Хроники Соснопеня. Аномалия
Шрифт:
Резко стало тихо. Девушка села.
В закуток вбежал измазанный в пыли и крови Зиги, держа в руках кусок арматуры. С безумными глазами и трясущимися руками он подлетел к стеллажу и начал что-то судорожно искать там, а затем схватил со стола скальпель и прижался спиной к стеклянным клеткам.
Наконец Дэниел её увидел. Там, прямо за спиной слизняка Зигениа, в прозрачной клетке стояла она. Он лишь на секунду позволил себе встретиться с её расширенными в ужасе глазами, а после впился взглядом в лаборанта. Тот держал в одной руке нечто, напоминающее скальпель, а в другой — обломок неизвестной металлической конструкции, край которой был испещрeн зазубринами. И весь этот арсенал Зигениа собирался использовать против него, а Дэниел был безоружен. Как так вышло — он не знал, был слишком занят поисками Нессы в этой проклятой лаборатории.
Вдруг Зигениа, не принимая боевую стойку, взмахнул обломком, и Вронежский едва успел уклониться и шагнуть назад.
— Не трогай его! — вскрикнула Несса, в бессилии ударив ладонями по стеклянной мембране.
К кому конкретно она обращалась — было не ясно, но графу некогда было раздумывать над этим. Он пытался уследить одновременно за угрожающим рассечь его напополам обломком и за переливающимся в свете голубоватых ламп скальпелем.
Спустя несколько минут такой странной игры в догонялки Вронежский почувствовал, что выдыхается. Ему постоянно приходилось уворачиваться, отскакивать и пятиться назад.
— Зиги!!! Послушай меня!!!
Дэниелу очень не нравился кровожадный блеск в глазах Зигениа, а особенно — его мерзкая ухмылочка. Этот тип явно способен прикончить, не испытывая угрызений совести.
Нужно срочно найти оружие, хоть какое-то.
Дэниел в сотый раз уклонился и метнулся к столу, отшвыривая за спину стул. Зиги налетел на спинку и потерял равновесие на доли секунд, которых хватило Вронежскому, чтобы опрокинуть на голову противника стеллаж, заметить мокрые дорожки слёз на щеках Нессы и схватить со стола скальпель. Хоть что-то…
Едва соприкоснувшись с полом, стеллаж разломился на три части. От грохота упавших со стеллажа документов, склянок и ящиков с инструментами девушка отшатнулась от стекла клетки.
Зигениа выронил из руки обломок и медленно поднялся на ноги. Обрушенный ему на голову стеллаж нисколько не усмирил, а наоборот, раззадорил. По его лбу медленно струилась кровь из скрытой волосами раны. Он усмехался. Отбросив ногой с пути обломок полки с остатками крепления, Зигениа шагнул ближе к стеклянной клетке и оскалился:
— Думаешь, что избавиться от меня будет просто? Ошибаешься, граф. В этот раз я тебя переиграл, она, — он ткнул большим пальцем себе за спину, — носит моего ребёнка. И ты, — он махнул в сторону Вронежского пальцем, — ничего не изменишь. Не в этот раз.
Дэниела словно макнули в ледяную воду, а затем швырнули кусок испепеляющей лавы в грудь. Он задохнулся и посмотрел на отрешeнно опустившую руки девушку за спиной лаборанта. По выражению её лица Дэниел с бессильной яростью понял: Зигениа не лжёт.
Вронежский чувствовал, как глаза затягивает пеленой бессильной ярости. Она добровольно легла под него! Аглая сказала правду. Он покачнулся и лишь на мгновение прикрыл глаза. Проклятие. Проклятие!
— Нет, Зиги, нет! Не трогай его!!!
Боль Дэниел почувствовал не сразу, а когда раскрыл глаза, увидел прямо перед собой на расстоянии меньше десяти сантиметров ухмылку лаборанта.
Несса отчаянно била кулаками по стеклу, тщетно пытаясь привлечь внимание Зиги и бессильно наблюдая, как скальпель снова вонзается в бок Вронежского.
Третий удар Дэниелу удалось отбить, вспоров себе левую руку. Бок и штанина быстро напитывались тёплой и липкой жидкостью. На тело наползала слабость. Вронежский заставил себя вскинуть ногу и отпихнуть Зигениа. Удар получился слабее, чем он рассчитывал. Его соперник лишь отшатнулся и с ухмылкой двинулся вперёд.
Он собирался прикончить графа.
Где-то в отдалении снова зазвучали крики Нессы.
Вронежский с трудом заставлял своё тело держать вертикальное положение, но уже понял, что вот-вот потеряет сознание и не сможет больше противостоять Зигениа. Когда он почувствовал на щеках толчок моментально ставшего вязким воздуха, ему показалось это даже приятным. Раздался хруст и звон бьющегося стекла. Невидимая сила пнула Дэниела в грудь, он отшатнулся и ударился спиной на жёсткую мембрану стеклянной клетки за ним. Под его весом прозрачная стена пошла мелкими трещинами. Давление вязкого воздуха не давало нормально сделать вздох. Сквозь полуприкрытые ресницы Дэниел видел, как Зигениа распластался по полу рядом с остатками стеллажа.
Хрустнув, стеклянная стенка клетки рассыпалась.
Вронежский упал на узкую койку, ударился головой о стену и отключился.
Когда он очнулся, то первым, что он увидел, проморгавшись и недовольно щурясь, было грязное от пыли лицо Нессы с светлыми дорожками слёз. И стекающую кровь под её носом, которую она вытирала тыльной стороной ладони. Она что-то без остановки говорила, но он не слышал ни слова. В голове противно звенело. Лишь по губам ему удалось понять, что она бесконечно повторяет его имя и слово «пожалуйста».
Дэниел… Дэниел, пожалуйста. Пожалуйста, Дэниел. Дэниел! Ну, пожалуйста!..
Она возилась над его окровавленной рубашкой, размазывая по своему лицу слёзы и кровь. Он остановил её, схватив за запястье, и только тогда она заметила, что он очнулся. И от этого разревелась ещё сильнее.
Слух медленно возвращался. Хотя Дэниел предпочел бы не слышать. И не видеть. Особенно её. Никогда.
Сквозь шум в ушах он услышал всхлипывания и бессвязное бормотание и невольно поморщился. Силы медленно возвращались к нему.
Дэниел хмуро осмотрел старания Нессы и остался удовлетворeн: ей удалось остановить кровотечение, заткнув порез простынeй и обвязав концы вокруг него.
Плач Нессы перерастал в истерику.
— Дэниел, прости, пожалуйста, я… я не знаю, как это… это вышло… я… я…
Вронежский слегка скривился от её жалких попыток оправдаться за… что? За предательство?.. Да, пожалуй, это и было предательство. Хотя она ему ничего и не обещала, как и он ей, но…
Его взгляд зацепился за продольную трещину в стене здания, Дэниел замер. Эта кривая ломаная линия тянулась по всей поверхности стен, сколько охватывал взгляд. Словно кто-то провёл тупым ножом, разрезая всё, что попадалось по пути. Стеклянные мембраны клеток и странные колбы треснули и частично разбились. В воздухе явно ощущался запах грозы. И фонило силой. Не просто силой, а Силой.
Словно кто-то полностью исчерпал свои возможности.
Нечто похожее он ощущал возле усадьбы Ланца.
Тогда Дэниел был за границей воздействия, а сейчас находился в эпицентре разрушений. Он медленно обвел глазами стены. Ему не понравились небольшие облачка пыли и сыпавшаяся крошка из трещины. Подземная лаборатория медленно рушилась.
Только тогда Вронежский разобрал остальные слова девушки, сквозь судорожные хватания воздуха ртом и всхлипы:
— Я стояла, а он… а Зиги тебя… прости, я не знаю, как это произошло… я… я… со мной такого никогда раньше…не было… прости…