Чтение онлайн

На фланге движение: пара солдат... с автоматами?! Прежде чем лечь, автоматчик завёл... нет, он взвёл автомат: издеваясь, движением пальца!

Механик смотрел, как противник решает проблему: его авангард безнадёжно залёг; остальные стоят как мишени, в строю, по десятку (десяток долдонов по имени "рота"). Его пулемёты - станковые, явно тяжёлые - могут стрелять и "с бедра", но поднять эту дуру к плечу... Пулемётчик один на десятку (при нём ещё двое "носильщиков"), у остальных - "винтари" со скользящим затвором...

Механик опять посмотрел на часы: "да когда же они догадаются? Восемь минут! Где же танки?"

И только сейчас за спиной нападающих, вызвав в колоннах восторг, появилась ударная сила.

– - Знакомые формы, - ехидно послал он в эфир.

– - А ты хотел танк Менделеева?

– - Танк Менделеева - САУ, а танк... ну нельзя его так масштабировать! Нужно ведь...

Пальцы раскрыли блокнот.

– - Торможу головной!

"Пушкарь-оператор" зажал рукоять, и гашетка под пальцем "просела". Ладони вспотели: большая возможность - большая ответственность, этим снарядом "промазать" нельзя! Он почти не дышал: в чёрно-белом экране он целил в каток, но попасть по броне не имел ни малейшего права. И сам не заметил, как...

– - Бусф!

Мгновением позже машину качнуло: пушка отъехала добрых полметра, и только потом начала замедляться. Откат-накат занял секунду, но в первый момент ничего не мешало откату: "лафетная схема", для кучности.

Танк наступал, возглавляя колонну. Наводчик высматривал цель, когда мощный удар саданул его лбом об орудие. Танк повернулся и замер.

– - Гусеницу перебили, гады!
– воскликнул механик-водитель, - Пойду, починю!

Прогремел открываемый люк...

– - Ммм... Я обо что-то ударился: кровь...
– вылезая, механик-водитель сказал ещё что-то, но из-за брони, через грохот мотора наводчик его не расслышал.

Солдаты попадали в траву. "Если тут ДОТ, это плохо", - услышал солдат, и подумал: "да вряд ли: их было бы несколько".

Танк надвигался на вставшего лидера. "Жуткий удар, разметавший катки... попал бы по корпусу - в танке никто бы не выжил!" Механик-водитель смотрел на корму кособоко стоящего лидера. Ехал в неё - и смотрел... Вдруг, опомнившись, дёрнул рычаг. Рычаг не поддался, отдав в руку дробью попавших "не в зуб" шестерёнок. Механик-водитель налёг, и со страшным ударом рычаг "провалился": машина осталась без привода.

– - Быстро орудия к бою! Пока эта пушка стреляет, мы все тут мишени!

Солдаты задвигались: кто отцеплял дышла пушек от "великов"-передков, кто бежал за снарядами... Вдруг люди замерли: там, у противника, взвыли моторы.

До первой строки была пара секунд. Астроном плавно выжал сцепление, свёл рычаги и толкнул их вперёд: "первая-первая", та же привычно-ружейная чёткость, но вместо "трик-трак" он услышал короткий отчётливый "шпок!".

We're leaving together...

Машины поехали. Разом.

"Каждый воин, знай свой манёвр!" - говорил Суворов. Но знать только свой в современном бою недостаточно. Бой вели базовцы так как привыкли работать: единой командой. Атака была как в хоккее, где пас мог быть отдан и за спину - зная, где в этот момент был партнёр.

Командир наблюдал за развитием боя: влиять на него он не мог. Приступая к войне, он боялся "котла", проработал прорыв окружения... То, что он видел сейчас, было хуже: противник метался в таком неестественном темпе и так ювелирно разил, что войска были только статистами. Или мишенями - воля врага.

Сквозь щели своей командирской машины взирая на бой, он подумал: "как через забрало...". Так рыцарь сквозь щели забрала с холма наблюдает за гибелью кнехтов. И враг заставляет его наблюдать.

Командир ощутил, что в него теперь больше не целят. Ведь как полководец он был этим утром убит...

"Жизнь солдата состоит из долгих периодов скуки и коротких пери-о-дов..." - механик едва не ласкал рычаги, выбирая мгновение - "...Страха!!!"

Солдат машинально выбросил руки - наивный панический жест. Под ладонями замер, толкнув их кошачьим движением... танк? Он был страшно неправильным даже на ощупь: каким-то шершавым и тёплым. И кажется - мягким...

От удивления он открыл глаза. И удивился вдвойне: вся передняя часть, от крыла до крыла, оказалась прозрачной (как странно: вдали танк казался железным...). Внутри были двое: механик-водитель на левом сиденье и, "в позе Гагарина", кто-то на правом. "Гагарин" лежал ниже окон, и, судя по бликам, смотрел на экран. Небольшой рычажок в его пальцах сместился, и башня крутнулась. Орудия плюнули дымом, но - тихо! Ни грохота залпа, ни звона от гильз. Только звук, будто кто-то подставил под воздух пропеллер: короткое "тфр".

Наводчик отдал санитарке водителя: им повезло, что снаряд промахнулся. Механик-водитель был ранен: удар, оторвавший катки, вырывая их "с корнем", оставил торчать из-под полика кромки железа. Но в принципе всё обошлось.

И наводчик рванулся к машине, в каком-то бойцовском запале решившись стрелять из подбитого танка... Из борта, вскрывая его как консервы, посыпались искры: короткий удар просадил оба борта навылет!

Солдат наблюдал, созерцал в невозможном паническом трансе, как шёл неприятель: продуманный танец немыслимой логики, жуть красоты запредельной синхронности. Видимый хаос невиданной пользы.

За пультом сидел математик. Сейчас, наблюдая за битвой, он понял механика: он не считал вероятности разных событий, он видел весь бой как систему! И это - механик был прав - было кайфом. Он видел трансляцию с разных машин и с заранее спрятанных камер, радар, тепловизор... он чувствовал, что сейчас будет, и знал: это "чувство" от знания!

Вот неприятель утратил желание мыслить...

– - Пронзаем на слове "Венера", - сказал математик.

В эфире, кончено, полнейший бардак: "We're heading for Venus", - гремит "Европа", "Махнём на Венеру", - поёт астроном, и на самом конце слова "Venus" взвывают моторы... но самое тихое слово бывает услышано. Это - обычный "дурдом" библиотечного холла.

Солдат не стрелял. Раз за разом машины противника были на мушке, но выстрела не было: толку палить по броне...

Неприятель вдруг вышел из боя: сорвался и бросился в тыл наступающим. Все одновременно! Перед солдатами было куда наступать, но...

Но солдат опустился на землю и, глядя под ноги, сидел, заряжая винтовку. Толкнули. Солдат испугался, подумав, что это был танк, а потом побежал, атакуя, "откуда пришёл". "Ещё один такой день - и я на "Канатчиковой даче""...

Противник крушил их обоз. Его танки вползали на велотележки, колёса машин втаптывали в землю мешки с провиантом, солдаты противника споро грузили патроны... Увидев бегущих, они издевательски, "с бедра", "веером" выпустили по "рожку", и, запрыгнув в машину, поехали.