Чтение онлайн

Глубокий вдох.

Выдох.

Закрыть глаза — так будет проще…

Никому, кроме самого мага, нет доступа внутрь его эррэ. Туда, где живут все аспекты его Силы.

Мертвый Дар спал.

Здесь он выглядел как серое облако щупалец, каждое из которых было вооружено сотнями загнутых когтей. Лишь образ, конечно. Также, как аспект Дара, принадлежащий Земле, был озером кипящей лавы, а аспект Дара, принадлежащий Воздуху — грозовой тучей, несущей сотни торнадо…

Внутри эррэ все было лишь символом, иллюзией, плодом воображения Арона.

Не нужно было взбираться по щупальцам, чтобы оказаться внутри серого облака, нужно было лишь пожелать этого.

Мертвый Дар продолжал спокойно спать.

В руке Арона появился меч, словно выкованный из солнечных лучей — такая же иллюзия, как и все остальное. Но пронзить мертвому сердце куда проще, чем вырвать голыми руками.

Арон ударил — в самую середину серого облака. Ударил иллюзорным мечом, вливая в него всю Силу и решимость.

Мертвый Дар содрогнулся — и тут же острая боль прошла по позвоночнику Арона, а потом клещами сдавила сердце. Дыхание перехватило.

Но Арон продолжал вливать Силу.

Еще.

Еще.

И еще.

Когда он открыл глаза, в комнате ничего не изменилось. Все тот же белый потолок, все те же белые стены и все тот же яркий день за окнами.

Внутри него изменилось все.

Его Мертвый Дар был…

Ха!

Да, его Мертвый Дар был мертв!

Как и говорилось в послании Первого Императора, Арон пронзил сердце мертвого, чтобы не слышать его зов. И теперь его эррэ кровоточило Силой, потому что на месте Мертвого Дара осталась огромная рваная рана.

Раненное эррэ по-настоящему болеть не могло, а вот материальное тело — вполне. Острая боль ушла, осталась тупая, растекшаяся по всему телу. Словно его избивали — долго и усердно.

Арон заставил себя сесть, потянулся к заплечному мешку, который прежде бросил на ковер рядом с собой, и перевернул его. Несколько черепов — два из них человеческие, один — эльфийский, и еще один — трехглазой химеры — выкатились на пол. И от каждого черепа падала тень — как теням и положено падать.

У Арона не было врожденного таланта к управлению Тенями, как не было такого таланта у Джата Пеларе. И Вечный тоже ни разу не проявил такой способности. За три года своих странствий Арон сделал несколько попыток освоить Тени, но результаты оказались настолько слабыми, что в итоге он махнул на это рукой.

Но если он правильно понял послание Первого Императора, то именно Тени должны были помочь ему быстрее залечить рану в эррэ. Маг с дырявым эррэ — это даже не смешно…

Теорию Теневой магии Арон знал неплохо, но теория — это одно, а практика — совсем другое. Хотя многого ему и не требовалось, всего лишь «скрыть шрам под тенями». Это он мог сделать даже сейчас, с почти пустым резервом. Нужно было захватить Тени мертвецов — они поддавались куда проще, чем Тени живых, — втянуть их внутрь эррэ, превратить в нити и сплести из них простейшую сеть, чтобы наложить поверх раны.

Тени поддались неожиданно легко. Словно сами втянулись внутрь, растянулись в нити и сплелись в сеть. И впитались в рану, перекрывая путь истекающей Силе.

Все.

Точно все.

Он сумел.

Теперь оставалось лишь ждать — и жить на территории храма, под покровительством Многоликого, в его санктуарии, пока эррэ не заживет, а резерв не наполнится Силой.

Арон позволил себе упасть навзничь, позволил себе закрыть глаза и расслабиться.

А потом, как уже было однажды, несколько месяцев назад, к нему вспышкой пришла мысль — словно божественное откровение. Он увидел прямую, широкую дорогу, ведущую вверх, вверх, вверх, к Силе, к мести, к власти и славе. Ту дорогу, по которой его должен был провести Мертвый Дар. Он увидел, как отшлифованные плиты этой дороги прорезаются трещинами, как крошатся в песок, как дорога, ведущая вверх, рушится, раскатывается в щебень. Как дорога перестает существовать.

Его путь вверх больше не будет прямым и простым.

Но неважно, каким этот путь будет, главное — Арон пройдет его хозяином своего Дара, а не его рабом.

Существо смотрело на старшего тэрэсэ.

Старший тэрэсэ смотрел на Существо.

Это длилось всего мгновение, но Существо успело увидеть, как одна за другой несколько эмоций сменились на лице тэрэсэ — удивление, гнев, понимание. И как последняя эмоция исчезла с его лица и там не осталось ничего.

— Что ты делаешь здесь, Керс? — тэрэсэ спрашивал спокойно, но смотрел цепко, и глаза его были холодными.

Объясни ему… — начал двуногий, душа которого пряталась внутри Существа, но Существо не стало его выслушивать. Оно Само знало, что следовало сказать старшему тэрэсэ:

— Не притворяйся, человек. Ты знаешь, кто Я на самом деле.

Лицо старшего тэрэсэ осталось бесстрастным:

— И кто же?

— Ты можешь называть Меня Великим Уррием, — позволило Существо. — Ты будешь отвечать на Мои вопросы и делать то, что Я велю.

— И почему я буду это делать?

Существо пожало плечами — непроизвольное движение, пришедшее вместе с человеческим телом:

— Потому что ты хочешь жить. Все люди хотят жить.

Старший тэрэсэ ничего не ответил на это, и казалось непонятным, было его молчание знаком согласия или несогласия. Поэтому Существо зачерпнуло в бездонном колодце Своей Силы и велело магии окружить тэрэсэ непроницаемым коконом.

— Это необязательно, — ровным тоном сказал старший тэрэсэ, — я никуда не убегаю.