И пришел жнец. Альфарг
Шрифт:
– Примечательный случай, – согласился я, – Но только что плохого в том, что у парня открылся такой дар? Что плохого в лечении? Было бы скверно, если бы он оживлял мертвых, или зомбировал своих соседей, или… Вас заботит не сам факт исцеления неофитом, верно? Вам нужно знать, как он сделал это, не используя руны?
– Именно, – хмуро подтвердил Эрмегис, – Ты понимаешь, что это ставит под удар все, чему учат чародеев? Если раньше в захолустье объявлялся некий талант, предрасположенный к магии с рождения, это нас не волновало особо, ибо все он делал по правилам, пусть даже и неосознанно. Инстинктивно рисовал первые руны на стенах, превращая мать или отца в жабу. Или чертил символы на камне, чтобы отвадить местных хулиганов ядовитыми змеями. Но то, что произошло в Синих Пеньках…
– Ты сам-то видел, как он исцеляет?
– Нет, не видел. Но видели мои информаторы, а я им доверяю. Это еще не все, Кайетан. Дальше будет интереснее. Для тебя, как для специалиста. После того, как Верьез стал новым мессией, а слава о его божественном прикосновении пошла дальше, на поклон к нему, а следовательно, и на исцеление, стали стягиваться все новые и новые люди, точно, как мухи на навоз.
– Это логично, и?
– И тогда в Синих Пеньках стали происходить странные события. Сперва протухла и скисла вся чистая вода. Потом, местные рыбаки нашли заводь, полную дохлой рыбы. Дальше смолокуры натолкнулись на поляну, из которой некая сила вытянула все цвета. Я был на этой поляне. Огромная, черная, словно выжженная изнутри. Деревья перекручены, ни одной травинки. Абсолютно мертвая и пустая. Словно…
Конец ознакомительного фрагмента.