Чтение онлайн

— Отлично. Начну с самого важного: почему Вы это сделали? Почему позволили Вашему бывшему мужу разрушить наши жизни? Вы же адвокат, чёрт возьми! А мы любили друг друга. Да плевать мне было на угрозы её отца, я знаю законы. Я бы сделал ей предложение, а она…

— Согласилась бы, — прервала меня женщина, — я знаю. Она без раздумий бы согласилась.

— Да! И мы были бы счастливы. Возможно сейчас Вы были бы бабушкой, чем чёрт не шутит? Но почему Вы так поступили?

— Я не поняла. Не поняла силу ваших чувств. А думала, что это обычная первая любовь ещё юной девочки, что она немного пострадает, а потом влюбится в кого-нибудь ещё, как я, во время своей молодости. Тоже ведь думала, что я с этим человеком навсегда. Строила планы, выбирала в 16 лет день свадьбы и имена будущих детей. Но я ошиблась. Моя любовь и рядом не стояла с вашей. И если бы я знала, что всё случится так, я бы не позволила этому произойти. Мне жаль. Жаль, что произошло с вами. Мне жаль, что произошло с тобой, жаль тебя. Прости меня, — говорила Наталья дрожащим голосом.

— Что? Жаль меня?

— Вань, я знаю. В отличие от Маши.

— То есть, Вы об этом говорили мне в больнице, когда сказали, что она не знает об этом?

— Да. Она не знает, что ты пытался покончить с собой. И…, — голос женщины уже был готов сорваться. Было видно, каких усилий стоило ей не заплакать. Пришлось прокашляться, смахнуть возможные слёзы с глаз, и лишь тогда она продолжила, — что её бывшей подруги уже нет. Прости меня Ваня, если сможешь.

— Наталья Игоревна, хватит, это уже в прошлом, — мягким голосом говорил я.

— Да, в прошлом. Но я не сидела сложа руки наблюдая за тем, как твоя жизнь превращается в кошмар. Психолог, к которому ты всё время ходил, на самом деле не бесплатный. И да, я попросила его, чтобы он надоумил тебя стать сиделкой у Маши.

— Да, теперь понятно, почему я прошёл в магистратуру на юридический. Да и почему док настоял на том, чтобы я согласился на роль сиделки тоже понятно.

— Нет-нет, с поступлением на юрфак я не помогала. Это всё ты. Ты ведь большой молодец, что после всего этого смог найти в себе силы на учёбу и успешно сдал вступительный экзамен в магистратуру. Так что Вань, если что, то через год я жду тебя в качестве своего помощника.

— Попахивает аристократией блата. Но я подумаю о Вашем предложении, спасибо.

Мы оба успешно сдали сессию, и даже умудрились не слететь со стипендии. Оказывается, я что-то могу и без поводка Натальи Игоревны. Недели пролетали одна за другой. А мы с Машей были вместе. Близилось окончание лета, а с друзьями я так и не виделся. Почему? Потому что знал, что они друзья. И с ними я ещё успею навидаться в будущем. Успеем и ночёвки устроить, и в футбол сходить с парнями. Но Маша… Не знаю почему, но у меня складывалось впечатление, что это всё ненадолго. Что вся эта идиллия скоро закончится. Хотя казалось, что теперь ничто не разлучит нас. И действительно, со стороны мы, наверное, виделись той самой идеальной парой, у которой конфетно-букетный период в самом разгаре. Прогулки за ручку от заката до рассвета, невинные поцелуйчики, восхищенные глаза, устремлённые друг на друга. Да, восхищенные, но вместе с тем не лишённые и внутренней боли. Отпечаток той боли и тех страданий, которые мы пережили.

— Вань, что-то не так? — спросила меня Маша в один из таких моментов.

— Что? Нет, со мной всё в порядке.

— Просто мне кажется, что тебе до сих пор больно на меня смотреть, — сказала девушка, опустив голову.

— Хей, Маш, это не так. Ну-ка выше голову, я же люблю тебя. И смотрю на тебя влюблёнными глазами, прямо как раньше.

— Нет. У нас у обоих взгляд изменился. И изменился одинаково. Что случилось? Расскажи же мне, — взмолилась Маша, — что тебя гложет внутри?

— Это…, — сказал и замялся я. Смысла врать не было, она видела, что со мной что-то не в порядке. Но и говорить сейчас всю правду я не могу. И смогу ли когда-нибудь? — это просто с непривычки. Это всё из-за того, что я долго ненавидел и любил тебя одновременно. И как оказалось ненавидел напрасно. А сколько времени мы потеряли?!

— Да, сейчас бы возможно моя мама была бы уже бабушкой, — усмехнулась Маша. Отлично, я смог выкрутиться на этот раз, но если такие отмазки будут звучать постоянно, то это вызовет недоумение.

— Это точно, сейчас бы сидела с грудничком, пока мы тут гуляем за ручку.

— Да, — мечтательно сказала Маша. — А как бы ты назвал наших детей? Мальчика и девочку.

— Ох, да я даже не думал об этом. Так что и не знаю. А ты?

— Димой и Настей, — сказала Маша и засмеялась. — Слушай, Вань, а у тебя были отношения до меня? Ну, то есть получается между мной и мной? Только честно, это за измену считаться не будет.

— Да у меня и в мыслях не было врать. Не было у меня никого. Но я пытался. Много общался, звал на свидания. И очень редко всё ограничивалось одним свиданием. И вроде всё было хорошо. Но вот второе свидание, третье, четвёртое, а на прощание мы всего лишь обнимаемся. И вроде себе в голове говорил, что нужно поцеловать, но никогда не делал этого. Наверное, потому что понимал, что за поцелуем пойдут настоящие отношения. А их я боялся. Не в последнюю очередь из-за тебя конечно. Ну а после нескольких таких свиданий я больше не звал девушек. Зачем морочить голову человеку, если я понимаю, что ничего не выйдет? Вот и вся история моих любовных похождений. Не очень увлекательно, знаю. Но детей Димой и Настей мы точно не назовём! — сказал я смеясь.

Да, Димой и Настей. Те люди, которые якобы разрушили наши отношения. С кем якобы мы изменили друг другу. А у неё есть чувство юмора. Она начинала сиять, как и раньше. И разумеется, я чувствовал свою главную заслугу в этом.

Наталья Игоревна, как явно заинтересованная сторона в нашем воссоединении, нередко ночевала либо на работе, либо у подруг. Замечательно проведённый вечер, а затем и ночь с Машей, сладкий сон, который был нарушен звонком на телефон. Но не на личный, а на служебный, специально купленный для этого кнопочный телефон. Половина четвёртого ночи.

— Да? — спросил я.

— Я не ошиблась номером? Это…, — нервно отвечал женский голос на той стороне.

— Если нужна помощь, то Вы не ошиблись, — сказал я.

— Кто это? — спросила спросонья Маша.

— Подождите немного, — сказал я и прикрыл микрофон рукой. — Всё хорошо Маш, это по работе. Извини, не хотел тебя будить. Так вышло. Я выйду на кухню, поговорю и вернусь. Ложись спать. Завтра у нас будет насыщенный день, так что надо набраться сил. А я поговорю и лягу к тебе под бочок. Хорошо?

— Да, хорошо, — ответила Маша, а я, накинув халат, пошёл на кухню, предварительно закрыв за собой дверь.

— Вы ещё здесь? — спросил я.

— Да. Здесь.

— Хорошо. Говорите, пожалуйста. И да, как я могу к Вам обращаться?

— Вика. А Вас?

— Серёжа. Давайте теперь на «ты». Скажи, пожалуйста, Вика, почему ты решила позвонить на этот номер?

— Мне посоветовала Вас, то есть тебя моя подруга. Ты ей раньше помог.

— Вик, ты позвонила мне не потому что, я помог твоей подруге, а она сказала, что я ей помог. На частный номер психологической помощи редко когда звонят просто так. Да ещё и посреди ночи. Вика, что случилось?

— Я… Я даже не знаю с чего начать. Всё это странно, бред какой-то. Тебе всё равно ведь будет. Ладно, извините что позвонила и разбудила.

— Вика подожди! Не надо думать, что проблема пустяковая и нет, мне не всё равно. Пожалуйста, поделись со мной своей проблемой.

— Хорошо. Даже не знаю с чего начать. Серёжа, я не хочу жить, — сказала Вика и замолчала.

— Вик, продолжай. Почему ты утратила желание жить? Я конечно могу начать гадать, но будет лучше, если ты сама проговоришь всё, что тебя беспокоит. Это правда поможет. Не бойся. И доверься мне. Я не осужу тебя. И уж тем более не буду смеяться над твоими, как ты возможно думаешь пустяковыми проблемами. Ну так что, ты продолжишь? — спросил я и в ответ тишина. — Вика, ты здесь?