Чтение онлайн

– В книжках? – ваш покорный слуга поперхнулся от смеха. – Знаешь ли, не всё, что можно прочитать, является правдой… Хотя, и там иногда случается набрести на истину, но сия дама при близком знакомстве оказывается весьма неприятной особой … Ты много читаешь?

– Немного… Меньше, чем требуется для обучения…

– Какого обучения?

– Ну, мне же нужно будет когда-нибудь заниматься государственными делами, – просто и печально заявил принц.

Неимоверным усилием вернув брови на положенное им место, я покачал головой:

– Не рановато ли думать о столь незавидном будущем?

– Незавидном? – кажется, он немного обиделся.

– Лично мне не хотелось бы взвалить на свои плечи заботу о целом государстве, – пояснил я, и принц, похоже, понял, что имеется в виду, потому что вздохнул.

– Но мой долг…

Хм. Уж я-то знаю, что означает это слово… Бедный ребёнок… Стоп! Я уже начинаю его жалеть? Совсем рехнулся, наверное… Вместо того, чтобы нанести равноценное оскорбление, я готов погладить мальчишку по головке! Иногда сам себе удивляюсь…

– И всё же, можно идти чуть помедленнее? – надо же, какой упорный!

– Приведи хоть одну стоящую причину.

– Я… У меня голова кружится.

– От голода?

– Н-нет… – он ответил, но как-то неуверенно, а я только сейчас заметил тёмные пятнышки на бескровных губах.

– Ты что-то ел?

– Ягоды…

– Какие, к фрэллу, ягоды?!

– Ну, на том кусте были… такие аппетитные…

– Кретин! Они же ядовитые!

Ох, не надо было этого говорить: ребёнок побледнел ещё больше и пошатнулся.

– Не волнуйся, всё поправимо… – и как поступить? Лечить я никогда не умел, да и поздно уже что-то делать: прошло не менее получаса с тех пор, как я просил лешака направить меня на нужный путь… Яд наверняка успел всосаться в кровь… Фрэлл!

– У тебя что-нибудь болит?

– Н-нет… Только…

– Что?!

– Немного холодно, но… К ночи ведь всегда холодает…

Тысячу раз, фрэлл! Я скинул куртку и помог парню просунуть руки в рукава. Лоб почти ледяной… Только этого мне не хватало – быть нянькой при больном дите!

«Может быть, в этом твоё Призвание…» Задумчивое наблюдение.

Нянчить?!

«Хранить… Защищать… Наставлять…»

Вытирать сопли!… Ты так и не ответила: есть поблизости живые души?

«В двух милях в том направлении, куда ты и шёл…»

Опасность?

«Магии там нет…»

И на том спасибо!

Но до обиталища людей – кем бы они ни оказались – ещё нужно добраться…

– Ты можешь идти?

– Н-не знаю… – вряд ли может: уже и зубы начинают стучать. Ещё свалится по дороге. Опять придётся отвечать за всё…

– Тогда я тебя понесу.

– Понесёшь? – недоумение, граничащее с потрясением. – Но ты же…

– Оставим диспут о силе и слабости до лучших времён! Удержишься у меня на спине?

– Попробую…

– Ничего, кажется, я знаю, что делать…

С пятой попытки я оторвал полосу от низа рубашки и обмотал ей запястья принца.

– Так ты точно не упадёшь!

Я согнулся, продевая шею в кольцо дрожащих рук, изловчился, подхватил руками тощие колени ребёнка и выпрямился.

М-да, не так уж тяжело, но ведь и я – не Борг. Впрочем, мне нужно только дотянуть до людей, а там слёзно буду просить помощи. Надеюсь, никто не откажется поучаствовать в таком благородном деле, как спасение жизни…

Даже если миль было всего две, для меня они шли за все четыре: не имея привычки носить груз, я вспотел после первой же сотни шагов. По крайней мере, тепло моего тела помогало принцу согреться… Наверное. Не знаю, что он чувствовал, потому что разговаривать с моей стороны было неоправданной тратой сил, а с его стороны… Лихорадка развивалась стремительно, и, возможно, юное сознание было унесено ледяным ветром в самые дальние дали…

Мантия не обманула: магии не ощущалось.

Уютная полянка. Крытый фургон, старенький, но аккуратный. Распряжённые лошадки – пегая и гнедая – мирно жуют траву на виду у путников, устроившихся на ночлег. Я вижу двоих. Мужчина и женщина.

– Мир вашему очагу, добрые люди! Не откажите в помощи…

Я осторожно сгружаю свою ношу, не дойдя до весело потрескивающего костра десятка шагов. И тут мой затылок встречается с чем-то тяжёлым и твёрдым…

***

Фрэлл, как раскалывается голова! И в ушах звенит. Или гудит? Не могу точно охарактеризовать этот звук, но слышу я плохо. Какое-то время. Постепенно сквозь плотную завесу тупой боли проникают голоса:

– Не слишком ли сильно ты его приложила? – Басит мужчина.

– А какая разница? Если подохнет, тут же и прикопаем! – весело отвечает звонкий голосок, обладательница которого вряд ли разменяла третий десяток лет.

«Прикопаем»? Я возмущённо дёрнулся и тут же был поставлен перед следующим фактом: что бы эта парочка не планировала сотворить с вашим покорным слугой, я не смогу им помешать. По примитивно-простой причине: лежу на земле, на правом боку, а руки сплетены за спиной и надёжно связаны – перекинуть их вперёд не удалось бы и самому способному гимнасту. Что ж, придётся отдаться на милость «победителей»…

– Эй, погляди, он очухался! – какое тонкое наблюдение! Обожаю простые и цельные натуры…

Я открыл глаза.

А ночь всё-таки наступила! Должно быть, пока я безуспешно пытался отловить своё сознание и вернуть беглеца на законное место, солнце зашло за горную гряду. Впрочем, отсутствие естественного источника света замечательно компенсировалось жарко горящим костром. К сожалению, я лежу слишком далеко, и спина ощутимо стынет на сыром ночном воздухе…

В свете костра мой рассеянный взгляд заметил целых трёх человек. Женщина средних лет задумчиво помешивала в котле кипящую похлёбку и, кажется, ничуть не интересовалась моим состоянием. Мужчина – примерно того же возраста, небольшого роста, но с размахом плеч не хуже, чем у моего знакомого рыжего великана – стоял рядом с ней, терпеливо ожидая окончания священнодействия приготовления пищи. Чернявый и смуглый, он, похоже, был из тех, о ком говорят «недалёкий»: грубые, но довольно добродушные черты лица и брови, насупленные в вечной попытке понять, о чём идёт речь. Кстати, не подумайте, что я отношусь к таким людям с презрением или пренебрежением, напротив: я им немного завидую. Чем проще разум, тем легче ему живётся на свете… Пара была одета неброско, добротно и удобно для путешествия – из разрезов женской туники выглядывали ноги, обтянутые штанинами, а куртка мужчины, готов поспорить, скрывала великое множество карманов, кармашков и карманчиков.

– Даже не пробуй сбежать! – Круглый носок сапога больно ткнулся в мой живот. Я охнул, проглотив подобающее случаю ругательство, поднапрягся, сел, неловко подогнув ноги, и с интересом взглянул на свою «обидчицу».

Девица. Как я и предполагал, возрастом до двадцати лет, но не ребёнок. Довольно высокая и, на мой взгляд, излишне жилистая, но в целом… Милая. Даже очень. И – оригинальная: от рождения рыжие волосы раскрашены по прядкам алым и лиловым. Глаза тёмные, но какого именно оттенка – не разобрать, потому что слишком мало света. Занятный костюм щедро украшен бахромой: кожаная «борода» свешивается и с низа короткой туники, и с боковых швов штанин, и с рукавов курточки. Помимо бахромы присутствуют разноцветные шнурки, отягощённые замысловатыми металлическими бляшками. Не знаю, как во всём этом можно абсолютно бесшумно двигаться, но девица, похоже, в совершенстве владеет «эльфийским шагом»: кроме неё, двух её попутчиков и закутанного в шкуры принца, у костра не наблюдалось ни одной живой души, а, следовательно, именно рыже-полосатому чуду я обязан головной болью.