Чтение онлайн

– Он стоит своих денег. Это самый чистый препарат, - Джек медленно качнул головой.
– Одной дозы хватает почти на полгода. И с чего он зовётся наркотиком? Голубой вызывает привыкание после года использования. Красный - через два месяца. Вот это наркотики.

– Ничего себе. У зелёного эффект длится гораздо дольше, чем у всех остальных, - Питер наморщил лоб. Крейяр вздохнул, поднял голову, устраивая её удобнее на подголовнике кресла, и поинтересовался:

– Ты состоишь на учёте в клинике?

Парень хмыкнул.

– До двенадцати лет состоял. Сейчас нет. Это дорого. Да и препараты, которые они прописывают не бесплатные. Самое дешёвое, что можно найти в клиниках - курс красного, раз в неделю, тринадцать недель, три месяца, четверть года.

– Красный, - презрительно протянул Джек.
– Четверть года. Привыкание. Ломка. Препараты, ослабляющие мнимую потребность организма в красном. Гадство. Самое отвратное, что большая часть аугментированных сидит на нём.

– Я беру фиолетовый на нижних рынках. Себе. Сестре - синий. Иногда голубой, когда получается подзаработать. Она не воспринимает ничего хуже синего.

– Пусть тоже сидит на фиолетовом. И чего ты с ней так носишься?
– проворчал мужчина. Уже и мысли текли будто через вату, но это была одна из немногих неприятных особенностей зелёного. Питер сжал кулаки.

– Она - единственная, кто у меня остался, - процедил он сквозь зубы.

– И, несмотря на это, она совершеннолетняя. Пособие по инвалидности на неё ты не получаешь, насколько я знаю. Она же не инвалид? При этом она не работает. Знаешь, Пит, мне кажется, что именно она довела тебя до такой жизни, довело её содержание. Ведь трущобы всего чуть-чуть ниже того места, где мы сейчас. Чуть-чуть.

– Она умирает, - едва слышно выдохнул мальчишка, уткнувшись взглядом в пол.
– И у меня нет денег, чтобы помочь ей. Только чуть-чуть облегчить её жизнь, покупая не самый паршивый электрик.

Джек сжал пальцами переносицу. Мотнув головой - привычное действие, чтобы привести мысли в порядок, - мужчина поднялся из кресла и коротко хлопнул парня по плечу. Надо было сделать одно дело, пока он не забыл о нём в расслабляющей неге зелёного.

– Питер, - начал он ровно, - иди-ка домой. Сегодня у меня есть заботы, не требующие твоей помощи. Считай, это внеплановый выходной. Проведи его с сестрой, раз так её любишь.

Пит неуверенно встал на ноги и недоверчиво посмотрел на начальника из-под отросшей чёлки.

– День только начался, - негромко сказал он, но потом слегка улыбнулся, опустив голову, и поспешил наружу. Джек проводил его сгорбленную фигуру взглядом.

– Дерьмо, - выдавил он, помассировал виски, пытаясь избавиться от тягучего, обволакивающего и расслабляющего тепла препарата, и щёлкнул кипятильником - вода в нём стояла ещё вчерашняя, а гонять за свежей было уже некого. Пока чайник шипел и плевался точно змея, Крейяр вытащил из завалов оборудования - это было достаточно хорошее место, чтобы спрятать какую-нибудь мелочь, отвлекающую во время приёма, - интерлок и нацепил его на ухо. Отозвались на его зов практически моментально.

– Здорово, Крей, - раздался в наушнике голос.

– И тебе того же, - бросил в ответ хирург, делая себе бутерброд. Всё-таки хотя бы раз в день нужно было поесть.

– Решил развлечь меня, а?
– усмехнулся человек.
– Уж прости, но у меня работы, как грязи.

– Механик, кончай придуриваться, - устало попросил Джек.
– Дело есть. Какого хрена ко мне приходит мужик с военными протезами и говорит, что его прислал ты?

– W-54 и I-303?
– он явно заинтересовался.
– Не думал, что он рискнёт. В общем, он с неделю назад завалился ко мне, заказал пару деталек и ненавязчиво так завёл разговор о хороших докторах. Я удивился и послал обратно к тебе.

– Ты больной, - проворчал Крейяр, как-то пропустив последние слова.
– Когда-нибудь твоя жажда поиграть тебя прибьёт.

– Да брось. Ясное дело, что совершенно случайно на меня вышел и мало представляет насколько крупную рыбу видел, - Джек был уверен, что на том конце пожали плечами.
– Зато ты хоть на него посмотрел. Ты же на него хорошо посмотрел?

– Конечно, хорошо, - фыркнул Джек.
– Модельный номер инженерного протеза следующий, записывай. F-29-B-44-I-I. Дашь нашим хакерам установить его личность?

– Естественно. Например, Мартин из четвёртого уже заскучал без дела, - Механик замолчал на миг.
– И, кстати, я не давал этому парню твою кодовую фразу. Он и ко мне пришёл с твоей.

– Тогда какого..?

– Кто-то прокололся, - проговорили с лёгким смешком.
– Не тот код употребил.

– Мой код? Значит, кто-то и откуда-то его узнал, - качнул головой хирург, закидывая в рот кусок хлеба.
– Ладно, потом поговорим при встрече. Одноразовый канал скоро себя исчерпает. Когда наш умник отыщет новый?

– Секунду, - попросил Механик, и в наушнике прозвучали приглушённые расстоянием голоса.
– Он говорит, через пару дней. А ещё просит прибить тебя при встрече. Он уже задолбался потраченные тобой каналы переделывать.

Джек невольно, но сдержанно рассмеялся, откинулся на спинку кресла и потянулся за сигаретами.

– Да этот компьютерный торчок в дикий восторг приходит каждый раз, когда нужно что-то сделать.

В наушнике раздался короткий смешок.

– Я ему передам, - пообещал Механик.
– До встречи, Крей.

– До встречи. Если будет что интересное о том парне, передай мне.

4. Страх

От Эдварда не было никаких вестей и на следующий день. В сердцах Вьес чуть не разбила экран модуля, когда вызов в десятый раз заканчивался одним и тем же сообщением: "Ожидайте". Кристалл на мониторе даже не треснул, только низко загудел, когда девушка треснула по нему настольной лампой в тяжёлом металлическом кожухе. А вот рука от сильного удара заныла, боль отозвалась в правой руке, и, откинув лампу, Вьес стиснула зубы, машинально накрыла плечо ладонью и замерла, глубоко вдыхая и выдыхая. Когда первая, самая острая боль схлынула, девушка зло смахнула выступившие слёзы, нашла в сумке выданное Джеком средство и вколола его себе. Облегчение наступило резко. Мысли прояснились, но тело словно отказалось подчиняться - против воли Вьес растянулась на диване, почти не чувствуя ног и рук. Она пролежала так пару минут, слушая стук, с которым менялись цифры на экране часов. В баре ей следовало появиться ближе к полудню, Беннет милостиво отдал ей вечернюю смену.

Ожил модуль. Его звук противным писком ввернулся в уши, и девушка, шипя от раздражения, поплелась расчищать завалы тряпья.

– Доброе утро, Клайв, - с лёгкой издёвкой проворчала Вьес, как можно естественнее повернувшись к мужчине здоровым плечом. Тот поставил локти на стол, сцепил пальцы в замок и посмотрел на девушку исподлобья. Буквально несколько мгновений они оба сидели молча, изучая друг друга, будто противники перед боем.

– Если бы ты знала, что я собираюсь тебе сказать, - вздохнув, нарушил молчание мужчина и, покачав головой, откинулся на спинку своего кресла, сложил руки на груди.