Чтение онлайн

Забавная ситуация. Смешно.

– Тише, народ! – воскликнул Клем, поднимая руки и призывая к спокойствию. Как ни странно, его почти все послушались. – Я считаю, что каждый волен выбирать: верить ли ему в мистику или нет. Наш город иногда кажется не совсем простым, отчего и складывается ощущение, что в нём обитает некоторая мистика. Некоторые утверждают, что видели нечто странное. Но я хочу сказать, что… Эм, называть десептиками тех, кто верит в мистику, грубо и неправильно.

– Да! – закричали одна половина класса.

– Нет! – возразили другие.

Третьи вообще молчали и не понимали, что происходило. Наверное, к ним относился и я, потому что тоже не до конца понимал, зачем Клем устроил всё это представление. Он явно был умнее всех остальных, раз понимал мои слова и соглашался с ними, но что-то никак не давало ему пробиться сквозь стену стадной тупости.

Люди ведь чем-то похожи на стадо. Одинаково мыслили. Одинаково спорили. Ругались. Возмущались. Шли за кем-то, верили в кого-то. Как бараны, которым не хватало своего личного «я», поэтому они решили совместить их всех.

И избежать реальности.

– А кто придумал вообще про десептиков? – спросил Клем, всё так же стоя на парте и смотря по сторонам. – Кто придумал десептизм?

Резкая, неожиданная тишина наполнила класс. Казалось, всё затихло даже в коридоре, где обычно бесились младшеклассники. Казалось, весь мир оглох. Пух! – и никто больше не слышал. Не дышал, не чувствовал, не мыслил.

Тишина.

Которую я прервал.

– Это я придумал.

II: И разум покорил веру

Тем, кто верит, доказательства не нужны. Для тех, кто не верит, доказательств не существует.

Стюарт Чейз

Мне повезло. Удивительно, но это так.

В следующую секунду прозвенел звонок, который спас меня от расспросов и негодований Клема. Не думал, что мне когда-нибудь не захочется отвечать на чьи-либо вопросы. Обычно я с охотой отвечал, но не так часто у меня вообще что-либо спрашивали. Все боялись, что я сейчас как открою рот – так и не закрою его.

Никто не хотел спастись от своей темноты.

Как печально. И забавно одновременно.

В класс вошла учительница со стопкой бумаг в руках. Всем тут же стало ясно – контрольная работа. Женщина объявила, что тот, кто напишет, может идти домой, потому что был уже последний урок. Это меня даже порадовало. В голове появился план: быстрее написать и скорее уйти, чтобы не разговаривать с Клемом до завтрашнего дня. Это был мой шанс заранее продумать речь и всё ему объяснить. Завладеть его наивностью, передать ему свои идеи, найти себе помощника.

Превосходный план.

Я даже почувствовал себя злым гением, который хотел набрать как можно больше сообщников и с помощью них завладеть миром. Для того, чтобы спасти его.

Идеально. Просто идеально. Чертовски хорошо.

Ощущение собственного достоинства и триумфа завладело мной так сильно, что я даже не заметил, как улыбался. Видимо, от одиночества совсем помешался. Может, тогда Клем был моим спасением? Началом перемен? Кто знал.

Полчаса – и контрольная работа по алгебре была решена на отлично. Избегая глаз одноклассников, которые либо презирающим, либо равнодушным взглядом провожали меня, я как можно скорее вышел из класса, чуть ли не забыв попрощаться с учительницей. Одевшись, я вышел из школы и остановился перед длинной белой лестницей, ведущей вниз, где не спеша ходили люди и радовались ярким лучам солнца.

Сегодня и вправду был хороший день. Даже казался каким-то странным, не таким, как всегда. Может, это было связано с Клемом? Я чувствовал, что что-то изменилось. Может, не в округе, не в обществе, а во мне. Что-то дало расхождения, трещину в толстой, старой стене. И кто знал, к чему это могло привести.

Однако думать об этом не хотелось. Удивительно. Обычно мне всегда о чём-то хотелось думать. А тут… Странно. Видимо, день сложный выдался.

Мне хотелось любоваться Сандерелисом. Что это за город был такой? Он находился где-то посреди далёких лесов штата Орегон, в месте, где вечно светило солнце. Это было и вправду так. Солнце в этом городе словно не покидало небо. Редко когда оно исчезало за облаками или тучами. Оно светило каждый день, даже зимой и осенью, когда обычно должен идти снег или дождь. Наверное, именно поэтому в честь солнца и назвали город1.

Здесь всегда так ярко, тепло и уютно. Люди, численность которых составляла где-то чуьб больше тридцати тысяч человек, в этом городе были добрые, легкомысленные, наивные, вечно улыбающиеся и неравнодушные друг к другу. Не все, конечно, но очень и очень многие. Порой такая яркость даже раздражала меня. Слишком уж всё было в блеске: чистые дороги, яркая расцветка невысоких домов, множество кафешек, парков, развлечений, вкусных запахов. Могло даже показаться, что всё наполнено своеобразной ванильностью и ложью, скрытой под светом, но это было не так. Я сам убедился, наблюдая за этими людьми. Не все, но многие вели себя открыто, ничего не скрывали, всем помогали и всему радовались. И именно поэтому они во всё верили. Расскажи им сказку – и они поверят, что всё так и было. Всё существовало, что бы ты ни придумал.

Ха-ха, наивные. Забавно с такими развлекаться.

Втянув в лёгкие чистейший, освежающий, ещё не совсем осенний воздух, со странной улыбкой на губах я снял очки и достал из кармана тёмно-серого пальто чёрный платочек, чтобы протереть их. Могу заметить, что я всегда носил одежду и вещи тёмного оттенка: чёрные брюки, тёмно-синий пиджак, серая рубашка и грязноватые кеды цвета ржавчины. Я посмотрел на своё отражение в очках: чёрные кучерявые волосы, спадающие на лоб; толстые брови и слегка оттопыренные уши; глубоко посаженные, удивительно умные, голубые, как лёд, глаза; на лбу и щеках проявлялись новые прыщи; мягкая, бледная, не тронутая работой кожа; немного пухлое, из-за отсутствия сильных нагрузок и спорта, тело. Не сказать, что я был красив или уродлив. Скорее всего, просто неприметен. Мало меня кто замечал, ещё меньше, кто мог запомнить, как я выгляжу.

Было бы печально, но мне было плевать.

– Эй! У тебя снова загрузка, что ли?

За бодрым голосом Клема последовало похлопывание по моему плечу.

Чёрт.

План провалился. А всё из-за того, что я задумался. Как всегда.

Иногда из-за этого я что-то мог забыть, отвлечься, перестать что-либо делать и смотреть в одну точку, точно в ней мог найти смысл жизни. Было бы не плохо, если бы так оно и было. Но не интересно. Слишком просто для такого умного, как я. А умные лёгких путей не искали.

– Ты так быстро написал контрольную работу? – надевая очки, я равнодушно посмотрел на парня, светло-коричневые волосы которого слегка развевались на слабом ветре.

Удивительно, что ветер вообще сейчас был. Почему? Потому что из-за вечно светящего солнца в этом городе ветра чаще всего не было. Как и сильного мороза, дождей или снега. Здесь как будто всегда было тепло, радостно и спокойно. Точно маленький уголок рая.

Странно.

Только сейчас я заметил то, что это было и вправду странно. Весь этот городок был какой-то странный. Нет, даже не в солнце дело. Когда оно скрывалось, ночью, вот тогда становилось странно. В Сандерелисе темнота считалась особенно страшной, жуткой и ужасающей. Тени будто преследовали тебя на каждом шагу, всё больше сгущаясь и чуть ли не обретая физическую форму тьмы, которая на фоне Луны и леса казалась столь реальной. Наверное, именно из-за этого люди в этом месте так и верили во всякую мистику, и не нужны им были никакие доказательства этого.