Чтение онлайн

– ...в какой-то момент мне осточертел эгоизм Сеголен, я нырнул в ее сознание, но там было пусто. Не ощущалось и крупицы знакомой энергии вокруг, ничего. Тогда я понял, что дочь нашла лазейку, брешь в Астрале, и через собственный разум покинула тело, направившись в большой мир. Ее способности поистине невероятны, но вне тела, подкрепляющего силу, ограничены. Моя малышка может путешествовать не только по чужим телам, но и контролировать сознания, и я боюсь, как бы не натворила непоправимого. Понимаете, после предательства супруга, изменившего ей с другой женщиной, рассудок Сеголен повредился. В первые годы после трагедии, она только и делала, что днями и ночами бродила по Астралу в поисках мужа и детей, которых сама же убила, а когда я раскрыл правду, слегла, огородившись от случившегося в темные пучины души. Скажите, не происходило ли в Локронане нечто странное за последние месяцы?

Девушка напрягла память, перебирая, словно запутанные клубки нитей, последние события с момента их приезда в город, но в голове кружили страшные слова короля «может путешествовать не только по чужим телам, но и контролировать сознания», означавшие, что Сеголен Дю Тревилль может быть где угодно и в ком угодно. Однако кое-что Моник на ум все-таки пришло.

– Не знаю, подходит ли случившееся под определение странного, жандармерия не говорит ничего конкретного. Локронан разбит убийствами. Сначала наш учитель музыки, поговаривают любовница тому виной, а теперь погибают и подростки разного пола и возраста. Казалось бы, никакой связи между жертвами нет.

– А тот продюсер, как его звали...Эмильен Тома, точно! Его разорвали на кусочки, кажется, птицы выклевали его внутренности и глаза. Моник, ты помнишь?

– А...да-а! Еще он, забыла.

Ответила девушка на вопрос отца, бросив короткий взгляд на Беньямина, что не укрылось от Эгона, и он пронзительно взглянул на парочку, которая явно знала больше, чем говорила.

– Хм-м, что-нибудь еще? Птицы точно не имеют отношения к Сеголен, хотя я предполагаю, кто мог бы стать тому причиной, но это не наше дело. А вот убийства...знать бы о них подробнее. Вы сможете выяснить детали?

Беньямин Де Кольбер тяжело сглотнул вязкую слюну, но расслабился, отметив, что король даже не посмотрел на него, продолжая прикладывать сигарету ко рту, в задумчивости не обратив внимания, что та почти истлела.

– А еще...я часто видела в Локронане трех старых женщин. Они всюду следовали за мной, вели куда-то. Поначалу я считала их хадитами, но в отличие от ваших слуг, они не пытались заговорить со мной, а молча смотрели, щелкали беззубыми ртами и водили между кварталов, однажды пришли в нашу мясную лавку купить потроха...

– Это точно она, это Сеголен!

Воскликнул, перебивая Максанс Дю Тревилль, вскакивая с места. Эгон ошеломленно посмотрел на дочь, в его глазах застыла боль за свое дитя, сколько же пережила Моник, сколько тайн и страхов таила эта молодая и безусловно храбрая девушка.

– Три старушки выбраны ей не случайно. Это прообразы богинь, искаженные больным сознанием Сеголен. Она вкладывает в них свою энергию, малую толику разума, чтобы те казались почти настоящими, кроме разве что запаха, который невозможно скрыть.

Король теней перемещался по залу, размышляя на ходу, и поджигая очередную сигарету.

– Старушки чувствовали в тебе схожую с хозяйкой энергетику, ведь она твоя двоюродная тетя. Потроха, наполненные травами и магией, источают свой особенный аромат, напоминающий смесь гнили, лаванды, розы и вербены. Вероятно, она употребляет их в пищу, чтобы укрепить силу и пребывание своей души в чужих телесах. Сеголен может, как вытолкнуть чужое естество в живом теле, так и поднять мертвое, набив его тенями. Если смерть произошла недавно, и еще сохранила каплю собственного сознания, то отличить будет практически невозможно, но я могу дать вам одну из любимейших вещей Сеголен, чтобы вы смогли призвать ее. Дочь неизменно почувствует свою энергию и обратит на вас внимание.

Древний вампир присел на корточки перед Зоэ-Моник, протягивая нечто, зажатое в дрожащем кулаке. Когда пальцы его медленно разогнулись, девушка увидела на ладони маленькую куколку, сделанную из прядки огненных волос, как делали когда-то деревенские детишки с помощью колосков и джутовой нити.

– Ты видела ее там, в роще. Ты нашла дорогу в Астрале, значит, и отыщешь к ней путь в Локронане. Почувствуешь ее энергию, не обознаешься. Прошу, Зоэ-Моник верни мое дитя, боюсь, без нее мне незачем больше жить...

Кивнув, Моник взяла преподнесенный королем дар, спрятала во внутренний карман плаща, и тщательно завернула куколку в чистый носовой платок. Предстоит много работы, чтобы найти Сеголен, но она обязана вернуть девушку, а значит, понадобится вся помощь, которую только сможет найти. Напоследок король клана Такка, чувствующий себя обнаженным без хранимой части, принадлежащей дочери, произнес:

– И еще, может быть это не поможет вовсе, но я обязан сказать. Сеголен считает, что больше не сможет вернуться домой, не позволяет чувство вины за совершенное. Она, словно молитву, повторяла это раз за разом с той поры, может быть, вторит до сих пор.

Фраза показалась Зоэ-Моник знакомой, но от кого она ее слышала, не припоминала. Калейдоскоп воспоминаний закрутился перед глазами, и страх ледяной рукой сжал сердце. Если Моник слышала это от одного из своих знакомых, выходит Сеголен подобралась к ней близко, в то время как сама девушка с трудом могла разобраться с пугающими загадками, все сильнее погружающими ее в пучину отчаяния. Могла ли знать Сеголен о планах своего отца, решив самостоятельно найти Зоэ-Моник, но с какой целью? В чьем теле пребывает девушка, и кто из них настигнет цель первой?

Об этом думала Моник, буквально слыша тиканье, отмеряющее секунды, когда Эгон Гобей коснулся старинных посеребренных часов на своем запястье, одолженных Матэушем Де Кольбером, силуэты дочери и отца охватил яркий свет, рассеивая сумрак Астрала, унося прочь в ежесекундно меняющийся мир.

Глава 20

Как только забрезжил рассвет на горизонте, чета Гобей, вместе с дочерью, Беньямином Де Кольбером и вызвавшимся помогать Эрве Дюшармом расположилась в библиотеке, просматривая старые газеты на наличие идентичных преступлений за последние годы, чтобы выяснить, когда именно начались убийства, и можно ли в действительности связать их с деятельностью Сеголен.

– Хорошо бы поговорить с очевидцами и близкими погибших. Будет лучше, если этим займусь я и Эрве, мы не вызовем подозрений, не посеем панику, к тому же, у Эрве много друзей и знакомых среди подростков, ему они расскажут все не задумываясь. Беньямин, поможешь родителям?

– Без проблем. Как только мы что-то узнаем, я нагоню вас.

В подтверждение своих слов Беньямин кивнул, взглядом проследив за тем, как Эрве взял девушку за руку, крепко переплетая пальцы. С самого начала парень казался ему странным, а после откровенного разговора с королем теней он был готов подозревать всех и каждого, кто сумел подобраться к Моник стишком близко. Вдобавок, сомнения подкреплял запах, идущий от Дюшарма, становившийся навязчивее с каждым днем, но своими чувствами Бен не спешил делиться, так как знал, что Зоэ-Моник не поверит доводам, без доказательств, основанных исключительно на интуиции. Естественно, явных оснований подозревать возлюбленного девушки не было, ведь тот работал на ферме, а там какие только ароматы не пристанут к телу и одеждам.