И здесь колесо
Шрифт:
Ганн промчалась мимо него. Пилоты “Круга” были впереди, и бежали, так быстро, как только могли. Чтобы догнать их, потребуется двадцать секунд, и тогда игра закончится.
На площади располагались газоны, декоративные скамейки и несколько статуй поменьше. И люди, много людей. Убежавшие скрылись за морем тел, и Роберт понял, что они окружены.
Более пятидесяти разъяренных мужчин смотрели на них. Хмурые взгляды, сжатые кулаки.
Дело близилось к страшной развязке.
– Мы не знаем, чем вы здесь занимаетесь, - сказал, выступая вперед, бородатый мужчина лет пятидесяти, - но вы не с теми связались.
– Наши дела вас не касаются, - ответила Ганн, достаточно громко, чтобы ее можно было расслышать сквозь рокот толпы.
– Мы преследуем подозреваемых в терроризме. Пропустите нас!
Люди не обратили на это внимания, и продолжали наступать. Роберт переводил взгляд с одного местного жителя на другого. Он думал о том, как пережить следующие несколько секунд.
Ганн подняла пистолет и дважды выстрелила в воздух. Выстрел эхом отразился от зданий окружающих площадь. Толпа напряжённо замолкла.
– Я не буду повторять дважды, - крикнула Ганн в напряженной тишине. Она направила свое оружие на лидера. Роберт прищурился. Это были невинные люди, у которых нечего брать. Он протянул руку и медленно опустил ее оружие.
– Эй! Это же он. Это Гарри!
Возглас застал его врасплох. Голос был юным, высоким и проникнутым благоговением. Он увидел, что это девочка лет восьми или около того, совсем еще малышка. Она указывала на статую, и он понял, что это их шанс. Ропот толпы утих и перешел в шепот. Толпа указывала на него.
Подняв взгляд на статую, он увидел Роберта Гарри, одетого в разорванную форму Федерации, во всем его бронзовом великолепии, стоящего на вершине пирамиды из высеченного камня, одна нога на обломке, другая рука тянется к небу. Под его ногой была закреплена мемориальная доска. Слова, которые, будут преследовать его всю оставшуюся жизнь:
“Были смерти. Поражения. Потери. Но мы услышали зов, и пришли на помощь. Это наш долг!” – Коммандер Роберт Гарри, 31 августа 3293 года
Роберт застонал. Вот дерьмо.
Один мужчина шагнул вперед, широко улыбаясь.
– Роберт Гарри? Это действительно ты?
Роберт вздохнул, его плечи опустились под тяжестью, от которой он, возможно, никогда не избавится.
– Да.
– Можешь оставить автограф в моем блокноте?
– Мужчина полез к себе в карман.
Это разозлило Роберта.
– Хочешь мой автограф? Я пытаюсь спасти от гибели людей, а ты стоишь у меня на пути. Дорогу!
Толпа немедленно расступилась, их глаза остекленели, а глупые улыбки застыли на их лицах.
Роберт побежал вниз по дороге, Ганн следовала за ним, оставляя за спиной притихшую толпу. Люди из “Круга” бежали к следующему перекрестку. Хромающий мужчина повернулся, вскинул пистолет и выстрелил. Роберт отпрянул, почувствовав щекой жар лазерного луча. Он схватил свой "Дипломат" и выстрелил в ответ.
Мимо. Глаза Роберта расширились от удивления. Он проверил свой "Дипломат". Он еще ни разу не промахивался. Роберт выстрелил еще раз, и Хромой, развернувшись, врезался в борт MTV, разбив головой стекло, а затем рухнул на землю.
Машины, грузовики и пара беспилотных транспортных средств с визгом остановились. Трое других пилотов “Круга”, обернулись. Один из них бросил раненого напарника и вскинул пистолет.
Роберт выстрелил еще раз. Голова нападавшего откинулась назад, и он обдал бетон розовым туманом, прежде чем рухнуть на тротуар.
Осталось еще двое. По улицам разнесся вой сирен. Времени не было. Роберт прыгнул к пилотам и схватил одного за руку, а второго ударил пистолетом по голове. Тот отшатнулся и рухнул на дорогу. Роберт вытянул руку и направил “Дипломат” на водителя.
– Из машины! Быстро!
Мужчина выглядел так, словно собирался наложить в штаны. Он кивнул, и произнес слабым, дрожащим голосом:
– Хорошо.
Ганн, ударом по голове, вырубила пилота, которого держал Роберт и затащила его в машину. Вой сирен был уже близко, окружая беглецов со всех сторон.
– Внутрь, внутрь!
– подгоняла Ганн, затащив второго контуженного пленника в заднюю дверь и запрыгнула на водительское сиденье, Роберт, уселся рядом с ней и повернулся, целясь в пленников. Ганн торопливо завела двигатель и включила стеклоочиститель, чтобы смыть кровь с лобового стекла.
Позади них замигали синие и красные полицейские огни. После выстрелов поток машин рассеялся. Ганн вела машину по дороге, стараясь не попадаться полиции на глаза. Они повернули налево, и уткнулись в две полицейские машины, стоящие поперек дороги. Ганн резко развернула машину, но инерция была слишком велика, поэтому ее снова развернуло и понесло прямо на полицейских.
– Пригнитесь!
– закричала она. Роберт и пленники пригнулись. В тот же момент окна над ними взорвались от выстрелов. С обеих сторон раздался скрежет металла, когда их машина протаранила полицейский кордон.
Роберт рискнул выглянуть. За ними, с воем сирен, гнались четыре полицейские машины.
Это была гонка без правил, победит тот, кто первым доберется до космопорта.
Внезапно, воздух наполнился ревом турбин, и над головой, едва не задевая крыши домов, пронесся полицейский "Вайпер", он заложил крутой вираж и развернулся.
– Они собираются открыть по нам огонь, - удивленно воскликнула Ганн. Это был не вопрос, а бесспорное утверждение.
– Нужен первоклассный пилот, чтобы попасть в нас, и при этом, не задеть гражданских. Они не могли получить разрешение на это.
Из "Вайпера" вырвалось облако дыма и огня.
– Ракета!
– Закричал Роберт, пытаясь схватить рычаг управления. Ганн оттолкнула его локтем и повернула вправо.
Ремни безопасности, удерживающие Роберта, натянулись, когда его отбросило к двери.
Ракета быстро приближалась, с визгом рассекая воздух. Беглецы скрылись за MTV. Ганн пристроила свою машину бампер к бамперу. Голова Роберта ударилась о крышу, и он почувствовал вкус крови во рту.
Затем Ганн резко повернула влево.