дэниел и поднялся. — Я сам решу, когда и на ком мне жениться. Всего доброго.

Вежливо поклонившись, граф Вронежский в два шага оказался за пределами тесной гостиной и скрылся в мраке за лестницей. Выскочив через заднюю дверь дома под полуденное солнце, Дэниел запустил пальцы в волосы и выдохнул сквозь стиснутые зубы. Дело дрянь. Мало ему было тётушки с её фанатичной идеей женить его на своей племяннице, так даже в свободной республике «спасительница» перекрывает ему кислород.

— Аглая, это безумие! — прошипела Нонна, когда собрание на кухне закончилось, все его участники исчезли в зарослях на внутреннем дворе, а блондинка заперла дверь на ключ и спрятала его в переднике. — То, что ты затеяла, да ещё и обсуждать, когда Дэниел может вернуться в любой момент, это…

— Либо перестань подслушивать, либо просто не мешай мне! — злым шёпотом ответила Аглая, вырывая руку.

— Должен быть иной путь!

— Нет у нас иного пути, Нонна, это всё слишком далеко зашло! — повысила голос Аглая, поднимаясь по лестнице.

— Неужели ты думаешь, что исчезновение «спасительницы» останется незамеченным? Кто угодно может быть под маской Баронессы, исчезновение обычной женщины никто не заметит, но она сама… — Нонна не отставала и громким шёпотом продолжала пытаться воззвать к разуму подруги.

— Вот именно! — Аглая остановилась так резко, что Нонна едва не врезалась в неё. Они оказались лицом к лицу. — Кто угодно может быть под маской Баронессы! Точка! Но та, что сейчас под этой маской — не спасительница, а самая настоящая вредительница! — блондинка в бессильной ярости ударила кулаком по перилам, развернулась и продолжила подниматься.

— Ты считаешь, что смогла бы лучше? — тихо спросила Нонна, оставшись стоять на лестнице.

— Да, смогла бы! — не оборачиваясь ответила Аглая и через несколько секунд захлопнула за собой дверь.

Нонна покачала головой и спустилась на первый этаж. Она не знала, как остановить затею Аглаи. Рассказать Вронежскому? Девушка со вздохом опустилась на диван и прижала подушку к животу, глядя в потолок. Тот и так сам не свой после исчезновения Нессы. И дело даже не в том, что ему наговорила Аглая. Странно, что он ей вообще поверил. Нонна вздохнула, устраиваясь поудобнее.

Её разбудил звук вставляемого ключа в замок. Девушка сонно заморгала, села и протёрла глаза.

— Я тебя разбудил? — уточнил пришедший Дэниел.

— А? Нет, нет, я не планировала спать, просто… что-то устала в последнее время. Как прошло собрание?

— Отвратительно, — скривил губы Вронежский и начал подниматься по лестнице, на ходу расстёгивая свой офицерский мундир в цветах флага Соснопеня.

— Дэниел…

— М-м? — тут же отозвался тот с лестницы.

— Ты собираешься спасать Нессу?

Вронежский остановился.

— Откровенно говоря, — осторожно начал он, — я не уверен, что мне есть, кого спасать…

— Дэниел! — возмущённо воскликнула Нонна. — Как ты можешь так думать? Неужели ты действительно думаешь, что Несса… могла умереть? — последние два слова она выговорила с трудом из-за внезапного кома в горле.

Граф резко развернулся, слетел с лестницы и в три шага оказался возле неё. Он подцепил пальцем зелёный янтарный камушек на тонкой цепочке — такой же, как носила Несса, — и вытащил его, демонстрируя девушке.