Чтение онлайн

С любовью и уважением, тоскующая по вам жена, императрица Аннабель".

— Это и есть поместье Вильямс? — Карлайл указал в окошко, жмурясь от яркого света.

— Верно.

Бело-синий особняк красовался на возвышенности, объятый с двух сторон виноградниками, а с третьей морем. Дом, в котором мне довелось провести так мало времени, но который сослужил мне огромную услугу.

Признаться, я нарушила закон. Получив в распоряжение здешние земли, мне сразу стало понятно, что достаточно времени для заботы об этом месте у меня не найдется, так что я поставила управляющими этой землей брата и невестку Ракель, но запретила называться доверенным лицом, а представляться графом и графиней Вильямс. Благодаря этому, пока Дитрих Вильямс с женой по моему приказу занимались развитием угодий, они так же вписались в светское общество, что позволяло им шпионить для меня.

— У вас лицо просветлело, — заметил рыцарь, — впервые за 4 месяца.

— Хочу хотя бы на пару дней забыть, что мне чуть за 30, я вдова с 3-я детьми, которую не прочь убить с дюжину влиятельнейших людей этой страны, — с улыбкой ответила я.

— Как об этом забыть можно? — его лицо скривилось. — И стоит ли, если есть угроза вашей жизни?

— Безопасность моя в твоих руках, — я пожала плечами, — так что просто рассчитываю на тебя.

Выстроенные в ряды слуги встречали нас у поместья вместе с Дитрихом и Авророй.

— Приветствуем, Ваше императорское Величество, — объявила графская чета, — молимся о вашем здравии.

— Взаимно, мои дорогие. Аврора, как твое здоровье? Когда ты готовишься к родам?

За неспешным диалогом прошла прогулка по саду поместья и совместный ужин. Впервые за годы увидеть закат с террасы под шум наката волн было незабываемо. Солнце неспешно опускалось к воде, давая мне насладиться прекрасным зрелищем.

— Море цвета ваших волос, — с улыбкой заметила Аврора.

— Завтра будет жарко. Вам действительно стоит отправляться в деревню в такую погоду еще и с одним сопровождающим? — озабоченный граф налил мне еще вина.

— Я же буду под маскировкой, так что переживать не о чем. И неужели в империи все так плохо, что мне бы попытались навредить, едва признав монарха?

— Конечно нет!

— Кажется, я перебрала с вином, — призналась я, — но должна похвалить вас, ведь случилось это из-за прекрасного вкуса, позволившего мне забыться.

Путь до покоев мне помнился уже достаточно смутно, ведь едва встав на ноги, я сразу осознала, что состояние мое хуже, чем представлялось до этого. Воспоминания обрывались на кровати, где мой нечеткий взгляд смотрел в распахнутые окна, за которыми легкий ветерок трепал кроны деревьев. Мирный сон был не долог, ведь внезапное пробуждение ночью открыло мне чужое присутствие в комнате и абсолютное отсутствие контроля тела.

— Ты с первого взгляда полюбила эти земли, — заговорила тень у окна, вызвав мурашки по всему телу, — я так рад, что ты начнешь свое путешествие отсюда.

— Уходи, — хоть губы и не двигались, но тень все же обернулась на мои слова, — прошу, Дориан, оставь меня…

— Ты совсем не соскучилась по мне? — фигура моего мужа вдруг оказалась на краю кровати.

— Как ты можешь так говорить? Я сбежала из дворца из-за невозможности избавиться от мыслей о тебе, но ты последовал за мной. Зачем ты продолжаешь меня мучать?

— Видимо, ты никак не можешь отпустить меня, ведь я всего лишь твое видение, — сквозь слезы я видела лишь знакомую улыбку.

Поцелуй коснулся моего все так же недвижимого тела, после чего я смогла проснуться. Рассвет.

Моей первой целью была деревня у степей рядом с графством. Когда-то на этих землях было царство, вся информация в плоть до названия о котором была уничтожена из-за сопротивления народа. Люди были настолько патриотичны и так агрессивны в своем неподчинении завоевателям, что был отдан приказ казнить любого, кто упомянет имя павшего государства. Если в подобном месте, где до массовых убийств отказывались принимать новую веру, не сохранилось воспоминаний о легендах и повериях, то искать их на других землях почти бессмысленно.

— Формально я нахожусь здесь до начала следующей недели, когда буду вынуждена вернуться во дворец для проведения праздника в честь рождения Богини, — отдавала я указания Дитриху, — так что письма будут приходить вам. Я оставила список писем, которые стоит оставить нетронутыми, какие вскрыть и по надобности доложить мне об изложенной информации. По несрочным вопросам не беспокоить, в особых случаях связываться с Теодором.

— Но он же во дворце.

— Мой камергер обладает надоедливой способностью находить меня в любой точке этой огромной страны. К тому же, с большей частью вопросов он проинструктирован разбираться самостоятельно.

— Что ж, тогда я спокоен, — граф улыбнулся, — кстати, вам очень одет, Ваше Величество.

— Благодарю.

Мне тоже нравился грим, хоть и было так странно смотреть в зеркало. К тому же, здешняя мода стала мне совсем чужда, так что в легком светлом платье казалось, что тело едва ли прикрыто, словно меня одели ко сну. Однако, рано проснувшись, я вышла в сад, где обычно проводились пикники и чайные вечеринки, чтобы просто пройтись босиком по свежей зеленой траве. Наблюдая за пробуждением дня, ощущая голыми стопами влагу россы и вдыхая прохладный воздух, мне казалось, что я стала чуть более живой, а мир хоть на каплю, но менее невыносимым.

Мы с Карлайлом сели в скромную наемную карету, намереваясь провести в дороге около трех часов. Пейзаж постепенно менялся с виноградников на необработанные поля, которые я пометила на небольшой карте. Местный климат был подходящим для выращивания фруктов, так что я намеревалась раздать местным дворянам больше земель и проложить несколько новых дорог к вратам, чтобы север мог получать фрукты по более выгодным ценам.

— Такие просторы и всего 30 врат, — с задумчивым видом смотрел в окно мой спутник.

— Я уже нашла нового мастера, который сможет продолжить строительство врат. К сожалению, он еще юн, так что может лет через 5…

— Выходец академии Суран?

— Верно.

Суран звали 4-ю императрицу Халькопирит, которой счастье в браке уготовано не было. Император Мартин считал ее чем-то равным короне — символом его власти, так что после рождения единственного сына он забыл о ее существовании окончательно. В то время империя находилась в разгаре своих завоеваний и Мартин лично участвовал в войне, так что в столице находился крайне редко, да и страсти к политике никогда не испытывал, от чего сделал своим регентом младшего брата.

«Наставница ошиблась, назвав моим мужем императора. Я обручена с империей», — так писала о своей жизни Суран. Забота о народе стала для нее отдушиной, а для будущих поколений — нерушимыми законами. Нескончаемые военные походы породили такое количество сирот, что императрицы издала свой самый главный указ для дворян, который все еще красуется в кодексе империи.

'Главная ценность империи и главная его сила — народ.

Каждый осиротевший ребенок в возрасте до 18-ти лет имеет право просить помощи в любом фамильном доме империи, а дворянин не может отказать в помощи своему подданому. Дитя, не способное самостоятельно сохранить и обеспечить свою драгоценную жизнь, будет определен на подходящую работу при дворе или же отправлен в столичную академию'.