Чтение онлайн

Лора вдруг отрывается от разговора с Муромцами о каких-то неизвестных мне мастерах по металлу, и ощутимо лягает меня под столом ногой.

– Ты вот что, мать, бросай все эти церемонии. Хватай, сколько влезет, лишнего не наешь, даже скинется. Мышцы у тебя нарастают, им белок нужен. Да что жмёшься-то, я же вижу...
– И щедрой рукой наваливает мне на тарелку очередную горку каши с мясом.
– По себе помню. Ты на мужиков посмотри, думаешь, они от пеших прогулок так оголодали, наворачивают? Со стрельбищ, поди, как и я, или с поля, сами рубились либо молодёжь натаскивали. Тут как полопаешь, так и потопаешь, лишних калорий не бывает, так что - ешь, кому говорят! Авось потом всё в норму войдёт. И к медведю-то своему присмотрись, грех упускать...

Переход на другую тему до того неожиданен, что я чуть не давлюсь.

– Что вы все меня сватаете?
– откашлявшись, шепчу ей сердито.
– Что ты, что Гала... Сговорились, что ли?

Лора делает большие глаза.

– Гала? С чего бы это? Ну, у неё свои заморочки, она из всей нашей команды к Васе-то больше всего неравнодушна, разве что ещё к Ма... Впрочем, тебе это не интересно. Я к чему речь веду: ты ведь женщина одинокая, изменять никому из того, кто дома остался, не изменишь, ежели что... Да брось ты, в самом деле, я же не сводня какая, просто коли наметится у вас - не теряй времени, мой тебе совет, такого случая-то может уже не представиться.
– Взгляд её на миг затуманивается.
– Знаешь, а я вот иногда думаю, что, ежели б я его в своё время захомутала? Да не смотри так, не слышат они ничего, когда дела свои обсуждают. Не бойсь, не сошлись бы мы с твоим, даже не встреть я Аркашку. Два медведя...
– она неожиданно фыркает, - в одной берлоге не уживутся. Хотя, - она заговорщически подмигивает и наклоняется к моему уху, - до сих пор гадаю, что же я такого потеряла? Поделись, если что узнаешь этакого.

Уши мои загораются. Она дружески обнимает меня за плечи: да всё нормально, подруга, просто хочется посплетничать о своём, о женском... Не могу я на неё сердиться. В смущении отворачиваюсь, краем глаза отслеживаю Нору. Железной волей Аркадия прикорм со стола был жёстко пресечён в самом начале обеда, а нам с Васютой нашлёпано по рукам и сделано строгое предупреждение. Лабрушка ничуть не обиделась и до сих пор сидит смирнёхонька, не сводя влюблённых глаз с оборотника. По сравнению с прочими богатырями он, кстати, кажется худеньким подростком, но сила в нём таится недюжинная, я ж чувствую, и за столом он от прочих едоков не отстаёт. Видать, перекидывание в чужую личину энергии отнимает не меньше, чем учебный бой.

И он когда-то смог договориться с гарпиями? Ладно, Нору он за полдня приручил, но ведь это - лабрадор, у них агрессия отсутствует генетически. Но гарпии?

Аркадий перехватывает мой взгляд и застенчиво улыбается. Лора тычет меня локтем в бок.

– А здорово он для тебя Чёрта усмирил! И всего-то пару слов на ухо пошептал, а тот как шёлковый... Не заглядывайся на моего красавчика, честно предупреждаю.

– Ты с ума сошла! Я ж ему в мамки гожусь!

– У него я - вместо мамки!
– гордо заявляет она.
– Ты не смотри, что он такой дохлый, ему лет может поболе, чем нам с тобой, просто внешне в этом возрасте застрял. А в постели-то... о-го-го! Зверь! Представляешь, - она снова шепчет мне в ухо, - может даже перекинуться...

Моя очередь лягнуть её под столом. Ещё немного - и я провалюсь на месте от стыда. Мне так и кажется, что все, абсолютно все - и Васюта, и его гости, и Аркаша с Янеком, и даже Хорс во дворе - слышат нашу фривольную беседу. Амазонка смотрит насмешливо, треплет меня по руке.

– Шучу-шучу, подруга. И мыслей не было - тебя в краску вгонять. А насчёт нашего первого разговора - подумай, я тебе советую. По крайней мере, будет что вспомнить.

Вздохнув, я наливаю ей морсу. Нет, она всё-таки неисправима.

– Угомонись! Есть тут и без тебя советчики.

Она недоумённо морщит лоб.

– А-а, - понимающе тянет, - это ж наверняка наш тихушник, сэр златокудрый? Молодец, правильно воспитывает. А он-то тебя ещё не окольцевал?

Я пребываю в недоумении, пока до меня не доходит, что "окольцевать" - это, как и в случае с Васютой, официально признать ученицей.

– Нет пока ещё. А должен?

– Всенепременно. Не просто так он вокруг тебя крутится. Ты, мать, какая-то недогадливая, честное слово. Это ж он, как джентльмен, ждёт, когда Васюта раскачается и первым тебя ученицей признает, чтобы поперёд друга не влезть, не обидеть... Слышь, хватит шептаться, давай-ка я тебе с посудой помогу, а там хоть поговорим нормально.

Мы выпроваживаем Яна с кухни: теперь это наша территория. Он вроде и не возражает.

– Соскучилась, - признаётся Лора, вытирая тарелки.
– Знаешь, иногда охота заняться чем-нибудь таким простым, рОдным... Видела бы меня сейчас моя прислуга - обомлела бы. У меня ж в доме все по струнке ходят, потому как мне нельзя руки портить грубой работой.
– Я тем временем вываливаю из дежи на стол, обсыпанный мукой, окончательно подошедшее тесто.
– Оставь и мне что-нито слепить.

Конечно, я тут же вручаю ей вторую скалку, фартук, несмотря на который, она тут же пачкается в муке по самые брови, донельзя довольная. Видела бы... нет, не прислуга, а видели бы боевые подруги, с каким упоением амазонка-Мастер ваяет из теста какие-то фигурки, в которых сперва с трудом, но потом всё лучше узнаются коняшка, птица, собакин. И, в общем, неплохо получается, хоть я-то надеялась, что мне помогут именно мелочёвку лепить, мне с ней нелегко бывает. Но раз человек старается, душу отводит... Замечаю только:

– Сделай тесто покруче, а то ведь расползутся, как начнут подниматься, и не узнаешь потом, кто где был!

– Без сопливых обойдёмся, - говорит она важно.
– Будьте уверены: лепили мы пироги, лепили! Куда ставить-то?

Выделяю ей отдельный противень и плошку запаренного изюма с черносливом, и вот уже зверушки награждаются глазами, носами, конопушками... Красота, да и только.

Распахивается наружная дверь, и в кухню влетает встрёпанный Янек.

– Ты чего?
– удивляюсь я. Он, смущённый, пытается бочком прошмыгнуть мимо нас в зал, а сам аж красными пятнами покрывается. Причина его странного поведения в полный рост высится на пороге, воинственно уперев руки в боки. Чтоб мне пропасть! Кустодиев, Васнецов и Суриков заработали бы по инфаркту, увидев эту диву красоты неописуемой, стати королевской, с косищей ниже пояса, глазищами в пол-лица... Даже Лора восторженно присвистывает. Нехилая девушка и не боязливая. Потому что, сразу видно, пришла разборки устраивать. Стоит, замерев, не хуже меня на тренировке, и только ветер снаружи чуть колышет подол лазоревого сарафана. И переводит озадаченный взор с меня на Лору, с Лоры на меня, видимо, гадая, кто из нас ей нужен.

Как хозяйка, начинаю первой я.

– Ну и что тебе здесь, голуба, надо?
– спрашиваю миролюбиво.
– Мальчика нашего зачем пугаешь? Ян, - это парню, - иди-ка, с мужичками посиди, тебе в бабские склоки лучше не влезать, а то зацепят ненароком.

А сама внимательно Ольгу эту рассматриваю. Поскольку вдруг понимаю, от кого наш мальчик мог так шарахнуться. Так вот ты какая... домогательница.

И своими уже неблизорукими глазами совершенно не в тему рассматриваю расшитые рукава на её рубахе.

Она, определившись, набирает в грудь воздуху. Сейчас начнётся...

– Ты проходи, Оля, не стой на пороге-то, - говорю ласково.
– Гостям всегда рады. Пироги будешь с нами лепить?

Тут главное - из колеи противницу выбить, не дать ей по задуманному сыграть

Она раскрывает рот для ответа.

– С капустой пироги, - перебиваю я её, - с грибочками, с яблоками и изюмом. Ты какие больше уважаешь?

– С рисами, - неуверенно отвечает она. Глазами - хлоп-хлоп... Совсем растерялась. Ой, а годочков-то ей, хорошо если двадцать будет, а глазищи синие - совершенно наивные, дитячьи, как у давешнего Петрухи. Вот на мальца и запала, сама-то разумом ребёнок. С рисами... Мои девахи так говорили, когда были маленькие: с рисами пироги... С кем тут связываться?

И энто дитё Васюта из дому попёр? Не разобравшись, хотя бы, по отечески?

– А-а, - тяну понимающе, - это мы можем. И рис есть, и яйца, и лук зелёный. Проходи, сейчас начинку сделаем. Теста у меня, видишь ли, много получилось, нужно куда-то девать.

Её первоначальный запал проходит. Пока она, не спеша, цепким взглядом окидывает поле деятельности, я тоже не теряю времени даром, пытаясь её просчитать. Пышненькое телосложение говорит о явной любви к пирожкам, булочкам и всякой прочей сдобе - это я по себе сужу, - а ловкие ручки с музыкальными пальчиками так и рождены для тонкой работы вроде фигурной защипки теста. И смотрит-то она с пониманием, оценивающе, и уже комок теста прижимает, дабы проверить - дышит ли, как подошло? И стрельнула взглядом на противень, почти заполненный Лориными творениями, даже головой качает - видать, ей такое в новинку. Хорошая будет помощница. Выделяю и ей фартук и скалку, выставляю кастрюльки с начинками, в общем - не даю ей и слова сказать.