Чтение онлайн

–  Может быть, - пожала плечами она.
– Я разговаривала с адмиралом Сциллером. После того, как он позвонил папе, я ему перезвонила.

–  Да, я предполагал, что знакомы с адмиралом.

–  Совершенно верно, - хихикнув, проговорила она.
– До десятилетнего возраста я звала его дядей Бруно... А вот и официант. Мне коктейль с шампанским. А вам, Кевин?

–  Слишком рано для спиртного. Пожалуй, я выпью кофе.

–  Да, сэр.

Гленда снова усмехнулась.

–  Вам не надо казаться таким взрослым.

–  То есть?
– удивился Реннер.

–  Всем прекрасно известно, сколько мне лет. В моем коктейле из шампанского нет алкоголя. Конечно, некоторые подростки просто приносят водку во фляжке и потихоньку ее посасывают.

–  И вы тоже?

–  У меня даже нет фляжки.

–  Влияние мошкитов?

–  Нет, ни один из них даже не упоминал об этом. "Гммм... Значит, она не пьет. Однако..."

–  Мда, - произнес он.
– Они, наверное, не видят смысла в том, чтобы выпивать. Они едят, дышат промышленными ядами. Если ты недостаточно здоров, ты просто умираешь. Так что еще вы хотите?

–  Пожалуй, вы правы, - кивнула она.

Кевин оглядел помещение. Типичное место, где завтракают аристократы. Дорогие женщины и очень деловые мужчины. На самом деле, он глядел, но не думал о них. Он смотрел так, чтобы все посчитали, что он разглядывает девушку, сидящую напротив, и по правде говоря, ему очень хотелось смотреть на нее, не сводя глаз. Бесспорно, она была самой привлекательной женщиной в зале. И возможно, самой дорогой, подумал Кевин, уголком глаза разглядывая ее одежду, выглядевшую довольно просто: темное шерстяное вечернее платье, плотно облегающее безупречную фигуру и ярко, но не откровенно сексуально подчеркивающее ее женственность. Юбка, несколько консервативного покроя для нынешней моды, доходила до колен, однако это еще сильнее подчеркивало красоту ее лодыжек и икр. Украшения на Гленде Руфь смотрелись весьма скромно, несмотря на сверкающие серьги с Ксанаду, стоимостью не меньше дома Реннера, оставшегося на его родной планете.

–  С Земли Макроя очень долгий путь, - заметил Реннер.

–  Или с Новой Каледонии.

–  Верно. Сколько времени вы провели там?

–  Я очень смутно помню об этом, - ответила Гленда Руфь.
– Папа тогда думал только о Кевине Христиане, а я должна была воспитываться на Спарте, вместо того чтобы жить в провинции.
– Она пожала плечами.
– Наверное, папа оказался прав, однако... меня очень беспокоят мошкиты теперь, когда папа с мамой не состоят в Комиссии.

–  Они не состоят в Комиссии, но их влияние по-прежнему очень велико, сказал Реннер.
– Насколько мы с Бери смогли в этом убедиться.

–  Ах, да. Мне очень жаль, поверьте.

–  Пустяки. Почему вы захотели встретиться со мной?
– спросил Реннер.

–  Безумный Эдди, - коротко ответила девушка.

–  Что?

–  Там, в Институте, вы сказали, что нам ничего не известно о судьбе Безумного Эдди. Считается, что он погиб?

–  Да, кажется, я говорил это.

–  Я знакома только с тремя мошкитами, - сказала она.
– По-моему, мне известно о судьбе Безумного Эдди, но я еще до конца не уверена. Вы знали очень много мошкитов...

–  Недолго. И не очень хорошо.

–  Но достаточно хорошо, чтобы узнать о Безумном Эдди.

–  Честно говоря, я не совсем понимаю, о чем вы.

–  Вы понимаете, что я имела в виду, - возразила она.
– Существуют дюжины историй о Безумном Эдди. Большинство из них записаны, и все эти записи у меня есть. К примеру, даже есть та история, которую рассказали вам.

Она достала карманный компьютер и несколько секунд что-то писала в нем. На скатерти внезапно возникло изображение.

Реннер увидел последовательные сцены прямо из записей "Макартура", доставленных на "Ленин" вместе с артефактами мошкитов. Искривленный силуэт мошкита посредника в бело-коричневой шерсти заговорил:

–  Реннер, я должен рассказать тебе о легендарном существе. Допустим, назовем его Безумный Эдди. Он - это... иногда он такой, как я, а иногда он Коричневый идиот-ученый, тупой ремесленник. И все он делает не так ради каких-то возвышенных причин. Он продолжает это делать, и это всегда приводит к беде, а он это так и не усваивает.

Изображение слегка дергалось. Реннер опубликовал это в своих "Летних каникулах".

–  Когда город разрастается до неимоверных размеров, то возникает опасность внезапного коллапса... когда пища и чистая вода течет в город потоком с огромной скоростью, достаточной, чтобы накормить каждый рот, и каждый должен работать, не покладая рук, чтобы таким образом сохранить это... когда все транспортные средства заняты тем, чтобы подвозить жизненно важные припасы продовольствия и товары, и ничего не остается, как срочно убирать людей из города... вот тогда и появляется Безумный Эдди, который выводит уборщиков мусора на забастовку за лучшие условия работы.

Гленда Руфь сидела, отвернувшись.

–  Я помню все, - сказал Реннер.
– Помню мое знакомство с Безумным Эдди. Когда мы понимали, чего требовать, то добивались многого. Мошкит Синклера Джок, когда понадобилась отвертка, предложил выплавить ее из не завинченных винтов. Посредник отца Харди говорил о религии, которая проповедовала воздержание от секса. Мы не знали, насколько все это было странно для мошкитов.

–  Да, но вам же известно, что мы никогда как следует не изучали их, проговорила Гленда Руфь.
– Так почему же вы говорите, что Безумный Эдди потерпел крах? Ведь мошкиты восхищаются Безумным Эдди. Джок, бесспорно, восхищен им.

–  Вы знаете больше меня. Да, по-моему, их восхищает любой сумасшедший, считающий, что все их проблемы можно разрешить. Хотя это вовсе не означает, что они надеются на объединение вселенной.

–  Нет, конечно же, нет! Но я по-прежнему восхищаюсь ими!

–  Циклы, - произнес Реннер.
– Вся их история состоит из циклов. Безумный Эдди считает, что может изменить все это. Разумеется, они восхищаются им. Но при этом им известно, что он сумасшедший, и что этого не произойдет.

–  Но возможно, сейчас у нас есть решение проблемы. Паразит.

–  Да, меня это крайне заинтересовало, - сказал Реннер. Официант принес ему кофе, а Гленде Руфь - высокий стакан для шампанского с чем-то искрящимся и розовым. Дальнейший заказ Кевин делал рассеяно, ибо его мысли были далеки от пищи.

–  Вы знали двух Посредников, - проговорил он.
– Конечно, Ивана вы не успели узнать.

–  Да. Он был... такой необщительный. Отчужденный. Мастера - они такие.

–  А за них разговаривают Посредники, - сказал Реннер.
– Но совершенно очевидно, что на Мошке они разговаривают больше, нежели делают это с вами. Однако, кое-чего вам не следовало забывать. Вот, возьмем вашего паразита. На Мошке Джок не осмелился бы что-либо делать за спиной у Мастера.