Чтение онлайн

победа сопутствовала их врагам до берегов Дуная.

Венский двор, в свою очередь, также опасался соседства с этой нацией,

предприимчивой по природе, тем более, что она может позволить себе быть таковой, не

подвергаясь риску. Еще более приходилось опасаться этому двору изменений в

настроениях населяющих Австрию народов, которые приняли ее корону только из

опасения, что в противном случае они попадут в зависимость от русских, с которыми их

объединяет религия.

Эта обеспокоенность и продиктовала австрийцам необходимость подписания

договора с Портой 6 июля 1771 г., согласно которому австрийцы обязуются возвратить

Турции путем переговоров либо военной силой завоеванные (Россией. – П.С. ) провинции

в обмен на территориальные уступки со стороны Турции в пользу Австрии и выплату

суммы в 20 тысяч кошельков. Ратификации этого договора были разменены, и вскоре

венский двор получил условленную сумму306.

В польских делах Екатерина II действует амбициозно, понуждаемая

тщеславием, тогда как в войну с турками она вступила из высокомерия. Однако

будучи застигнутой врасплох договором, который турки подписали с австрийцами, и не

решаясь дать другой ход своей политике, она слепо приняла план, предложенный королем

Пруссии, суть которого состояла в том, чтобы успокоить венский двор и пробудить его

алчность, предложив Австрии часть Польши, которая компенсировала бы для нее передачу

Валахии и те денежные суммы, которые она могла надеяться получить от Порты. Россия

поручила прусскому королю довести этот план до сведения австрийцев. Последние, видя

согласованные действия двух держав и не желая подвергаться риску войны с ними,

приняли предложение России и прусского короля.

Потребовалось менее года, чтобы они сменили систему и подписали с

Россией 25 июля 1772 г. договор, в соответствии с которым эта держава

306 Австро-турецкий «субсидный» договор, подписанный австрийским послом в Константинополе Тугутом

в июле 1771 г., был дезавуирован канцлером Кауницем в декабре того же года, хотя австрийцы

действительно успели получить первый платеж из согласованной суммы субсидий.

взяла на себя обязательство отказаться как от присоединения, так и

требований независимости Валахии и Молдавии. Обе участницы этого

договора взаимно гарантировали друг другу получение тех частей Польши,

которыми они стремились обладать.

Прусский король не стал участником этого договора, но подписал аналогичный с

Россией на таких условиях, что если две вышеупомянутые державы получили только

территории, то этот государь обеспечил себе бесценное преимущество, поскольку

обеспечил себе контроль над торговлей в устье Вислы, торговлей лесом и частью соляных

копей Польши. Отныне Пруссия имеет все возможности приступить к созданию

собственного военно-морского флота, который увеличит ее мощь и придаст ей новую

энергию. Прусская монархия становится прочным и компактным государством,

простершим свои границы от Германской империи до берегов Балтики и даже до России,

поскольку в состав переданных ей земель вошли проходы, которыми пользовалась эта

держава для того, чтобы вступить на территорию Германии. Теперь прусскому королю

предстоит удерживать этот барьер, который он сможет открывать и закрывать по своему

желанию. В случае возникновения каких-то разногласий с Россией, в частности, если

однажды он захочет присоединить Курляндию, он уже не встретит трудностей со стороны

Ливонии. В прошлом он мог напасть на Россию только одним путем: двигаясь через узкую

полоску земли, лишенную травы, которой можно было бы кормить лошадей, и не

имеющую никакой реки для облегчения продвижения и подвоза продовольствия. Сейчас

же он скоро будет иметь достаточное количество кораблей для перевозки целой армии

вдоль побережья. За два марша он может достичь Риги и, продвинув другой корпус в

направлении Москвы, он отрежет Петербург и прибалтийские провинции от остальной

части Империи. Если же он захочет нанести ущерб российской торговле, то для этого

будет достаточно направить пять или шесть фрегатов на рейд Данцига — и Рига вскоре

потеряет те преимущества, которыми она пользовалась во ввозе товаров из Польши или

тех, что доставлялись по Висле.

Таким образом, получается, что Россия заплатила своей кровью и деньгами за

выгоды, в которых больше величия, чем реальной пользы. Турки для нее слишком слабый

соперник, победа над ними не даст того эффекта, это ложный триумф. По отношения к

ним она (Екатерина. — П.С. ) забывает о соображениях безопасности. Опасность с их

стороны существует лишь в ее воображении, хотя она и пользуется рассуждениями о

турецкой опасности для того, чтобы удовлетворить свою страсть к расширению границ

Империи. Для достижения этой цели она готова даже пожертвовать своей честью и

репутацией, действуя вразрез с собственными, вполне разумными заявлениями о

невмешательстве в дела Польши и невозможности ни при каких условиях раздела этого

королевства.

В промежутке между подписанием двух договоров о разделе и обменом их

ратификациями в Европе произошло одно из тех событий, которые готовятся в тени и

полном молчании и которые, оставаясь неизвестными общественному мнению, поражают

и возбуждают его. В Швеции в течение некоторого времени были сильны опасения, что

наследник престола, придя к власти, установит в стране чисто монархический строй,