Чтение онлайн

сведя их к стремлению заключить мир, который оставил бы ей средства

нанести в свое время решающий удар. Ее уполномоченные потребовали в

качестве цены этого мира сначала на конгрессе в Фокшанах, затем в

Бухаресте независимости татар и крепостей, которые охраняют подходы

к Крыму, Таманский полуостров, Кубань, передачу России портов Керчь и

Еникале, свободное плавание для всех видов русских морских судов в Черном

море и в Архипелаге и, наконец, полную свободу торговли. Таким образом,

уже утвердившись в Кабардии, имея возможность расширить свои владения

до Кубани, обладая морскими крепостями и портами в Крыму, военным

флотом и процветающей торговлей, Россия становится в полном смысле

этого слова хозяйкой Черного моря. Константинополь не может больше

считаться надежным и незыблемым центром, на который могло бы

рассчитывать любое правительство. Доставка продовольствия в этот

город по Черному морю может быть (в любой момент — П.С. ) перекрыта.

Отныне он открыт любым потрясениям, его содержание и защита

становится трудным делом. Стремление к заключению мира, однако,

оказалось не столь велико, чтобы заставить турок смириться с условиями,

которые хотела продиктовать им Екатерина, и Великий визирь, который

подвергался такому же риску, если бы он подписал позорный мир, как и

продолжив неудачную войну, предпочел вновь испытывать свою военную

судьбу.

Действия России оправдывают выбор султана. Господину Румянцеву был дан

приказ перейти Дунай и отбросить турок до Константинополя. Он выполнил его, но,

столкнувшись с нехваткой продовольствия, снял осаду Сирийстрии после неудачной

попытки взять город и вернулся на левый берег (Дуная. — П.С. ).

Это поколебало решимость Екатерины. Она принялась жаловаться

на австрийцев, которые, по ее словам, не выполнили свои обязательства по

снабжению ее армии, и упрекать своего генерала в недостатке

способностей и мужества. Правительство воспользовалось этой

возможностью для того, чтобы убедить ее сделать более умеренными свои

чрезмерные требования, адресованные к Порте, и умерить свои

разрушительные амбиции. Она согласилась с этим и поручила господину

Обрезкову не только возобновить переговоры с турками, но и смягчить свою

позицию по всем пунктам. Она приказала своему уполномоченному министру

не только не открывать первым свою позицию, но заставить турок

первыми изложить свои предложения. Однако и этот метод не дал до сих

пор ожидаемых результатов. Ее ресурсы истощаются, в благородном

сословии начинается ропот в связи с тяготами, которые легли на его плечи.

Разрыв бухарестского мирного конгресса показал благородному сословию, что

неудача предыдущего конгресса в Фокшанах не была вызвана опалой, постигшей князя

Орлова. Он был на этом конгрессе первым полномочным министром. При дворе говорили,

что роскошь и высокомерие, которые он демонстрировал, возмутили турок. По

возвращении, которое было ускорено известиями о событиях в Петербурге, императрица,

когда он уже был в нескольких милях от столицы, запретила ему въезд. Вскоре этот приказ

был подтвержден указом о его освобождении от всех занимаемых должностей. Екатерина

так любила его, что желала выйти за него замуж, однако, ветреный и непостоянный,

он давно доставлял ей одни огорчения, был неверен и позволял себе оскорбительный

тон в обращении с ней. Враги князя воспользовались его отсутствием, чтобы

разрушить в уязвленном сердце (императрицы. — П.С. ) намерение превратить права

на престол в игрушку, навсегда покончив с правами законного наследника, уже

ущемленными при провозглашении его матери самодержавной императрицей

всероссийской. Для того, чтобы усилить чувство отвращения у государыни (к Орлову.

— П.С. ), им удалось направить усилия патриотов на замену Орлова Васильчиковым,

который был неизвестен и чей упрямый характер не заслуживает упоминания.

Господин Панин принял большое участие в этой интриге. Он участвовал в революции,

которая стоила трона и жизни Петру III при условии, что великий князь, который был ему

доверен, будет объявлен соправителем империи. Дерзость Орловых свела на нет это

обязательство и заставила его опасаться, что она (императрица – П.С.) может пойти на

то, чтобы передать корону детям, рожденным от связи Екатерины II с одним из

братьев. При падении последнего (Г. Орлова. — П.С. ) он (И. Панин. — П.С. ) дошел до

того, что занялся инсинуациями среди сторонников своего воспитанника. Они сводились к

тому, чтобы потребовать от матери, чтобы ее сын женился как можно раньше.