Чтение онлайн

Долгие мрачные дни в новом доме тянулись подобно смоле, так как все мероприятия и посещения были строго ограничены. Император погиб из-за пандемии, захватившей север и запад государства. Дети от странной болезни не страдали, а вот люди, пережившие третий десяток, падали замертво через неделю после первых симптомов. Сидя на софе у огромного чуть мутного окна, я слушала, как няня читала письмо о смерти моего отца. Оплакивая его, вместе с новоиспеченным мужем, мы похоронили вдовствующую императрицу, затем посетили прощание с графом, что служил при дворе учителем. Может после и еще кто-то умирал, но моя драгоценная няня тоже покинула этот мир, а я слишком привыкла слушать письма из ее уст, так что отказывалась их открывать. Потом запретила зажигать огонь в камине. Мне так хотелось уйти за папой и няней, что я понадеялась, что суровый северный мороз и до меня донесет эту страшную болезнь с колючим влажным ветром…

Но в спальню мою, шаркая ногами, пришел император. Такой же юный и убитый горем, как я, свернувшаяся на софе, взывающая к Богине. Тогда я узнала, что он тоже плачет. Что Дориан тоже человек, даже королевская кровь не делала его непроницаемым или сверхсильным. Он потерял родителей, учителей, няню. Дориану пришлось нести непосильный груз ответственности, решать вопросы, к которым его готовили, но на практике он был лишь ребенком, вынужденный жениться сразу за смертью отца, встать во главе огромной империи, надеясь, что министры будут воспринимать его хоть сколько-нибудь серьезно, не пытаясь строить козни за его спиной, а его еще более юная и запуганная невеста перестала выходить с ним на связь. Тогда нас разделяли десятки метров и толстых каменных стен, но беды, свалившиеся на нас, были одними.

В тот вечер мы плакали на одной кровати в промозглой комнате. Лежа по разным сторонам, не смотря друг на друга и тем более не касаясь, два разбитых дитя пытались понять, смогут ли они стать поддержкой друг для друга достаточной, чтобы превозмочь все то, что свалилось на них.

Я позволила зажечь камин в ту ночь.

— Вы уверены, что хорошей идеей было устраивать свадьбу камергера в светлый праздник? — мы уже подъезжали к столице, когда поинтересовался Карлайл.

Неделя празднования начиналась в день рождения Морин и заканчивалась в день, когда та объявила себя Богиней спустя 5 лет от рождения. В империи не было более важного события, так что никакие другие мероприятия не могли проводиться в эти дни.

— Конечно нет, это попытка узнать границы дозволенного и хранится ли в умах моих вассалов понимание моего места.

Как дочь Богини, я представляла ее волю и имела больше духовного влияния, чем храм, от чего он до сих пор удавалось держать их подальше от политики. Хоть известие о свадьбе и вызвало негодование, судя по письмам, отданным мне Дитрихом, но сопротивления не вызвало, что говорило о еще жившей вере в мое Божественное происхождение. Что ж, в сложившейся ситуации было достаточно и этого.

Пейзаж за окном напомнил мне, что и на севере бывает лето, хоть и несравнимое с южным. Небо вспомнило о своей голубизне, а зелень разрасталась так бурно, словно спешила прожить свою короткую летнюю жизнь. В дворцовый город отовсюду съехались торговцы и туристы, улицы стали почти непроходимыми, а от обилия звуков гудела голова. Столичные резиденции горделиво задрали фамильные знамена, сообщая, что благородные семьи посетили Рутил.

— Приветствуем Ее императорское Величество!

— Мы ожидали вас только через пару часов, — Теодор помог мне выйти из кареты.

— Выехали до рассвета, чтобы прибыть пораньше, — после моих слов камергер посмотрел на рыцаря, выражавшего явное недовольство моей маленькой ложью, ведь уехали мы сразу по окончанию кострища, так как спать было ложиться уже бесполезно.

— Ее Высочество просила прощения, что не вышла встретить вас, так как занята приготовлениями, — Ракель улыбнулась, когда мы дружно направились ко дворцу.

— А принцы? Неужели еще не прибыли?

— Кронпринц уже с столице, прибудет с минуты на минуту, а вот принц Генри задержался из-за очереди на вратах перемещения…

— Что ты сказал? Расписание ведь строгое, к тому же об отбытие принца было известно за неделю! Да и кто осмелился задержать моего сына? — не думала, что злость обуяет меня еще до того, как я поднимусь по лестнице дворца.

Тео жестом приказал уйти сопровождающих нас слугам, так что остались лишь мы с Ракель и Карлайлом, но и этого оказалось недостаточно.

— Рыцарь, вас я тоже попрошу удалиться. Помнится, у вас нет допуска к императорской части.

— Ох, Карлайл, я совсем запамятовала за тебя, — я прижала руку к разболевшейся голове, — ты можешь пойти к себе и отдохнуть. Тео, а ты напомни мне позже выделить для моего рыцаря жетон приближенного.

— Как прикажете, — он вздохнул, явно не особо довольный моим решением, — снова боли? Ракель, распорядись приготовить императрице отвар.

Оставшись вдвоем, мы расположились в приемной моих покоев. Камергер выглядел озабоченным и уставшим, но не начал рассказ, пока его невеста лично не принесла горячие напитки и не устроилась рядом с ним на диван.

— Врата были заняты по приказу княгини Фален. Конфликт на их границе с королевством Сонай ухудшился, так что они запрашивали помощь у нескольких графств, а также отправили подарок в столицу в честь праздника…

— Да плевать мне, какие у них проблемы, как осмелилась какая-та княгиня поставить себя выше принца?

Защита границ княжества Цимбидиум меня действительно мало волновала, ведь они не просили помощи, лишь закупали из империи оружие, а мне не было причин предлагать поддержку, пока был шанс получить отказ.

— Почему стража врат подчинилась? Императорская семья для них ни что? — выпитый отвар неприятно горчил, что портило мое настроение еще больше.

— Я подготовил список с именами виновных…

— Список! Больно много пользы от него, — Теодор выглядел удивленным, так как срывалась на крик при нем я, кажется, впервые, — арестовать. Держать в темнице на воде и хлебе до окончания праздника, а после прилюдно выпороть!

— Как прикажете.

— И конечно же, никто из княжеской семьи не прибыл сегодня, верно? Прислали подарок, откупились. — я усмехнулась, вскакивая с места, а за мной поднялись и мои друзья. — Да сядьте вы! И сколько еще мне терпеть подобное от Цимбидиум? Мне ничего не стоит уничтожить их. Империя с 3-х сторон окружает их, ночи не пройдет, как княжество станет землей, которую я раздарю маркизам да баронам.

— Ваше Величество, но ведь торговые отношения с королевством Фахлей, что за восточным морем, выстроены только благодаря княжеской семье, — напомнила Ракель.

— Потому что почти весь флот империи княжеский, да и Фахлей языческая страна, еще теплящая мечты о привитии своей веры Цимбидиуму, — мое тело бездумно бродило по комнате, не способное иначе вытерпеть всю эту злость, — княжество не смогло полностью отречься от первобытных традиций, да и идеи многоженства им близки, вот они и смотрят на восток, лелея мечты оставить Халькопирит позади, как дурное воспоминание.